модулей. Он был пригоден и для «демонстрации флага» без кровопролития, и на большой войне оказался бы весьма полезен. И даже встретиться с бою с Объектом или с полностью укомплектованной Эскадрой Смерти Таркин предпочёл бы на нём. Именно этот корабль давал наилучшие шансы… сбежать от них нафиг.
Но именно в полицейских акциях, в зачистке незаконных вооружённых формирований он покажет наилучшие результаты по критерию стоимость-эффективность. Не то, чтобы Таркин любил это занятие больше всех других. Да, он был довольно азартным боевиком, и ему нравилось наводить порядок в Галактике, лично стоя на мостике, сидя за штурвалом, или даже бегая по коридорам с бластером. Одно только подписание бумаг о расстрелах и конфискациях давало недостаточно адреналина. В этом он, кстати, решительно расходился с Аккордом, который любил общественный порядок, но терпеть не мог военный хаос. Как будто не понимал, что одно без другого не бывает — а ещё гений!
Но даже у кровожадного гранд-моффа были в жизни и другие хобби, ничуть не менее значимые. Однако Император хотел от него в первую очередь именно уничтожения мятежников — так же, как от Трауна он желал создания таковых. Эстетически совершенный, полностью замкнутый, безотходный производственный цикл! Даже трупов не остаётся — взрывы квазиплазмы разносят тела на молекулы.
Митт-рау-нуруодо во главе Восстания зря времени не терял. Он сумел каким-то образом отыскать и приватизировать (от слова «приватир», ага) давно потерянный автоматизированный боевой флот «Катана». Да, крейсера типа «Неустрашимый», из которых состоял этот флот, считались устаревшими ещё к началу Войны Клонов, и не могли представлять никакой угрозы для современного Звёздного Разрушителя. Поодиночке не могли. Однако численность имеет значение — пять «Неустрашимых» уже имели шанс задавить огнём одного «Имперского», а когда их выходило из гиперпространства одновременно две сотни… Очень немногие системные флоты имели в своём составе сорок Разрушителей, чтобы схватиться с ними хотя бы на равных.
Да, на «Неустрашимых» не было истребителей — но во-первых, когда они выходили почти вплотную к цели (Траун, естественно, модернизировал компьютеры управления до послевоенных стандартов), можно было и не успеть поднять собственное авиакрыло. Во-вторых, «Неустрашимые» были сами себе фрегатами ПКО — два десятка счетверённых лазерных орудий создавали достаточно плотный заградительный огонь. Чисс также извлёк всю возможную выгоду из системы «господин-раб», которая связывала все корабли «Катаны» в единую сеть. Под его руководством канониры мятежников действовали, словно джедаи в боевой медитации, как пальцы одной руки. Они давали залпы строго одновременно, снося щиты противника огневым валом. Они поддерживали друг друга огнём ближней ПКО, так что истребителям, решившим атаковать один «Неустрашимый», приходилось иметь дело также с зенитками пяти-шести его соседей. Интеллект среднего командующего имперским гарнизоном был, по характеристике Аккорда, «где-то на уровне среднего командующего отделением Протектората», поэтому они обычно оказывались не готовы к такой огневой мощи и чёткой координации. Их квалификации, как и вооружения, хватало на то, чтобы гонять пиратов, а не противостоять полноценному боевому флоту.
Несколько секторальных флотов были отправлены на охоту за «Катаной». У этих вполне хватало пушек, чтобы задавить Трауна в линейном бою — никакая координация бы не помогла. Но Галактика чертовски велика, и найти в ней кого-то, если он не хочет быть найденным, крайне сложно. Они устраивали засады в системах, которые, как им казалось, подвергнутся атаке следующими — Траун игнорировал эти системы, и атаковал в других, где его не ждали.
Таркину не требовалась помощь Аккорда, чтобы понять, чего именно добивается чисс. Империя была слишком велика и инертна, чтобы «Катана» могла нанести ей реальный урон. Траун мог бы в течение сотни лет выносить по одной имперской базе в неделю… и при этом потери от его деятельности всё равно оставались бы в пределах статистической погрешности. Естественно, он сам понимал это не хуже.
Зато он мог заставить Империю нанести себе этот ущерб самостоятельно. Если каждый имперский гарнизон будет усилен до такой степени, чтобы отразить атаку двухсот тяжёлых крейсеров, она развалится сама — от финансовой нагрузки. Естественно, на практике о размещении пятидесяти ИЗР в каждой звёздной системе не могло быть и речи. Тем не менее, некоторые не слишком умные губернаторы уже начали наращивать флоты, покупать оборонительные станции — не все, так хотя бы ключевые миры прикрыть. Гораздо больше всех повстанцев, вместе взятых, они боялись обвинения от Императора в бездействии.
Пока, как ни странно, это играло скорее положительную роль. Больше расходов на армию и флот — это меньше трат на роскошь и больше заказов на оборонную промышленность, которые оживят бизнес. Но то пока. Да, по меркам прошлых веков Империя немыслимо богата. Но её богатство измеряется деньгами, а для содержания огромной армии крашеных бумажек недостаточно — даже если вы утопаете в них. Нужны реальные ресурсы, производственные мощности — если деньги реально не обеспечены всем этим, начинается инфляция. Чтобы своевременно конвертировать финансовое изобилие в материальное, нужно быть кем-то вроде Аккорда. Просто хороший администратор, в принципе, тоже мог с этим справиться… но только при условии, что ему изначально достался индустриально развитый сектор, активно участвующий в галактической экономике.
В противном случае имперские кредиты обеспечивались только турболазерами, а этот вид валюты, хоть и надёжен, не слишком популярен в народе.
Вдохновлённые таким успехом и недовольные растущим гнётом имперских чиновников, под знамёна Трауна стекались миллионы добровольцев. То, что этот гнёт — дело рук самого же Трауна, приходило в головы на удивление немногим. Нет, конечно, Империя и без Восстания не была бы белой и пушистой — но вот эти конкретные преступления были всего лишь её реакцией на новую угрозу.
Таркина вся эта суета до поры до времени не беспокоила. Неудачи других моффов и гранд-моффов только подчёркивали его безупречное руководство и незаменимость. На Объект Траун пока не покушался, на Большую Сесвенну — тоже. Но любому гунгану было ясно, что это негласное перемирие долго не продлится. Предположим, на Объект нападать запретит Палпатин, решив, что это слишком высокая цена за создание ручного движения сопротивления. И что Траун достаточно умён, чтобы найти способ соблюдать этот запрет, оставаясь авторитетной фигурой в Восстании. Например, отбрешется тем, что не знает нынешнего расположения станции. Хотя… если ему принесут координаты на блюдечке… Нет. Всё равно нет. Траун в этом случае найдёт способ передать Императору предупреждение, и Таркин получит приказ перевести станцию со Скарифа куда-то ещё. Но вот Большая Сесвенна таким прикрытием на самом верху не обладала. Фигура Таркина слишком одиозна, слишком хорошо известна всем врагам Империи. Что бы Траун ни
