его уважать. Как противника, конечно. Как человека его хотелось просто раздавить в пыль. Правда, ненависть моя крылась больше в другом.
— А ещё, Дмитрий Евдокимович, мне доподлинно известно, что мою мать убил именно ты.
Взгляд собеседника изменился на слегка удивлённый и даже осуждающий.
— Вообще-то, я не привык оправдываться, — сказал он, и в голосе проскользнула тень искреннего недоумения. — Но в свете выяснившегося, я всё же спрошу. Какое тебе дело до этой по сути чужой для тебя женщины?
— Большое, — преисполненным ненависти голосом произнёс я, неспешно вынимая клинок из ножен.
Глава 14
Рыжая, среднего роста, облачённая в обтягивающий кожаный костюм, выгодно подчёркивающий каждую линию её тела, она стояла полубоком к двери. Изредка лениво поглядывая в сторону Алисы, демоница, казалось, совершенно не волновалась о том впечатлении, что производит. Смелый вырез на груди выдавал характер гостьи и немного смущал присутствующих девушек. На губах играла лёгкая усмешка, а её вальяжная поза говорила о том, что чувствует она себя сейчас уверенно и спокойно.
— А ты ей доверяешь? — без капли иронии в голосе поинтересовалась Белорецкая, вновь переводя взгляд с подруги на демоницу.
В комнате царил мягкий полумрак, освещаемый только несколькими свечами, чьи колеблющиеся язычки пламени придавали происходящему дополнительную таинственность. Приглушённое мерцание ложилось бликами на светлые стены и отражалось в глазах Виктории, которая заметно медлила с ответом.
— Можно проверить… — неуверенно поведя плечом, наконец ответила княжна Черногвардейцева. Голос девушки был мягким, но в нём слышалось внутреннее сомнение. — Ламия, расскажи ей, что ты предлагаешь.
На этих словах демоница медленно повернулась к всё так же стоявшей недалеко от двери княжне и, неспешно оглядев её с ног до головы, произнесла:
— Я перетащу вас в самолёт, который летит в сторону Москвы. Дальше, после приземления, перемещу в город.
Алиса, сложив руки на груди, внимательно наблюдала за её движениями и словами.
Голос бесовки звучал низко, слегка растягивая слова, как будто ей доставляло удовольствие говорить медленно, наблюдая за реакцией собеседниц. Губы Ламии дрогнули в лёгкой, еле уловимой улыбке, но её зелёные глаза оставались холодными и изучающими.
— Небо для гражданской авиации над центральной частью империи закрыто, — качнула головой княжна Белорецкая. Её взгляд встретился с взглядом демоницы.
Ламия едва заметно наклонила голову, будто её это не удивило.
— Тогда это может быть машина, поезд или любой другой указанный вами транспорт, — пожала плечами бесовка. Ни в тоне, ни в выражении лица не было видно ни капли сомнения или страха. Её спокойствие казалось почти гипнотическим.
— Ясно, — кивнула Алиса, после чего повернулась к подруге и произнесла: — Будь в этом всём нужда, я сама смогла бы организовать нам конвой и перелёт.
Черногвардейцева, стоявшая рядом, снова лишь молча кивнула, хотя по её взгляду было видно, что она сосредоточенно обдумывает сказанное. Возможно, княжне и хотелось поскорее увидеться со своим братом, особенно учитывая её недавние, непонятные даже ей самой, изменения. Но осторожность пересиливала в ней решимость: её не покидало ощущение, что эта ситуация может обернуться новым риском.
Внезапно, голову одной из девушек одолело странное сомнение. Она приподняла бровь и внимательно посмотрела на демоницу:
— А откуда ты так много знаешь про самолёты и другие виды транспорта на нашей земле, если выбралась из Преисподней только вчера? — Виктория чуть склонила голову набок, её взгляд сделался пристальным и изучающим.
Бесовка на миг застыла: губы чуть приоткрылись, как будто ей требовалось время, чтобы подобрать правильные слова.
— Я не первый раз в этом мире. И много что о нём знаю, — дёрнув щекой, ответила Ламия.
Виктория прищурилась, а затем бросила взгляд на Алису, явно обдумывая услышанное. Атмосфера в комнате стала ещё более глухой и тихой, словно сами стены, горящие свечи и даже воздух терпеливо ждали следующего шага.
— Как я уже сказала ранее, я хочу, чтобы до прибытия Лёши она находилась за пределами этого дома, — переводя взгляд на подругу, нарушила молчание Алиса.
— Я понимаю… хорошо, — согласно кивнула Виктория и поднялась с места.
Демоница, словно ожидая этих слов, не сделала ни единого движения, но в следующее мгновение её силуэт затуманился, искажаясь тёмной дымкой, и исчез, оставив после себя лишь лёгкое марево в воздухе.
Не теряя времени, Виктория, в сопровождении Алисы, вышла из комнаты под взглядами остальных девушек, едва скрывавших своё любопытство. Они прошли через коридор в сторону прихожей, следом оказавшись на крыльце у входа в дом. Холодный ветер, заметно усилившийся к вечеру, чуть трепал их волосы. По дорожке к воротам Виктория вышагивала быстро, на ходу кутаясь в накинутую на плечи шубу.
Сделав десяток шагов, княжна Черногвардейцева что-то прошептала под нос, и Ламия не заставила себя долго ждать. Густая тень закружилась вокруг девушки, поднимаясь спиралью из самой земли, и вскоре из лёгкой дымки возник тёмный силуэт, вновь проявляя бесовку в реальности. Она выглядела спокойной и даже какой-то заинтригованной.
Обменявшись с Викторией парой коротких фраз, демоница, очевидно удовлетворённая результатом разговора, коротко кивнула. Затем, без лишних церемоний, бегло оглядевшись по сторонам, тут же вновь исчезла.
— Ну как? Без проблем обошлось? — встретив подругу на крыльце дома, поинтересовалась Алиса, поглядывая ей за спину.
— Вроде да… — негромко ответила Виктория, будучи заметно напряжённой.
— Но?.. — коротко спросила Белорецкая, уловив в голосе подруги колебание. Интуиция подсказывала ей, что что-то всё же Черногвардейцеву беспокоит.
Виктория ответила не сразу. Взгляд девушки метнулся куда-то в ночную темноту, там, где ещё мгновение назад стояла бесовка. Медленно выдохнув, она наконец произнесла:
— Ламия куда-то прочь улетела. А Лёшины бесы сорвались за ней следом…
Алиса медленно кивнула, сжимая губы. Ветер, поднимающийся в ночи, теперь ещё сильнее трепал её тёмные локоны, а дом за спиной девушки казался крепостью, охраняющей своих обитателей от опасностей внешнего мира. Посмотрев на подругу, которая вся съёжилась от холода, княжна поманила её рукой и поспешно произнесла:
— Давай, заходи скорее внутрь.
Виктория, не раздумывая, тут же это приглашение приняла.
* * *
— В целом, я и не надеялся, что ты проявишь благоразумие, — кивнул на мои слова Наумов и также в одно движение обнажил оружие.
Я сжал рукоять меча, ощущая как он становится продолжением моей руки, и сделал шаг в сторону, удерживая дистанцию. Наумов также не торопился. Он двигался спокойно, плавно, держа меч в пол.
Внезапно его клинок описал
