— Маг! — выкрикнул кто-то. — Они ворожат в городе!
— Зовите братьев Ордена Духа и Меча! Зовите капеллана Милатриса!
Суматоха поглотила Дивный Пивень. Кто-то в ужасе метался, пытаясь покинуть заведение. Гвардейцы сбились в кучу, отступая к выходу. Ничего не понимающая Анли утирала слезы, взывая к Фаруху.
— Нужно убираться отсюда пока не поздно, — проговорил меднокожий, все еще находясь в своей странной позиции. Он глядел по сторонам в ожидании атаки.
— Кто вы? — покосившись на незнакомца, спросил Фарух.
— Мэтр Фэриор Острич, — протянув руку, представился тот. — Истинный маг, член Ордена Рофура. Для меня честь познакомиться с вами, — Таких фраз в свой адрес Фарух за всю свою не слыхал. — Однако для бесед это не самое подходящее место. Совсем скоро сюда нагрянет целая армия из монахов Духа и Меча, тягаться с которыми у нас нет никаких шансов.
Фарух согласился со сказанным. В человеке этом пульсировала какая-то скрытая сила. Истинный маг. Как часто он слышал истории о выдающихся волшебниках Юхара. За всю свою жизнь в Эндердале Фарух уже и сомневаться начал, что таковые на самом деле существуют.
Гвардейцы тем временем спешно покинули трактир, звеня доспехами. Внутри остались лишь Фарух, Фэриор Острич, мошенник Родин и Игнат с дочкой.
— Куда мы уходим? — спросил Фарух.
— На юг, — ответил Фэриор Острич. — Самое безопасное место для тебя сейчас — это цитадель Ордена Рофура.
Юхар. Это слово бархатом прозвучало в ушах Фаруха. Дом. Пески, пальмы, глиняные одноэтажные дома, дымные рынки, лавки с пряностями и безжалостное солнце. Все это он оставил далеко в детстве, променяв родные земли на замки и трактиры.
— Прошу тебя, Фарух из Когорота, не задавай больше вопросов, — выглядывая в окно, проговорил Фэриор Острич. — Я обо всем тебе расскажу позже. Теперь же нам нужно поскорее покинуть Ясеневый Город.
Фарух кивнул в знак согласия, однако взгляд его встретился со взглядом Анли, которая испуганно смотрела на барда.
— Я не могу уйти без нее, — вдруг сказал полукровка, остановившись в проходе.
— С чего это ты думаешь, что она пойдет с тобой? — спросил Игнат, поглаживая арбалет.
— Пускай сама выбирает, как ей поступить, — сказал бард. — Только я прошу тебя, Анли, делай выбор сердцем.
Девушка ни на миг не раздумывала. Он виновато посмотрела на отца и подбежала к Фаруху, заключив его в крепкие объятия.
— Я пойду с тобой хоть на край света, — прошептала она.
Бард почувствовал облегчение после этих слов. Впервые за всю свою жизнь, он был не одинок, и именно она, Анли, теперь придавала ему сил и уверенности.
— Прости, папа, — едва не плача, сказала она. — Я вернусь, обещаю. Мы не прощаемся навсегда.
Игнат с выпученными глазами не знал, что и делать. Он то наставлял арбалет на покидающую Дивный Пивень троицу, то гладил себя по лысине, а в конце концов расплакался навзрыд.
Глава 13
Тэрион Левард подкинул полено в печь и огонь снова ожил. Убранство в горнице было мрачным и обыденным, под стать ее хозяину. На стене лик Единого, шкаф с сотней различных книг, два окна и большой письменный стол. Первый советник князя Онора Легилля — высокий, худощавый, с резким лицом, на щеках которого проступала густая черная щетина, прохаживался вдоль комнаты. Худородный простолюдин, выбившийся на верхушку власти благодаря своей жесткости и уму. Облаченный в серый дублет из кабаньей кожи, подпоясанный добротным ремнем, этот человек внушал неприязнь присутствующим. Дядя Турин сидел в одном из кресел, почесывая усы и заметно волнуясь. Подле него расположился Альвер, в недоумении поглядывающий то на Быка, то на остальных. Граф Лори Таэрон с двумя сыновьями сидел на противоположном конце комнаты.
Огонь в камине потрескивал, пожирая свежее полено и заглушая звуки улицы. За окном заморосил дождь. Вот и настоящая осень пришла с первыми днями месяца Преддверия. Скоро сточные канавы Ясеневого Города наполнятся водой, Грязный тракт станет непригодным для путешествий, а порт в Сосновой Гавани закроется до весны.
— Прискорбно осознавать, что человек — существо не благодарное, — заключил Тэрион Левард своим шелестящим голосом и посмотрел на Лори Таэрона. Взгляд его холодных серых глаз пронзал насквозь. — Шестьсот лет назад, когда у власти в Эшторне встал малолетний князь Тиобальд Легилль, княжеством по сути правила его мачеха. Жесткая была женщина, властная, но роду не благородного. У нее были глаза в каждом графстве, она полностью держала ситуацию под контролем многим правителям на зависть. Бывало, дворяне совершали попытки к мятежу, дабы свергнуть эту женщину, контролирующую малолетнего князя, но ни одна из них не увенчалась успехом. Он воспитала Тиобальда сильным и справедливым правителем, за что он, когда достиг шестнадцати лет, даровал ей земли к северу от Ясеневого Города. Так было основано графство Корнэйл и его столица — Сосновая Гавань, а родовой замок дома Легилль с тех пор носит имя Тиобальдова Мачеха.
— Я знаю историю своего дома, господин Левард, — сжимая пальцы на левой руке, проговорил граф Лори Таэрон — напряженный и понурый. — Однако мне невдомек, к чему вы клоните?
— Ваш род, граф Таэрон, целиком и полностью обязан дому Легилль, — заключил первый советник. — Вам был дарован титул, власть и земли. У вас в вассалах ходят четыре барона, Сосновая Гавань — это лучший порт Эшторна. Времена нынче мирные и впереди у нас лишь процветание. Так ответьте же мне, ваше высокородие, чем заслужил князь Онор ваше отношение к нему? Ради чего вы привели к стенам Ясеневого Города армию? Чего вы добиваетесь?
— Справедливости, — не мешкая ответил граф. Оправдываться он и не собирался. — Пока у власти стоит распутник и транжира, пока жирный князь позорит Эшторн и пропивает его могущество, я не могу найти себе место среди его вассалов.
Тэрион Левард глубоко вздохнул.
— Вы все верите, что Онор Легилль — полный дурак и неумеха. Вы считаете, что он окружил себя недальновидными простолюдинами, загоняющими княжество в бездну. Но вы ошибаетесь. О мятеже нам стало известно уже с самого начала турнира. Мой помощник — Шато, создал в Ясеневом Городе целую сеть соглядатаев, которая обеспечивала его самой последней информацией. Все, что говорилось в трактирах, борделях и в шатрах знатных лиц, все это попадало ко мне на стол в виде доносов. Я прекрасно знаю, что зачинщиком был Торр Бертиран, и я знаю, что его младший брат, а ныне граф Рэйнэбора, не поддержал вашу идею. Я осведомлен, что Виллиан Дортур, как только баланс сил сместился, отбыл в Гранпайл. Это грамотные люди. Я не виню их за то, что в сердцах их вспыхнуло мятежное пламя. Главное, что оно вовремя было погашено.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
