для поединка с легким недоумением.
— Этот круг часто используется для Суда Богов, — негромко произнес Эвиор, догадываясь о мыслях, которые бродили в голове дракона. — Здесь считают, что все, что происходит в кругу, — их воля.
— Или воля того, кто готовил эту площадку, — хмыкнул ректор.
Лысый усмехнулся, сообразив, что они слегка недооценили противника: лорд Рангарр осматривал дворик магическим зрением, чтобы убедиться в отсутствии ловушек.
По правилам поединка чести требовалось три свидетеля, бумага, подтверждающая спор, и хотя бы короткая молитва богам — покровителям поединщиков. Свидетелями стали Эвиор, трактирщик и вынырнувший из глубины огромного зала лорд Арролл. Все трое сделали запись на свитке с магической печатью и закрепили его на стене, где ему положено было висеть до конца поединка.
Молитва была короткой: драконы подняли головы к низкому, почти зимнему небу и прочитали восхваление на древнем драконьем, что для людей звучало как однообразное, раздраженное шипение. Илькар и Эвиор соединили ладони в лодочки и что-то пошептали в них, а потом разошлись. Свидетели проверили оружие, сделали запись и отошли в сторону, чтобы не мешать.
Едва поединщики вступили в круг, как от битых кирпичей вдруг поднялось трехцветное сияние. Оно подросло, налилось светом и замерло, словно полупрозрачный забор высотой в два человеческих роста.
— Поединок благословляют сами боги… — прошептал изумленный трактирщик.
— Подробнее, милейший, — раздраженно бросил лорд Арролл, страшно не любивший чужих секретов.
— Так, ваша милость, я при этом трактире уже сорок лет служу, — пожал плечами здоровенный мужик с плечами борца-тяжеловеса. — Мальчишкой при кухне начинал. И круг этот тогда здесь уже был, и поединки почитай каждую седмицу случаются. То купцы чего не поделят, то солдаты, то наемники… Вот и примета есть: коли причина пустяковая или оба дурака валяют, круг мертвым камнем остается. Если за одного кого боги радеют, то один круг сияет, за обоих — так два, а если три сразу, значит, не только их судьба решается, но и еще чья-то. И так уж повелось, что в такой поединок вмешиваться никому нельзя. Не одобрят Высшие!
Дракон раздраженно сжал трость сильнее: ну, Рангарр! Что за мальчишество! Попросил прийти в «Серый дол» пораньше, присмотреть со стороны за переговорами, а сам? Ввязался в какой-то идиотский поединок! Да ладно бы с драконом, а то с человеком! Если с ним что-нибудь случится, могут быть крупные неприятности с королем и местными властями. Нарушителя ждала опала. Обижать короткоживущих среди драконов считалось бесчестием. Так что при любом раскладе жди проблем. Хитрый дракон мысленно обругал коллегу, ощущая, как от дурных предчувствий его драконий хвост поджимался, хотя он был в человеческом обличье.
Пока свидетель нервничал, в кругу разворачивалось нечто невероятное. Увидев «забор», Илькар осклабился и выдал:
— Вижу, милорд, наши молитвы услышаны.
— А что будет, — серьезно спросил ректор, — если мы просто не будем сражаться?
— Круг начнет сжиматься, — ответил Король ночи. — В последний раз, когда такое случилось, поединщики проткнули друг друга насмерть.
— Что ж, тогда не будем оттягивать момент, — спокойно сказал дракон, обнажая оружие.
— Не будем, — подтвердил человек, делая то же самое.
Мужчины закружили по площадке, выбивая из промерзшей земли искры подковами сапог. Ректор был умелым бойцом, но месяцы бумажной работы все же сказались на его навыках. Илькар тренировался ежедневно, а еще он не был простым человеком. Он был магом с изрядной примесью эльфийской крови, поэтому разогревшись, скоростью не уступал дракону, разве что зрение его было устроено иначе.
Противники кружили, клинки сталкивались и звенели, напряжение росло, свидетели подпрыгивали от нетерпения, не отрывая взглядов от поединка. Удары, подсечки, финты, повороты! Даже Эвиор, привычный ко многому, засмотрелся: нечасто увидишь столь сильных бойцов, всерьез вступивших в схватку!
Между тем чаши весов судьбы качались туда-сюда, но никак не останавливались: то дракон получал некоторое преимущество, то полуэльф. Ни одному не удавалось закрепить успех на время, достаточное для завершения поединка. Наконец, Илькар ас Мидар наступил на клинок дракона, но при этом развернулся к противнику спиной, чтобы удержать равновесие.
В этот момент произошло сразу три события! Дракон вцепился сопернику в бедро, забыв, что магия Круга не даст ему трансформировать челюсти для серьезного ранения. Однако укус взрослого мужчины оказался неожиданным и не таким уж слабым! Ночной король хрипло вскрикнул от непредвиденного поступка противника, дернулся от внезапной боли, забыв про чужой клинок, и тут на него откуда-то сверху упал… кот. Мужчина рефлекторно откинул летящий в него комок серого меха, животинка влетела в магическую преграду, под изумленные крики свидетелей пересекла ее и… свалилась прямо в юбки Аллы Николаевны, только что открывшей дверь из трактира во дворик!
ГЛАВА 25
День у мастера-библиотекаря выдался странным. Это был выходной. Здесь учебное время делили на декады, и каждый десятый день был посвящен служению богам и отдыху. Местные студенты и преподаватели ходили в гости, посещали храмы, отсыпались или гуляли по обширному парку Академии. Иномирцы искали развлечений в городе или покупали телепорт, способный доставить их домой. Однако это удовольствие было таким дорогим, что пользовались им не все и то только на время отпуска.
Первые выходные пролетели у мастера-библиотекаря в работе. Нужно было составить каталог, разгрузить сундук-телепорт, наладить поставки периодических изданий и многое другое, что с точки зрения Аллы Николаевны, было необходимо хорошей библиотеке. Нагрузка последних недель так измотала женщину, что в этот выходной она проспала почти до обеда.
Домовые хозяйку не будили, зато накрыли в гостиной горячий завтрак и «случайно» сдвинули крышку блюда с пирожками. Дивный аромат заставил мастера подняться, умыться и отдать должное новым поварам, нанятым ректором совсем недавно.
Особенных планов на остаток дня у Аллы Николаевны не было, и она уже собиралась вынуть вязание, но в запертую дверь постучали. К удивлению хозяйки, Виан доложил, что ее желает увидеть магистр бытовой магии, та самая госпожа Туркин, которая угодила в плен к духам вместе с кастеляншей.
— Почему же она стучит в эту дверь? — удивилась женщина, указывая на вход в личные комнаты.
— Нет, мастер, ваша гостья стоит за дверями библиотеки, но Хранители передали звук сюда, ведь сегодня день отдыха.
Алла Николаевна надела юбку, блузку, накинула на плечи палантин и поспешила встретить неожиданную гостью. Улыбаясь и сверкая глазами, бытовичка открыла рот, чтобы что-то сказать, но рядом вдруг раздалось холодное:
— Доброе утро, мастер-библиотекарь. Вы тоже решили выйти в город?
Сухопарая кастелянша смотрела своими рыбьими глазами исключительно на Аллу Николаевну, начисто игнорируя улыбчивую преподавательницу.
— Доброе утро, госпожа Фиркин, — вежливо ответила Алла Николаевна. — А разве ректор позволил выход в
