найти.
У официантки отвисла челюсть.
— Она просто шутит, — выдавил из себя Март, очевидно видя, что его шансы с ней тают как дым.
— Скажи ей, Приска.
— Не говори так, дорогой, — промурлыкала я.
— Я обещаю, что рано или поздно ты добьешься своей очереди со мной.
Я не знала, что на меня нашло. Судя по ужасу на лице Марта, он тоже не знал.
Я ожидала, что Лориан зарычит. Вместо этого он наклонился ближе. Так близко, что мое тело загудело от осознания. Так близко, что я едва могла дышать.
— У моей жены… грязный рот, — промурлыкал он, его взгляд опустился на мои губы.
Я облизнула губы, и он наклонился еще ближе. Галон грохнул своей чашкой по столу, и я вздрогнула.
Лориан вскочил на ноги, потянув меня за собой.
— Ты закончила?
Я взглянула на свою пустую тарелку и лучезарно улыбнулась официантке.
— Да. Это было восхитительно, спасибо.
Взгляд, который послал мне Лориан, ясно дал понять, что он говорил не о еде. Я обхватила его обеими руками, решив, что он не выиграет. Он напрягся, нахмурив брови.
— Давай пойдем в нашу комнату, — я подмигнула остальным.
— Увидимся со всеми вами позже.
— Хватит, — сказал Лориан, таща меня к лестнице.
— Ты уже повеселилась.
Я взглянула на него. Я ожидала, что он зарычит на меня. Чего я не ожидала, так это того, как тряслись его плечи, или того, как он притянул меня ближе, прижимая к себе, когда его грудь сотрясалась от смеха.
— Ты видела лицо Галона?
Перед моими глазами промелькнуло испуганное выражение лица пожилого мужчины, и я хихикнула.
— Его дочь, — закончила я, почти согнувшись пополам, когда из меня вырвался новый приступ смеха.
Лориан перестал смеяться первым, его пристальный взгляд остановился на моем лице. Выражение его лица стало мягким, почти снисходительным. Он был так близко, что я могла видеть темно-зеленые искорки в его глазах. Момент растянулся, и мое сердце начало беспорядочно биться.
— Что?
Он прочистил горло.
— Ничего.
Вытащив ключ из кармана, он взглянул на номер.
— Давай устраиваться.
Я последовала за ним вверх по оставшейся части лестницы и направо. Наша комната была на этом этаже в конце коридора.
Лориан распахнул дверь, заходя в «лучшую комнату».
Звук, который вырвался у меня, был смущающим стоном чистого желания. Лориан напрягся, и я взглянула на него, затем снова на ванну, которая была наполнена, пока мы ели. Он усмехнулся.
— Я оставлю тебя мыться, — он бросил свою сумку на пол и мягко подтолкнул меня дальше в комнату, чтобы он мог закрыть дверь.
В то утро я купалась в реке. Но это включало в себя дрожь, пока не почувствовала, что мои кости вот-вот сломаются, и ругательства из-за отсутствия мыла. Теперь я могла валяться в этой потрескавшейся ванне с царапинами столько, сколько захочу.
Через несколько мгновений моя одежда упала на пол, и я ступила в ванну, вздыхая, когда откинулась назад в свете свечей. Вода была почти слишком горячей — именно такой, как мне нравилось, — и тот, кто наполнял ванну, оставил мыло с ароматом ванили.
Это. Был. Рай.
Я намылила каждый дюйм своего тела, вымыла волосы и снова откинулась назад.
Дразнить Лориана, наконец услышать его смех… было… весело. Я думала, что разозлю его — и эта идея меня вполне устраивала, — но впервые слышу, как грубый наемник по-настоящему смеется… Наши глаза встречаются без обычной злобы…
Это было приятно. Вот и все. Приятный момент в монотонном дне путешествия.
Момент, который — по непонятным мне причинам — напомнил мне о моих родителях.
Боги, они так часто смеялись. Они редко ссорились, если только это не было из-за меня. Хуже всего было, когда мои родители повезли нас на свадьбу в деревню. Это было до того, как мы переехали в нашу последнюю деревню. Ту, которую я только что… покинула.
Я не могла вспомнить, кто именно был женится в тот день, но я никогда не забуду, как улыбка невесты осветила ее лицо, когда они поклялись быть верными друг другу навсегда.
Когда жених заключил ее в объятия и поцеловал, вся деревня зааплодировала. Я вздохнула, положив голову на мамино бедро.
— Однажды я собираюсь выйти замуж, — объявила я. — Здесь, в деревне.
Мой отец бросил на меня свой насмешливый, терпеливый взгляд. Моя мать весь день боролась с головной болью, и ее голос был резким.
— Нет, ты этого не сделаешь, Приска. Такие вещи не для тебя.
Выражение лица моего отца стало жестче, и он обнял меня.
— Вуена, — предостерегающе сказал он, и моя мать нетерпеливо пожала плечами.
— Ей нужно знать это сейчас. Лучше, чем разочаровываться позже.
— Пусть у нее будут ее мечты, — мягко сказал мой отец.
Они не разговаривали остаток дня.
Несколько месяцев спустя я точно узнала, почему такие вещи были не для меня. Тогда я впервые потянула за ту странную нить, которая остановила время. Но я поклялась, что найду способ изменить свою судьбу.
Моя мать продолжала напоминать мне, что я была другой каждый раз, когда происходила свадьба, или рождался ребенок, или любая другая счастливая веха в жизни.
— Приска, — говорила она, когда мой отец был занят в другом месте.
— Помни, это не для тебя.
И, конечно, как и большинству людей, чем больше мне говорили, что что-то не для меня, тем больше я этого хотела.
Раздался стук в дверь.
Я вздрогнула, смущенный писк сорвался с моего рта.
— Одну минуту.
Потянувшись за банной простыней, я встала и завернулась в нее. В комнате было холодно, и я съежилась у крошечного камина, натягивая одну из рубашек наемника. Конечно, они дали мне одежду, но я убедила их позволить мне оставить несколько их рубашек для сна.
— Кто это?
— Лориан.
— Ты можешь
