class="p1">– Я не устала, – бодро заявила Диана.
– Попьём водички и направимся дальше.
– Что-то учуял?
– Мне тревожно, – признался он. – Видишь там опухоль?
– Холм?
– Нет, эта штуковина больше и пахнет не так, как наша «шестерёнковая» трава.
– Я не чувствую, – огорчилась она.
– Поэтому я и хочу понаблюдать за ней издали. Если там кто-то живёт, нас заметят и пошлют узнать, кто мы такие. Жаль, у нас нет дронов, а то запустили бы и выяснили степень опасности. Купайся пока.
– Не хочу.
Дарислав снизился, опустился на ближайшую дюну, выглядевшую верблюжьими горбами. Диана последовала за ним.
– Не вижу опасности.
– Это и смущает.
– Давай полетим туда с двух сторон.
– Дай подумать.
Он с хрустом прошёлся по горбам дюны, присматриваясь к траве, проросшей сквозь песок. Нагнулся, выкопал травинку длиной в пятнадцать сантиметров. Её верх заканчивался бутончиком детальки, похожей на снежинку. Корень же представлял собой бледно-серый стебель полуметровой длины, на конце делящийся на множество ниточек. И все они шевелились!
– Вот-те на! – Дарислав озадаченно уставился на волоски корня. – Посмотри, она живая!
Диана с любопытством осмотрела стебель, спрятала руки за спину.
– Возможно, это биморфная форма жизни.
– Конкретнее.
– Местный лишайник, так сказать, симбиот, объединяющий зиготы фауны и флоры. Брось его.
– Не бойся, не укусит.
– Положи на землю.
Дарислав опустил травинку.
Шевелящиеся белёсые ниточки корня тотчас же полезли в глубь песчаного слоя, углубились в него, и через минуту травинка встала вертикально, подставив бутончик солнцу.
– Класс! – восхитился Дарислав. – Живое растение! Такой разновидности «гречихи» мы ещё не встречали. Но это лишь подтверждает наш вывод об искусственном происхождении посадок. Интересно, что вырастет из этой снежинки?
– Айсберг! – фыркнула Диана. – Кстати, если драконы вымерли ещё шестьдесят миллионов лет назад, почему поле выглядит так, будто засеяно всего пару месяцев назад?
Дарислав понаблюдал, как выравнивается примятая его ногами трава.
– Ответ может быть только один: её действительно посадили два месяца назад.
– И как ты объяснишь сей феномен?
– Если использовать экзотические идеи, то время в этом мире течёт очень медленно. Что для нас измеряется шестьюдесятью миллионами лет, здесь равно двум-трём месяцам. Более реалистичное объяснение: поле засевается автоматически каждый сезон, трава вырастает, её косят и убирают в амбары.
– Амбары – это сильно. Зачем?
– Под силос, – пошутил Дарислав.
– В таком случае по полю были бы разбросаны соломенные катоны, а их нет.
– Урожай собрали, обмолотили, а солому свезли куда-нибудь, чтобы не мешала новым посевам.
– Тогда что здесь посеяли? Если в пустыне из споры вырастет какая-то машина, то здесь что? Травинок миллиарды, и все они машины?
– Детали машин.
Диана задумалась.
– Почти убедил. Хотя трудно представить, кому и зачем понадобилось выращивать такое количество деталей. Разве что, опять-таки, на продажу?
– Хорошая мысль. Теперь давай обследуем горку на горизонте и, если не найдём ничего интересного, вернёмся в пустыню. Только предлагаю полностью загерметизироваться на всякий случай.
Зарастили шлемы, поднялись в воздух.
Поле странной травы потекло под ними жёлто-зелёным морем.
Летели не быстро, прислушиваясь к шёпоту костюмных компьютеров, сообщавших владельцам о замерах полевой среды системой контроля. Судя по тишине в эфире, никто за гостями не наблюдал, не предупреждал их об опасности приближения и не пытался остановить.
Оставшиеся до гряды двадцать километров преодолели за пять минут. Остановились в километре, зависнув в воздухе на высоте пятисот метров.
Сначала они увидели стену наподобие той, что делила равнину на пустыню и засаженное «эмбрионами деталей» поле. Приблизившись, поняли, что стена не бесконечна, как в первом случае, и окружает нечто вроде гигантского кратера вулкана, заполненного почти доверху каким-то обломочным материалом. Зависнув над стеной (высота – двести, ширина – пятьдесят метров), путешественники поняли, что это за обломочный материал.
– Ущипни меня! – проговорила Диана изумлённо.
Кратер на самом деле представлял собой углубление в породах равнины, а завален он был с первого взгляда… обломками огромных ракушек!
Дарислав опустился к краю кратера, осмотрел ближайшие обломки.
Больше всего они напоминали скорлупу каких-то позеленевших от времени конструкций, в которых угадывались балки, перепонки, рёбра, пучки жгутов и труб. Среди них встречались и почти целые конструкции правильных геометрических очертаний, и Дарислав внезапно догадался об их назначении.
– Модули!
– Что?!
– Это летательные аппараты! Те самые машины, о которых мы подумали, увидев кончики травяных стеблей. Вот что выращивают на здешних полях!
– Не может быть! А я думала – мыльницы.
– Без шуток – это транспортные модули. Причём разных размеров и форм, то есть по сути – фрактальные композиции. Я шутил про силос, а на самом деле сюда свозили все убранные выращенные изделия и бросали в карьер. Потом снова выращивали и снова бросали. Карьер огромен, наверно, сбрасывали много-много лет.
– Но почему?
– Наверно, завис управляющий комп и гонит одно и то же. Интересно, есть ли среди этого хлама рабочие модули?
– Зачем это тебе?
– Тогда мы перестали бы зависеть от наших антигравов.
– Вряд ли тут что уцелело. К тому же эти модули предназначались не для людей.
– Разобрались бы.
– Лучше подождать, когда вырастет новый.
Дарислав озадаченно повернулся к спутнице:
– Подождать… чего?
– В пустыне проросла какая-то спора, не лучше ли дождаться, когда она приобретёт законченные формы, и взять в эксплуатацию? Если, конечно, здесь найдётся топливо, ну или энергия, и инструкция, как пользоваться машиной.
Дарислав не удержался, облапил жену, чуть не столкнув в кратер, поцеловал.
– Молодчина! Прекрасная идея! Вернёмся и проверим. Но сначала поищем базу, где только и можно будет найти горючку либо подзарядить аккумуляторы летателя.
– А как мы доставим твой летатель к базе, если найдём?
Он махнул рукой:
– Что-нибудь придумаем. Давай рассуждать. Мы нашли склад готовой продукции. Он не должен быть сильно далеко от базы, иначе для контроля понадобился бы целый полк роботов или дронов. Значит, база находится неподалёку. Поднимемся повыше, осмотримся и определим направление. Согласна?
– Так точно, мой адмирал! – со смешком ответила Диана.
Так как никаких указателей, где мог располагаться центр управления всем посевно-уборочным комплексом, путешественники не нашли, Дарислав решил опереться на интуицию.
Поднялись на сто метров над кратером, забитым миллионами расколотых остовов «драконьей флоротехники».
– Мы с тобой всё время летели «на восток», так?
– Если только это восток, – согласилась она.
– У нас всего два варианта: следовать дальше в том же направлении или помучить психику, чтобы она подсказала, куда двигаться.
– Ты говоришь так, будто в твою психику вшита программа, оставленная драконами.
– Почему бы и не быть такой программе? – серьёзно ответил Дарислав. – По версии американского учёного Дэвида Айка, все правящие на Земле испокон веков династии содержат один и тот же фрагмент в своём ДНК – ген древних инопланетных
