– Ты хочешь выйти за меня замуж, Морган?
Она резко втянула в себя воздух и какое-то мгновение не могла ни дышать, ни думать.
Потом мозг включился и лихорадочно заработал. О Боже, он придумал такой отчаянный выход из безнадежной ситуации! На самом деле он вовсе не хочет ее в жены. Знай Уорд правду, он бы ее и в любовницы не взял.
– Нет.
– Хорошо. – Послышалось ли в голосе облегчение? Этого Морган сказать не могла – кровь грохотала у нее в ушах, а сердце превратилось в пороховой склад. Провести всю жизнь с Уордом – жизнь, полную страсти и смеха… Это для нее, совсем не для нее.
Он печально улыбнулся:
– Ну, кое-что я могу поправить. Велю завтра, своему адвокату создать фонд для ребенка. Он не будет нуждаться в деньгах, – с придыханием сказал Уорд. – То же самое я сделаю и для тебя.
Вот и все, подумала Морган, и последний взрыв сотряс ее сердце. Уладит вопрос с деньгами, а потом выгонит ее, выставит, вышвырнет – тысяча способов назвать этот чудовищный поступок…
– О Боже! – сказала она дрогнувшим голосом. – Пожалуйста, Уорд, я не могу… честное слово, не могу больше говорить об этом.
– Морган, прости меня. Если бы я мог начать все сначала…
– Ты бы этого не сделал, – закончила она за него.
– Ты неправильно меня поняла. – Уорд поднял глаза и наморщил лоб. – Я бы все спланировал лучше. Я не жалею ни о единой минуте, проведенной с тобой. Я люблю тебя.
О Господи, он ее любит – все еще! Но недостаточно. Он никогда не сможет жениться на ней. Эми уже рассказала, что ее капитан – не просто капитан и даже не капитан капитонов, а высокопоставленный член высшего бостонского общества. А правила в американском высшем обществе даже более строгие, чем в Лондоне.
– Морган?
Она подняла голову.
– Ты мне ничего не ответишь?
– А зачем?
Она покачала головой.
– Ну ладно, – сказал он, снова глядя в свой бокал. – Хочешь, чтобы я ушел?
Морган сглотнула.
– Не… не сейчас. Пожалуйста, просто обними меня, – всхлипнув, попросила она. Он тотчас же поставил бокал, сел рядом и притянул ее к себе. Морган пыталась найти какое-нибудь утешение. В комнату вошла Фиона, чтобы убрать со стола и подбросить дров в камин. За окном садилось солнце, наступал вечер.
– Капитан Уотт, сэр? – сказала Фиона, задернув занавески.
– Да?
– Вы останетесь на обед, сэр?
Он взглянул на Морган:
– Мне остаться?
Она заколебалась. Будь она поумнее, заставила бы его уйти прямо сейчас, пока он окончательно не разбил ей сердце. Впрочем, будь она поумнее, так никогда не уехала бы из Англии.
– Да.
Уорд просиял улыбкой и кивнул Фионе. Помолчав немного, он сказал:
– У тебя все будет хорошо.
– Я знаю. Но, я бы… – Морган сглотнула. – Я бы предпочла получить тебя.
Уорд посмотрел на нее сверху вниз, и в первый раз за эти долгие часы его лицо смягчилось. Появилось то теплое выражение, которое она так любила, по которому так тосковала.
– Я твой. Я никуда не ухожу.
– Но эти деньги…
– Только чтобы успокоить тебя, а не оборвать наши отношения.
И боль ослабла, хотя и не ушла совсем.
– Однажды ты женишься.
Он поколебался.
– Это предполагалось всегда.
– А в ту первую ночь ты сказал, что никогда не пошел бы на это, если бы был женат.
Уорд резко вдохнул.
– Черт, Морган, неужели нужно обсуждать это прямо сейчас?
– Но это произойдет. Я просто пытаюсь… представить.
Его губы изогнулись в кривой усмешке.
– Что ж, ты выбрала для этого исключительно неудачный момент.
Морган улыбнулась ему в ответ, все глубже зарываясь в тот упрямый оптимизм, который провел ее через многие шторма.
– На сегодняшний вечер уже достаточно. Как насчет партии в шахматы?
– В постели? – проказливо спросила она.
– Нет, – засмеявшись, ответил Уорд. – Просто в шахматы. И это все, чем мы будем заниматься, моя дорогая, пока тебя не осмотрит доктор. Подозреваю, что он ограничит нас в некоторых занятиях ради здоровья ребенка.
– Но почему?
– Я отказываюсь рисковать. И ты не будешь. Сегодня только шахматы. Или карты. Или любое другое чисто платоническое развлечение. А завтра пошлем за доктором.
Морган скорчила гримаску.
– В моей постели холодно и одиноко уже две недели, а теперь я должна дожидаться какого-то доктора-женоненавистника, который сам никогда не бывал в «интересном положении»?
Уорд ухмыльнулся и вставая, чтобы поставить шахматным столик между двумя креслами.
– Обещаю, что доктор, которого я найду, будет очень любить женщин.
– В самом деле? – спросила Морган, склоняя голову набок. – А из скольких докторов ты можешь выбирать, капитан Уорд?
Уорд застонал:
– Еще одна сложность! Ладно, все завтра. Сегодня только тихие игры.
Глава 14
– Беременна! – вскричал Роб.
Уорд нахмурился:
– Ради Бога, потише! Ты хочешь, чтобы узнал весь дом?
Роб, сидевший в мягком кожаном кресле напротив Уорда, решительно помотал головой:
– Это невозможно.
Уорд откинулся на спинку кресла и сложил руки на коленях.
– В связи с этим у меня к тебе довольно много поручений, и выполнять их нужно как можно осторожнее.
Обычное хладнокровие изменило Робу. Он рассердился.
– Ей придется избавиться от ребенка!
Только через его труп! За одну короткую ночь Уорд успел привязаться к малышу.
– Ты забываешься, – проворчал он. – Это мой ребенок, мое дело, и разбираться буду я, Роб, а не ты.
– При всем моем уважении, это дело заденет всю вашу семью.
– Это как? Думаешь, они возьмут на себя заботу о ребенке?
– Черт побери, Уорд, разразится страшный скандал! – буркнул Роб.
– Если дело привлечет внимание общественности – а я надеюсь, этого не случится, – тебя и твоей семьи сплетни не коснутся.
– Ну да, только я тоже Монтгомери.
Уорд схватил перо и обмакнул в чернила.
– Зато ребенок не будет носить эту фамилию! – прорычал он, ощутив укол в сердце. – Следуй моим инструкциям. Я хочу создать два денежных фонда…
Он говорил несколько минут, одновременно все записывая, а потом отодвинул бумаги, чтобы они просохли.
– Все понятно?
Роб хмуро кивнул.
– Это очень много.
– Ребенку и так придется жить с клеймом «незаконнорожденный». При наличии доверительного фонда ему хотя бы не придется голодать.
– Он ни в чем не будет нуждаться. То, что ты собираешься сделать, на всю жизнь обеспечит и мать, и ребенка.
– Верно. Я совершил ошибку и должен за это заплатить.
Роб взглянул на него:
– С весьма значительной поправкой. Разве миссис Браун не совершила ту же самую ошибку? А если она решит выйти замуж?
