– Зря ты читаешь эту макулатуру. Там сплошное вранье, вранье и еще раз вранье. Если хочешь прочитать о своих старых товарищах по актерской школе правду, загляни в «Дейли верайети».
Констанс Энн с ледяным взглядом проглотила завуалированную шпильку. Больше всего ее задело, как эта хитрая потаскушка упомянула о «старых товарищах» во множественном числе, косвенно упомянув таким образом и Грега Тэппера. Она скользнула небрежным взглядом по близнецам и с преувеличенным восторгом воскликнула:
– Какие прелестные малютки! Совсем не похожи на тебя.
Татьяна крепче сжала ручку коляски, у нее даже побелели костяшки пальцев.
– Ну разве не прелесть? – продолжала Констанс Энн все тем же фальшивым тоном. – Честное слово, я восхищаюсь женщинами, которые открывают свои сердца чужим детям, когда не могут завести своих собственных.
– Я здорова и могу завести детей когда угодно! – ощетинилась Татьяна.
– О, конечно, конечно, я говорила вообще, не имея в виду тебя лично. – Констанс Энн улыбнулась потрясающему мужчине. – Меня зовут Констанс Энн.
– Джек Торп. – Джек протянул ей крупную, загорелую, ухоженную руку. – Но вы можете звать меня Синти.
Констанс Энн пожала его руку с подобающим смешком, отметив про себя, что кожа у него теплая и гладкая, и отпустила руку с явной неохотой.
– Насколько я понимаю, вы ведь не ее муж-гей?
– Нет. Я ее гетеросексуальный мэнни и личный тренер.
– Мэнни? – Задавая свой риторический вопрос, Констанс Энн коснулась его руки выше локтя. – Это значит – мужчина-нянька? Какая прелесть, как необычно!
– Спасибо.
Джек не скрывал, что ее одобрение ему приятно. Татьяна решительно шагнула вперед и практически вклинилась между ними.
– Это была моя идея.
Констанс Энн полностью се проигнорировала, словно глухая.
– Знаете, Джек, мне бы не помешало поработать с тренером один на один. Я, конечно, занимаюсь, но, уверена, в паре с крепким тренером дело пошло бы лучше. – Пауза. – Вы практикуете парные тренировки?
Черты Татьяны сложились в гримасу отвращения. Джек подыграл, он никогда не отказывался пофлиртовать.
– Про меня говорят, что я оставляю своих партнерш совсем без сил, но в прекрасном настроении.
Констанс Энн сунула руку в боковой кармашек сумочки и достала визитную карточку.
– Здесь мой личный телефон, которого нет в справочниках. Позвоните.
– Обязательно.
Татьяна предприняла отчаянную попытку вмешаться:
– Джек очень занят. Ему нужно заботиться о близнецах и к съемкам фильма привести мою фигуру в норму... кстати, я не говорила, что собираюсь сниматься в паре с Грегом Тэппером в картине «Грех греха»? Кажется, нет. Ну так вот, я буду сниматься в новом фильме. Это замечательно. Только на питание актеров во время съемок предусмотрено больше денег, чем все бюджеты фильмов «Женщина-полицейский под прикрытием», в которых я снималась.
Констанс Энн притворилась удивленной:
– Правда? Я и не знала, что ты снимаешься в кино! «Женщина-полицейский перед закрытием»? Никогда не слышала о таком фильме. Мне кто-то говорил, что ты работаешь в парфюмерном отделе «Ниман Маркус». Я решила, что ты бросила актерскую карьеру.
Татьяна вскипела:
– Не «перед закрытием», а «под прикрытием»! А в «Ниман Маркус» я работала всего один рождественский сезон, это было семь лет назад!
– Дорогая, тебе нечего стыдиться, – проворковала Констанс Энн. – Работа в торговле – вполне пристойное занятие.
Татьяна чуть не взвилась от ярости:
– Я и не стыжусь!
Констанс Энн посмотрела на нее как-то странно:
– Но и гордиться особенно нечем. Подрабатывать сезонным рабочим – не самое большое достижение в жизни. – Она снова повернулась к Джеку: – Между прочим, я не даю свой телефон всем подряд, так что лучше воспользуйтесь случаем.
– Как я уже говорила, – вмешалась Татьяна, – Джек...
– Наемный работник и не сидит под домашним арестом, – перебил Джек. – Я обязательно выкрою время.
Татьяна опешила.
Констанс Энн наслаждалась моментом. И тут вдруг она заметила, что в нескольких ярдах от них какая-то маленькая девчонка показывает на нее пальцем. Мамаша девчонки просияла, и обе быстро направились к ним. «Черт! Поклонники!» – подумала Констанс Энн. Она терпеть их не могла и легко предсказывала каждое их движение. Непременно попросят автограф. Констанс Энн стала рыться в сумочке в поисках ручки.
Мамаша с дочкой подбежали и заговорили, даже не извинившись предварительно.
«Проститутки у дороги и те воспитаны лучше!»
– Боже, какая прелесть! Вблизи они еще симпатичнее! – воскликнула мамаша.
«Минуточку! Они?»
Констанс Энн оценила обстановку. Оказывается, эти две идиотки восторгаются дурацкими близнецами!
– Спасибо, – вежливо сказала Татьяна. Эта жалкая пародия на актрису улыбается с таким видом, будто это ее заслуга. – Как тебя зовут? – спросила Татьяна, наклонившись к девочке.
– Келли.
Она скромно потупилась и улыбнулась. Сразу стало заметно, что ей надо не по Родео-драйв болтаться, а срочно бежать к ортодонту и ставить пластинки на зубы.
– Красивое имя, – мягко сказала Татьяна. – А моих малышей зовут Итан и Эверсон.
Мамаша девчонки схватилась за сердце.
– Ангелочки, просто ангелочки! – Она повернулась к Констанс Энн: – Вы когда-нибудь видели таких очаровательных малышей?
– Вообще-то только вчера. Я...
– Мама! – закричала девчонка. – Это же та противная тетенька из передачи!
Татьяна хихикнула и прикрыла рот рукой. Мамаша густо покраснела.
– Келли!
Констанс Энн испытала острейшее желание толкнуть девчонку под колеса машин.
– Панда Пеппи тупой, а вы большая и противная!
– Келли! – еще громче закричала мамаша в ужасе. Она схватила дочку за руку и потащила в ближайший магазин, оставляя за собой след из повисших в воздухе извинений.
Весь инцидент оставил у Констанс Энн крайне неприятный осадок. Сначала ей предпочли дурацких Татьяниных двойняшек. А потом ей наговорила гадостей какая-то глупая невоспитанная девчонка с кривыми зубами.
– Не переживайте, – сказал Джек. – В меня однажды плюнул игрок «Эссекса», когда они пропустили гол.
Констанс Энн едва взглянула в его сторону.
– Я был профессиональным футболистом в Англии. «Гм, не просто какой-то робот из тренажерного зала, а настоящий спортсмен. Еще лучше...»
– Есть ли что-нибудь, в чем вы не преуспели?
«Он не умеет выбирать себе менеджеров», – подумала Татьяна и быстро сказала:
– Он потерял все деньги в земельной шахте. Констанс Энн посмотрела на Джека, ожидая подтверждения. Тот повернулся к Татьяне:
– На сделке с недвижимостью! А шахта – это то место, куда бы я тебя сейчас с удовольствием столкнул.
