орков с их звериным слухом даже не проснулся. Нырнула в шатер и ввытащила оттуда спящего шамана. А теперь, дамы и господа, представление начинается!
Ариса влезла на верх шатра и сняла скрыт и тишину. Затем, держа шамана за шею на вытянутой лапе она заорала так, что проснулись не только все орки, но и птицы на деревьях обделались от испуга. Боевой клич стриго — это что-то с чем-то, скажу я вам!
Орки вскочили с земли, похватав свои орудия труда и производства, но, посмотрев на шатер многие пожалели, что проснулись. Ариса еще раз заорала, обведя зрителей недобрым взглядом плошек-глаз, и разделала шамана как кильку пряного посола, оторвав башку и вырвав позвоночник.
Кто-то в панике заорал «обур», а следом это подхватил и весь лагерь. Ариса откинула останки шамана, запустила лапу вниз и вытащила из шатра инкоси. Затем широкими прыжками прошлась по лагерю и нырнула в джунгли, ко мне, бросив его жирную тушу под дерево. Рыкнула мне, и вновь умчалась в темноту наводить панику.
Мой выход, почтеннейшая публика! Или совсем не почтеннейшая, но это уже мелочи. Я спокойно вышел из леса и запустил свое любимое Грозовое Облако. Мог, конечно, тихо и спокойно запустить Облако Смерти и наслаждаться результатом, но тут важна зрелищность — какой же фокусник обходится без спецэффектов-то!
И вот тут началось веселье. «Разогреть публику» — это не метафора, а самое что ни на есть настоящее действо. Молния попадает в орка, и вот он, дымящийся, падает на землю, покрытый хрустящей корочкой. Или нет.
Минуты две я изображал из себя громовержца, пока вопли не стихли — вопить было некому. Весьма немногочисленные счастливчики покинули представление, не потребовав возврат денег, остальные представляли собой закуску для грифов, гиен и прочих падальщиков — мясо в саванне не пропадает, ценный продукт.
Вернулась довольная собой Ариса, за ней и Блейус. Оба перемазанные с ног до головы. Подхватили одежду и направились в кустики подальше, переодеться и себя в порядок привести.
А я рассматривал толстяка-инкоси, который еще крепко и хорошо спал. Есть такие зрители, которые храпят все представление, и пропускают все самое интересное.
— Привязываем его к дереву, чтобы не дергался, — сказал я Брэду. — Представление еще не закончилось.
Глава 15
— Ну что? — спросил я у Арисы и Блейуса, принявших нормальный человеческий вид.
— Вы бы, милорд, поаккуратнее с молниями обращались, — упрекнула меня Ариса. — Чуть меня не поджарили!
— Это уже твои трудности, — хмыкнул я. — Все, как договаривались. Все по плану.
— Как всегда — задумывалось по плану, а пошло по…
— Тебе же хотелось сверкнуть на подмостках? Шанс ты свой получила. Теперь зрители не забудут. Да, так что с беглыми?
— Не все смогли убежать. Мы постарались, — промурлыкала она, рассматривая свои коготки.
— Но хоть сколько-то отпустили?
— С десяток. Если вавки залечат и доберутся до дома, или хотя бы до Дакареи, то эффект гарантирован.
— Я уже начинаю бояться… — подозрительно сказал я.
— Ничего страшного, милорд, — успокоила меня она. — Ну подумаешь, больше они не мужчины…
Она сжала кулак и сделала движение, как будто что-то выдергивала. Я поежился.
— И зачем?
— Морально опустить их. Теперь в племени вряд ли им место найдется, только с женщинами. И мстить не смогут. По их верованиям это хуже смерти.
Я только покачал головой. С жестокостью Арисы, как и ее тетки, вряд ли что-то сравнится. И извращенной изобретательностью.
— Я своих просто убил, — сказал Блейус. — Милосердно.
— Так что стайка выживших хныкающих беглецов ушла. Все, что осталось от военного похода. — осклабилась Ариса.
— Нам тоже пора уходить, — сказал Брэд. — Сейчас появятся охочие до свежей убоинки…
— У нас еще одно дело, — кивнул я на хорошо упакованного и привязанного к дереву инкоси.
Брэд постарался хорошо. Сразу видно морскую натуру, узлы он вязал — просто загляденье. Профи, что там говорить…
— Ну так в чем же дело? — Ариса подошла к все еще спящему инкоси и зарядила ему каблуком в лоб. — Проснись и пой, свинья!
В самом деле, толстяк проснулся.
— Чуть не надорвалась, пока его тащила, — пожаловалась Ариса. — Жирный черт…
— Это как признак его власти, — сказал я. — В подобных племенах чем толще и дороднее — тем богаче и знатнее.
— Представляю себе их самок, — передернулась Ариса.
Вождь послушал и залопотал что-то на своем. Посох пытался мне его перевести, но этот диалект был ему явно не знаком.
— Возмущается, наверное, — предположила Ариса, рассматривая его с чисто гастрономическим интересом.
Даже клыки выпустила и огоньку в глазах дала зажечься. Вождь в испуге заверещал, и…
— Обосрался, — с чувством сказала она и демонстративно зажала нос. — Ну почему, почему они все так себя ведут?
— Вероятно, он не оценил твоей красоты.
— Это ему дорого обойдется! — Ариса выпущенным когтем провела по жирной шее инкоси, оставляя красную полосу.
— Отставить! — сказал я.
Я зашел за дерево, просунул руки к толстяку и положил ладони к нему на виски. Контакт!
Фуу, ну и гадость у него в голове… Я отнял ладони, когда почувствовал, что клиент мертв.
— Все, — сказал я, пошатываясь. — Плесните мне что-нибудь на руки. И хлебнуть тоже дайте!
Хоть и не берет меня зараза, но вот мерзко с такой образиной рядом находиться. Ариса с готовностью протянула мне флягу с вискарем. Я протер руки, а затем сделал пару хороших глоток — смыть грязь с извилин, продезинфицировать сознание.
— С нами это дело не связано, — ответил я на немой вопрос своей команды. — Вообще никак. Брэд, имя «Шавкат» тебе что-нибудь говорит?
Моряк аж подавился.
— Глава Братства Свидетелей, один из самых влиятельных людей Дакареи.
— Вот ему дал задание именно он. Приказ — напасть на Рутендо.
— Какой смысл? — пробормотал Брэд. — Получили бы по соплям, может бы и заняли половину города, но Легион вышвырнул бы их обратно.
— Не знаю, какой смысл. Надо у Шавката спросить.
— Можем, — сказала Ариса. — Вернуться в Дакарею…
— И думать забудь, — махнул рукой я. — Спросим походя, когда мимо проходить будем. А сейчас у нас другие дела.
— Да, — сказал она с видом девочки, которую
