– Ну еще бы… – не стала возражать огненная.
– Настолько выбил, что ты забыла, какую новость я тебе принес.
– Что-то я не поняла, ты о чем?
– Ха! Я же тебе сказал: я ошибся. Мальчишка поглощал огненную ману, воздушную и… земную! Рядом с нами дрыхнет первый четырехстихийный маг!
Джуна, которая обычно имела непробиваемо-спокойный вид, ахнула и всплеснула руками. Это заявление для магов значило примерно то же самое, что для землян – объявление о том, что наконец-то найдена Атлантида.
– Неслыханно! Великолепно! Потрясающе! – восклицал Люпин. – И кто же первооткрыватель?
– Вообще-то заслуга этого открытия полностью принадлежит Алии, так как именно она настаивала на испытаниях и начала его обучать, – ответил Камо.
– Ах это… – Алия пожала плечами.
– Что-то ты не выглядишь потрясенной, – подозрительно сказал он.
– А ты посмотри тот листочек с предсказанием, который я тебе дала вчера.
Камо пошарил у себя в карманах, вспоминая, куда он засунул эту бумажку, достал и прочел три слова:
"Эйдар – маг земли".
Вот теперь потрясенными выглядели все, кроме Алии.
Наутро Икен проснулся в прекрасном настроении.
– Ах, Алия, как все-таки хорошо чувствовать себя полноценным человеком!
– Можно подумать, вы были недоразвитым, – Алия, как обычно, ляпнула то, что думала, без лишних церемоний и скидок на субординацию.
– Почти так, почти так! Магическая разорванность для волшебника – это все равно, что для музыканта сломать руку, для танцора – сломать ногу, для бабника – сломать… хм…
– …третью ногу, – ехидно закончила Алия.
– Извините, что прерываю безусловно интересную тему переломов, хотя в третьей ноге ломать вроде бы нечего… но какой будет моя судьба? – спросила Джуна. – Если ваш коллега теперь в порядке… что ждет меня?
– И со мной? – спросил Джерр. – Я теперь разжалован? Меня, военного разведчика, ограбили и побили как простого прохожего…
– А со мной? – пискнул Эйдар, – Алия, научи меня чему-нибудь магическому!?
– И со мной? – спросил Камо.
– А тебе то о чем беспокоиться? – удивилась Алия.
– Я за компанию спросил, – ответил маг земли, сохраняя невозмутимую мину под пристальным взглядом магистра.
Люпин, который уже открыл было рот, покосился на шефа и решил промолчать.
– Значит так, – сказал Икен. – я рад, что наша миссия наконец-то может начаться. Камо и Алия, очевидно, остаются в отряде. Джерр, выбрось из головы свои глупости: водная стихия – совершенно не боевая, ты лекарь, а не мордобоец. Джуна, я решил, остается с нами. Я не собираюсь разбрасываться добровольцами, доказавшими способность действовать в критической ситуации и в команде.
Вскоре ковер-самолет с легким толчком поднялся с балкона башни и, плавно набирая скорость, устремился на юг.
Чума войны
– Кэп, кэп!!! – вовсе не слабонервный капитан вздрогнул от внезапного вопля, раздавшегося из динамиков. Горящая надпись обозначала нарушителя спокойствия: "Отсек управления спутниками". "Что-то случилось на планете", – подумал капитан.
– Хватит орать, и докладывайте.
– Кэп, тут такое… вы не поверите. Их город, где у нас был первый контакт, похоже, подвергся бомбардировке!!
– Ничего себе пастораль…
Это выражение стало поговоркой на корабле после возвращения двух разведчиков и обсуждения полученной информации. Сказать, что космонавты были сбиты с толку, значит, не сказать ничего. Мало кто поверил в магическую природу излечения Вэй Лин, версии ходили самые разные. Наиболее популярная: яд местной твари требовал какого-то несложного противоядия, которое лекарь применил незаметно, а магическая природа лечения – просто блеф для малограмотных жителей. Но вот работу медальонов-переводчиков к фокусам свести не получалось. Ничего подобного на Земле не было придумано до сих пор. Эти скромные приспособления помогли понять друг друга людям, которые не знали ни слова из языка собеседника. Даже суперкомпьютер "Колониста" с этой задачей справиться не смог, работая много дней.
Назревала сенсация. Спешно готовилась новая экспедиция, которая должна была закупить партию медальонов для изучения в обмен на здоровенную катушку медной проволоки.
Нежданно бурную реакцию вызвало замечание торговца насчет перевода с языка жены. Женщины-астронавты (которых на корабле была примерно половина) отнеслись к нему с непонятным возмущением, которое объясняли весьма невнятно и эмоционально. Вот уж когда не помешал бы медальон-переводчик – чтобы понять, что же их так возмутило.
Одно было ясно: жители планеты Зеленая Жемчужина кое в чем заметно превзошли землян. Простоватый вид городов сбивал с толку. Он ничем не напоминал кварталы земной цивилизации в стиле "хай-тек" или "морф". Внешне это была средневековая пастораль. Но кое-какие мелочи вроде тех медальонов контрастировали со скромным фасадом, заставляя даже серьезных ученых восторженно восклицать: "Ничего себе пастораль!"
А сейчас эта фраза прозвучала из уст капитана с крайне мрачными интонациями.
– Что конкретно удалось выяснить? – попытался уточнить он.
– Самой бомбардировки мы не видели. Когда самолет в очередной раз пролетал над городом, обнаружилось следующее… – в голопроекторе показалось изображение. – Вы видите, что город и окрестности скрывают облака пыли. Все дома разрушены и сожжены. Обломки далеко разбросаны. На улицах видны трупы. Но самое главное – повсюду зияют глубокие воронки, как от бомб или снарядов. А вот то же место за два часа до этого, – картинка сменилась, появилось ставшее привычным мутноватое изображение городка. – Тут все как обычно, ничто не предвещает…
– Есть ли выжившие?
– Мы не знаем. В самом городе движения не зафиксировано, термодатчики зашкаливает из-за пожаров. Есть надежда, что кто-нибудь спрятался в подвалах. А вот еще… посмотрите на это, – в проекторе появилось изображение дороги, масштаб увеличился, и стало видно, что она запружена повозками, конными и пешими, – Это дорога неподалеку. Ближайший город. Будь я проклят, кэп, если это не беженцы. Это война, кэп!
– Война…
Капитан и вся команда "Колониста" относились к тем поколениям, которые выросли, зная о войнах только из учебников истории. Их реакция была похожа на реакцию землянина XX века, которому сказали, что на таком то острове свирепствует эпидемия бубонной чумы. Как бы не заразиться. Как бы на Земле снова не начались войны, когда человечество узнает, что внезапно обретенные братья по разуму, оказывается, "развлекаются" уничтожением городов.
Двое суток земляне спорили и обсуждали, обсуждали и спорили. Девяносто человек экипажа должны были принять решение, которое могло повлиять на жизнь девяти миллиардов. Каково это – одному решить за сто миллионов человек? У людей не оставалось сомнений в том, что небольшой город уничтожен, и вместе с ним погибло две сотни жителей. Толпы беженцев и перемещение больших групп солдат говорили о том, что внизу начинается война, хотя было совершенно непонятно, кто, с кем и за что воюет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
