моей неожиданно вырвался смешок. Это точно нервное.
Сидящие за столом девушки смерили меня скучающим взглядом. Парни же оценивающе осмотрели меня с ног до головы и одобряюще улыбнулись Илье, который успел учтиво выдвинуть для меня стул.
На стол руки класть не стала не из-за этикета, а потому что не была уверена, что к этой помойке на столе можно хоть сколько-нибудь прикасаться: кальяны, трубки, пакеты из-под сухарей, чипсов и орешков, тарелки с неопознанным чем-то…
Едва смогла проглотить ком брезгливости.
Нужно потерпеть несколько минут его друзей, а затем под каким-нибудь предлогом увести Илью с собой, чтобы побыть наедине.
— Майя, знакомься… — Илья начал перечислять какие-то клички и имена, но я даже не пыталась их запомнить или услышать. Вряд ли я захочу встретиться хоть с кем-то из всех этих людей повторно.
— Пивас будете? — спросил один из друзей.
— Я не пью, — тут же ответила я, понимая, что в этой тошниловке в меня не влезет даже простая вода.
— Я сегодня тоже, — отозвался Илья и успокаивающе приобнял меня за плечи слегка притянув к себе. Носом прижался к волосам над ухом и тихо произнес. — Расслабься. Они только с виду такие, на самом деле нормальные ребята. Если что, я с тобой.
— Угу, — только и смогла я выдавить, делая вид, что не заметила, как один из «нормальных ребят» уткнулся лицом в декольте своей смеющейся подруги. Кажется, я даже разглядела его тянущиеся от ее кожи слюни.
— Ну что, народ, какие планы на выходные? Может, на берег реки кости кинем? Говорят, новая мангальная зона открылась, — вещал один из парней, пока его девушка сосала кальян и выдувала густой дым прямо в ему в лицо. И, похоже, парню эта дымовая завеса очень даже была по вкусу.
— Можно, — снисходительно ответил Илья. Похоже, последнее решение в этой компании оставалось за ним. — Нужно только решить, что по деньгам, продуктам и прочему. Придется остаться с ночевкой, если будет выпивка.
— А твоя новая девушка поедет с нами? — вопросила девушка, которая еще несколько секунд назад пускала клубы дыма, а сейчас прикусывала трубку от кальяна, сверкая белыми зубами.
— Это мы с ней сегодня обсудим тет-а-тет, — томно ответил Илья.
Не выдержав, глянула на него, типа: «Ты серьёзно? Ты прям настолько в себе уверен?» Пока нет ни одного плюса в корзину того, чтобы я захотела хоть сколько-нибудь продолжить этот вечер с Ильей и его компанией в лице близких, но, похоже, весьма недалеких друзей.
От запаха, а вернее — вони, все больше начинала кружится голова. И хоть я не курила, но табачный привкус поселился даже у меня во рту. Волосы и одежда наверняка пропитались вонью настолько, что не поможет ни один порошок или кондиционер. Придется выбросить все эти вещи. Сильнее всего было жалко Настину куртку. Вряд ли она будет рада принять обратно кожаный комок зловоний, в который превратилась ее вещь.
А еще руки Ильи с каждой минутой стали позволять себе все больше. И, если прикосновение к своим плечам я еще терпела, то поползновения его пальцев ниже и, якобы случайное касание моей груди, то локтем, то прощупывание оной с помощью смахивание несуществующих соринок и ниток уже начало раздражать настолько, что в какой-то момент я просто оттолкнула его руку, когда парень решил помять еще и мое колено.
Горящая синим табличка с надписью «туалет» и стрелочкой в сторону казалась мне всё более привлекательной.
— Какого хрена?! — вспылил за столом тип, имя которого я не запомнила, но точно узнаю его на улице по огромному носу и жидким усам под ним. — Что за подосланные фисташки? Уже шестая пустая! — с этой речью парень решил быть настолько крутым, что смог себе позволить швырнуть пустую фисташку, не глядя, за спину и попал ею прямо на соседний столик, за которым сидели весьма взрослые люди. Мужчины. и столик их был чист. На нем ничего не дымило и не воняло. Компания из четырех мужчин просто лениво тянули пиво из высоких стаканов и ели мясную нарезку, которая у них была в блюдцах.
— Пацаны, — обратился к нашему столику один из мужчин, заметив, что на их столик прилетел мусор. — Давайте аккуратнее.
Пустая фисташка оказалась аккуратно ими сдвинута на край стола.
— А-то чё? — носатый явно почувствовал себя Рембо.
Я почувствовала, что, похоже, прямо сейчас стану участником поножовщины в баре на краю города. Ладони вспотели, руки задрожали, а одно место сжалось настолько сильно, что вот-вот зажует стул подо мной.
— А ничё, — с некоторой ленцой ответил другой мужчина за чистым столиком. Он явно не планировал связываться с компанией малолеток, коими мы были на их фоне, поэтому просто не обострял ситуацию, желая решить все полюбовно. — Ведите себя культурно в общественном месте. Не в свинарнике все-таки.
— А ты чё-то имеешь против? — встал носатый, который, очевидно, успел принять убойную дозу храбительного, раз решил, что ему позволено дерзить взрослым мужчинам.
— Успокой его, — умоляюще шепнула я Илье, который смотрел на разворачивающийся конфликт с ухмылкой. Но глаза его, взгляд которых стал острее, явно ждали чего-то гораздо больше и серьезнее, чем простая стычка.
— Всё нормально, — заверил меня Илья. — Просто небольшие непонятки. Покусаются и успокоятся.
Я бы с радостью успокоилась. Но когда все четыре мужчины за соседним столиком встали с очевидным намерением навалять всем нам, покой в газовой форме мгновенно меня покинул.
— Илья! — шепнула я настойчивее, но парень уже тоже успел встать и принять боевую позицию подле своего носатого неадекватного друга, которого за грудки кожаной куртки схватил мужчина, который еще совсем недавно хотел уйти от конфликта.
— Слушай ты, Буратина писклявая, — едва шевеля губами проговорил мужчина. — Думаешь, взял у папы бабки, надел косуху, купил двухколесную перделку и теперь что-то из себе представляешь? Прибери свинарник со своего стола, сядь на место и не вякай. Пока предупреждаю по-хорошему.
В баре даже музыка стала тише. Все внимание было направлено на эту стычку. И если я смотрела на нее с паникой и внутренней истерикой, то другие девушки в этом заведении были полны любопытства и даже улыбались.
— Всё-всё-всё, парни! Мир! Были неправы, — Илья, наконец, решил
