– Ну, ты к чему спросила про бюро? – он вынужден был покорно заглотить крючок и подёргать леску.
– Мне надо, чтобы ты поухаживал за Ольгой, – почти равнодушно сообщила Алиса. – Ничего особенного, влюби её в себя, а потом брось. Это мой маленький каприз. И я за него готова дорого заплатить. Ой, только не надо делать такое лицо!
– Какое лицо? – заорал Гера. – Ты совсем уже заигралась? Сериалов насмотрелась? Может, мне героя-любовника в смокинге и с набриолиненным чубом изобразить? Или под балконом спеть? А что, ты ж уверена, что все вокруг аниматоры, нанятые для твоего удовольствия!
– Не ори, – мурлыкнула Алиса, примирительно проведя пальчиком по его щеке. – Ничего такого делать не надо, просто поухаживай, а потом резко брось. Подумай, от чего отказываешься. Быть гордым, но бедным – глупо.
– Не смей со мной так разговаривать! – почти взвизгнул Гера. – Ты за кого меня держишь? Так я тебе и поверил!
Вместо ответа Алиса понимающе улыбнулась и набрала номер отца:
– Папуля, помнишь, ты искал надёжного человека для архитектурного бюро? Хочешь, я приведу тебе до обморока порядочного кандидата? Он тебе понравится, – протарахтела она в телефон. Трубка что-то довольно весело начала басить в ответ. Обменявшись с родителем ещё парой фраз, Аля отключила телефон и насмешливо посмотрела на Геру.
– Ну, до обморока порядочный, что теперь скажешь? Я ведь не говорю, что тебе надо с ней спать. У этой дуры такой дефицит мужского внимания, что она чумеет от любого, что в её сторону хотя бы смотрит. Тебе и делать ничего не придётся. Пару раз в кино сводишь, в ресторан, а потом пропадёшь. Не велика плата за долгую и счастливую жизнь в новом статусе.
– Эта идея мне не нравится, – сжал кулаки деморализованный Гера.
Алиса победоносно хмыкнула:
– У тебя ещё есть время отказаться.
Звучало это так, словно он уже согласился.
– Аля, следи за дорогой, – нервно поёжился на пассажирском кресле Гера, решив пока замять неприятный разговор. Её манера вождения доводила его до белого каления. Алиса, как и большинство детей-мажоров, напрочь забывала, что если власть и закон можно купить, то уж законы физики не покупаются при всём желании. Наглая девица была уверена, что весь мир у её ног и создан исключительно для её удовольствия, поэтому с ней никогда ничего плохого случиться не может. А Гера точно знал, что в лепёшку разбиваются как алкаши на «копейках», так и мажоры на «Ягуарах». Причём лепёшки получаются абсолютно одинаковые.
– Трусишь? – ещё громче хохотала Аля и лишь прибавляла газа.
Девушка, казалось, так увлеклась гонкой и так страстно желала, чтобы оцепеневший пассажир поседел и отдал концы прямо у неё в машине, что её предложение, каким бы диким оно ни казалось, временно отошло на второй план, замещённое чувством самосохранения. Из салона Гера вышел на подгибающихся ногах, с шумом в ушах и мерзким привкусом во рту – его сильно мутило от пережитого ужаса. Аля любила выискивать у окружающих слабые места и бить по ним. Это называлось «тренировать волю». Гера втайне надеялся, что кто-нибудь когда-нибудь даст ей в лоб в процессе тренировки.
– Сейчас мы к ней в гости нагрянем. Сюрприз сделаем, – Аля подмигнула бледно-зелёному от пережитого стресса спутнику и потыкала изящным пальчиком в кнопки домофона.
Оля им обрадовалась: искренне и бесхитростно. Она тут же потащила дорогих гостей пить чай и демонстрировать «ту самую марку».
Гера откровенно скучал. Марка вызвала у него слабый интерес, но не впечатлила. Раритет оказался какой-то блёклой ерундой с непонятным замысловатым рисунком. Он косился на Алю и недоумевал: зачем они сюда притащились? Зачем ей этот злой и жестокий розыгрыш? Почему он? Вопросов была туча, как мошек у затхлого пруда в жаркий день. И ни одного ответа.
Квартира была убогая, даже нищая. Но аккуратная и чистая, что ещё сильнее усугубляло дух бедности, витавший в этой безликой хрущёвке. Выхлебав чай, Аля подмигнула Гере и утащила подругу «посплетничать».
– Дура какая-то, – пробормотал парень, в тоске озираясь по сторонам. – Не знает, что придумать, с жиру бесится.
Вписываться в сомнительную историю не хотелось. Где-то внутри под рёбрами ныл желудок, словно предостерегая – не лезь. А может быть, это душа страдала. У интеллигентов она всегда ноет, когда хозяева ввязываются во всякое непотребство.
Ему было неловко сидеть в чужом пищеблоке. Он остро ненавидел Алису с её закидонами и убеждал себя, что в следующий раз, когда она позвонит, он просто не снимет трубку. Хватит – наигрались. Он не карликовый шпиц и не левретка, чтобы таскать его с собой, как ручную бессловесную кладь!
Пошушукавшись в комнате, девицы вернулись и стали прощаться. Гера тоже встал и суетливо раскланялся с хозяйкой. Не хватало ещё, чтобы его тут оставили наедине с этой вульгарной блондинкой. Не отбиваться же от неё. Хозяйка загадочно улыбалась и строила глазки. Алиса при этом как-то неприлично хихикала и кроила рожи.
«Обе чокнутые», – решил про себя Гера, с облегчением сбегая по лестнице. Он так и не решил, соглашаться или нет. Вернее, решил, конечно, но ему непременно нужно было, чтобы Аля его уговаривала. И согласиться нужно было нехотя.
Но Алиса вдруг словно потеряла к нему интерес, а минут через пять и вовсе предложила выметаться из машины. Она так поступала довольно часто, поэтому Гера даже не удивился.
Оставалось лишь ждать её звонка.
Но мадемуазель Кароян словно напрочь забыла про своё щедрое предложение.
– Вон, вон он идёт! – вскинулась Ляля, так пихнув Светлану в бок, что у той аж ребро хрустнуло. Но пожаловаться ей никто не дал. Добровольные помощники выскочили из машины, выволокли дрожащую Свету и гурьбой побежали навстречу Гере.
Тот аж остолбенел, увидев несущуюся на него делегацию.
– Привет, Гера! – Гольдберг добежала первой и цепко ухватила архитектора за плечико. – Какая неожиданная встреча! А мы тут такие гуляем, смотрим – ты идёшь. Надо же – а мы думали, ты в Америке! В общем, я хотела сказать, что, дескать, какая радость-то. М-да…
Тут она беспомощно оглянулась на остальных, словно испугавшись, что брякнет лишнего.
– Такое лето в этом году жаркое, – вступил в беседу Борюсик. – Просто удивительно! Совершенно феноменальная для нашей климатической зоны ситуация. Я предполагаю, что в средней полосе и на юге может быть засуха. Это всё последствия глобального потепления. И я, кстати, сторонник данной теории, хотя скептики утверждают, что это всё фикция.
