как мухи в паутине.
Всеволод рассмеялся:
– Мухи в паутине – это очень символично, леди. Но мы не мухи. Готова следовать за мной?
– Куда я денусь?
Всеволод постарался придать голосу необходимую бодрость:
– Тогда вперёд и, как поётся в песне, и вверх, а там – ведь это наши горы, они помогут нам!
Вия прыснула.
– Ты меня поражаешь!
Взявшись за руки, они поднялись под хмурые тучи и начали выполнять план, начиная верить в его осуществление.
Интуиция позволила Всеволоду сориентироваться. Показалось, что к «востоку» механолес становится не таким корявым и разрушенным. «Деревья-пирамиды» почти исчезли, стали чаще попадаться «ротонды» и «шатры» с маковками золотистого цвета, чуть ли не такими же, как маковки православных церквей.
В конце концов, преодолев семь километров, путешественники вылетели к приличного размера – километр на километр – площади, свободной от «растений», и зависли на полукилометровой высоте, разглядывая… готический замок в центре, напоминавший известный на Земле храм Святого Семейства[23].
– Красота! – с придыханием проговорила Вия.
– Ага, – согласился Всеволод, поглощённый созерцанием.
– И его построили драконы?!
– Фрактальная геометрия и в космосе – геометрия, её законы не зависят от облика разума, любующегося такими узорами.
– В таком случае драконы были сродни нам, если строили такую божественную геометрию.
– Скорее всего, мы имеем их гены, потому и восхищаемся их архитектурой. Но погляди внимательнее. Тебе не кажется, что этот «собор» готов к эксплуатации?
– Выглядит действительно ухоженным.
– Жаль.
– Не поняла, чего жаль?
– Что мы не в «големе» с его комплексом анализа среды. Датчиков костюма маловато для этого. Полетели искать вход.
– «Собор» выглядит как только что выращенный.
– Если это летательный аппарат, он должен иметь люки, так что приглядись к деталям. Только далеко от меня не отходи, мало ли что случится.
– Сама боюсь, – простодушно заявила Вия.
– Не трусь, девочка, никого тут нет. Если бы в нём сидела команда, нас бы давно встретили.
Облетели сооружение кругом.
Вблизи «собор» ещё больше потряс путешественников количеством мелких деталей: чешуй, гребней и завитков, создающих вместе с рисунком пор и вмятин разного размера красивую композицию фрактальной вязи. Вместе с тем этот «растительный храм» не являлся изделием поп-арта, создавая ощущение технологической законченности. Если другие «лесные» гиганты выглядели засохшими и увядшими, то «собор» смотрелся как экспонат на выставке, дав основание Всеволоду оценить его состояние:
– Он явно готов к эксплуатации!
– Как что? Как космолёт? Или строительный функционал?
– Похож на летательный аппарат, может, и в самом деле корабль, но это мы уточним. Включай зрение на всю катушку.
Вия засмеялась, легко заряжаясь его уверенностью.
Средний ярус «собора» не имел даже намёков на люки или балконы, способные служить входами в сооружение. Материал стен казался пористым металлом цвета алюминия, и по всем граням башни вились узоры чешуй, похожих на крылышки летучих мышей.
Опустились к подножию «замка», расходившемуся восемью контрфорсами, напоминающими посадочные лапы космических кораблей в фантазиях художников прошлого века. Но и здесь не обнаружили ни люков, ни каких-либо указателей на грузовые ворота или входы в транспортные отсеки. Вязь чешуй и наростов книзу становилась крупней, и в ней всё больше проскальзывали «драконьи» мотивы: крылья с когтями, змеиные тела и зубастые оскалы. Вия обратила на это внимание, и Всеволод сказал:
– Это лишний раз подчёркивает, что выращивали «технолес» наши земные птерозавры. Судя по форме «собора», это космолёт.
– Но зачем им столько космолётов?
– Они создавали флот.
– Такой огромный?!
– Чтобы завоевать всю Вселенную.
– Почему же флот остался нетронутым?
– Я уже говорил, драконы ввязались в войну, но не смогли справиться с другими расами, имеющими таких роботов, как джинны и моллюскоры. С другой стороны, этот «лесной технопарк» мог остаться без центра управления либо по причине уничтожения, либо по причине сбоя программы центрального компьютера.
– Нам обязательно надо лезть в этот… космолёт?
– Если удастся его активировать, получим прекрасную возможность обследовать весь лес и найти центр. А там, глядишь, найдём и портал.
– Но даже если это и в самом деле космолёт, управляли им драконы, а не люди.
– Какая разница? Главное для нас – добраться до компьютера, а там я уж его разговорю. Если мы смогли общаться с компьютером Замка, то и с компом космолёта справимся.
Поднялись к самой маковке «собора», венчавшей центральную башню. Она выглядела сплошным золотым яйцом со шпилем и казалась лишней на фоне сложнейших узоров всей конструкции.
– Очень интересно! – хмыкнул физик, осмотрев маковку.
Её высота достигала шести метров, а диаметр в самой широкой части был не меньше пяти.
– Что интересно? – не дождалась продолжения Вия.
– Что-то мне подсказывает, что это рубка.
– Рубка?!
– Почему-то вспомнились подводные лодки, имеющие надстройки, в которых и располагались пункты управления. Что, если и этот пузырь играет ту же роль?
– Допустим, ты прав, но как мы туда попадём?
– Современные земные субмарины имеют входные мембраны, пропускающие подводников на любых глубинах. Думаю, и эта рубка имеет такую же мембрану.
– На куполе не видно ни одного указателя на люк.
– Был бы у нас неймс…
– И что? – фыркнула Вия. – Ты решился бы продырявить корпус корабля? А как бы потом летал с дырой?
Шапиро конфузливо почесал макушку.
– Да, это я свалял дурака. Давай рассуждать.
– Давай.
– Где располагаются мембраны входа на…
– Подлодках?
– На современных кораблях. Эскор «Салют» имеет три терминала: в грузовом трюме, в эллинге для транспортных систем и окно для экипажа. Грузовой терминал у него в пузе, транспортный эллинг на корме, а люк для личного состава – на носу.
– И где у этого «собора» нос? – ехидно осведомилась женщина.
– Рассуждаем дальше. Корма внизу.
Вия рассмеялась:
– Логично.
– Транспортный терминал тоже может располагаться на корме, тем более что у «собора» внизу мы видели утолщения. Значит, вход в рубку – в этом золотом яйце.
– Восхищена твоей глубокой проницательностью! – прыснула Вия. – В логике тебе не откажешь. Только мы не знаем, как проверить твои гениальные догадки.
Всеволод, не обидевшись, ещё раз облетел маковку, ведя по гладкой поверхности ладонью в перчатке.
– Постучи, – иронически посоветовала Вия.
– А что? Это идея! – Он достал из кармашка на поясе «кокоса» нож, постучал рукоятью по обшивке. – Эй, там, люди добрые, впустите путников! Сами мы не местные, дайте воды напиться, а то так есть хочется, что спать негде!
Вия расхохоталась… и умолкла.
Раздался металлический щелчок, и на поверхности яйца образовалась окружность диаметром около двух метров.
Оба уставились на окружность в ожидании продолжения процесса, однако больше ничего не произошло. Вокруг по-прежнему царила тишина, а из недр «рыбки» не доносилось ни одного звука. Не изменила цвет и конфигурацию и золотая обшивка внутри окружности.
Всеволод
