– Так ты теперь специалист по раскрытию всевозможных тайн и загадок?
– Ты прав, – кивнул Илья. – Уж что-что, а аппаратурные возможности у меня теперь не в пример институтским. Вся мощь современной науки на меня работает.
Не знаю почему, но именно в эту минуту у меня и мелькнула шальная идея подсунуть Илье, шутки ради, ту рухлядь, которую мы извлекли из утонувшего «мерседеса». «Интересно будет посмотреть, – злорадно подумал я, – что он и вся его наука скажет по поводу тех железок и тряпочек из алюминиевого чемодана?»
– Кстати, Илья, недавно пришлось мне участвовать в одной интересной экспедиции…
Я рассказал ему историю об утонувшем «мерседесе», вплоть до того момента, как мы разрядили механизм самоликвидации, установленный в алюминиевом чемоданчике, и обнаружили в чемоданчике странные предметы.
Илья слушал меня с большим вниманием, но когда я закончил рассказ, лицо его стало суровым.
– Скажи-ка мне теперь, Саня, без утайки, куда ты дел тротиловые шашки и детонаторы к ним?
– Будь спокоен, – усмехнулся я, – с этим полный порядок. Детонаторы я в тот же день выбросил в мусорный контейнер на улице, завернув их предварительно в грязную тряпку. Что же до толовых шашек, то они без взрывателей не опасны, и я их отвез к себе в гараж. Там они сейчас и пребывают. Будет необходимость – забирай их себе.
– А золотое кольцо? – спросил Илья. – Ты упомянул о какой-то надписи.
– Да, – вновь оживился я, – как же я этот момент упустил! Хотя, скорее всего, надпись эта не имеет прямого отношения к содержимому заминированного контейнера, но некоторое совершенно удивительное, на мой взгляд, совпадение все же имело место и здесь. Кольцо, как вскоре выяснилось, оказалось разъемным, а внутри были выгравированы не очень понятные слова, среди которых была и такая строчка: «Нетленный пасынок богов». И представь себе, что некоторое время спустя удалось выяснить, что надпись из кольца в точности воспроизводит последнюю строчку из мистической поэмы некоего Алоиза Шмультке, изданной в 1897 году.
После этих слов Илья вдруг нахмурился и погрустнел.
– Да, странное дело, – проговорил он после непродолжительного раздумья. – Как-то уж очень густо в последнее время повалили на свет Божий старые военные тайны.
– Да кому они теперь нужны, разве только историкам?
– Ты ошибаешься. Вот этот отпечаток, – продемонстрировал он мне свежий шрам, – я получил совсем недавно, и, кстати, в процессе разгадывания одной из таких, как ты изволил выразиться, старых и никому не нужных тайн. И ничего здесь смешного нет, – добавил он, увидев на моем лице недоверчивую ухмылку, – одних убитых в последней операции по захвату главного подозреваемого было одиннадцать, да раненых более двадцати. Начальник там мой погиб. Владимир Степанович…
– Ты серьезно? А тех, за кем вы гонялись, поймали?
– Увы, нет, – вздохнул Илья. – Правда, это был один человек, но он в который раз бесследно исчез. Впрочем, дело пока не закрыто, и распространяться о нем я сейчас не могу. Извини. Давай лучше вернемся к твоим находкам.
– Да, собственно, все, что я знал, я тебе уже рассказал. Но если тебе вдруг станет интересно покопаться в старом мусоре, то я могу передать его тебе хоть завтра.
Мы с Ильей расстались почти на неделю. На следующую нашу встречу я принес ему чемоданчик, тщательно упакованный в полиэтиленовый мешок.
– Здесь все, – сказал я, – кроме кольца. Мы подумали, подумали и решили его никому не отдавать. Сам понимаешь, золото все-таки, денег стоит.
– Да ты не волнуйся за свое имущество, Александр, я обязательно постараюсь разобраться со всем этим хозяйством, – пообещал Илья. – На самом деле я страсть как люблю копаться в загадочных фактах и документах. Да, а что еще, кроме самого чемоданчика, удалось обнаружить в извлеченной из реки машине?
– Обручальное кольцо, остатки ствола небольшого пистолетика. Ах, да! Еще на задней стенке сейфа висели три совершенно сгнивших автомата, лампа. На полу в иле нашлось несколько ржавых армейских пуговиц, латунная пряжка от офицерского ремня советского производства, десятка два разменных монет, ну и, естественно, скелет утопленника.
– Ты уверен, что бляха от ремня была советская? – удивился Илья.
– Абсолютно точно, – подтвердил я, – как, впрочем, и монеты.
– И где же все это? – поинтересовался Илья.
– Пистолетный ствол и кольцо остались у Михаила, – ответил я, – а все остальное так и было брошено в том гараже, где мы потрошили «мерседес».
– То есть в случае необходимости до всего этого можно будет довольно легко добраться? – уточнил Илья.
– Наверное, – неуверенно сказал я, – если только все останки давным-давно не выброшены на помойку.
– Пожалуйста, Александр, если тебе не трудно, проясни это прямо сегодня.
– Хорошо, сделаю, – пообещал я.
– А как у тебя с работой? – спросил Илья.
– Да все в порядке. Как раз неподалеку отсюда на днях открылся небольшой магазинчик с довольно причудливым названием «Альбион», так вот в нем я и устроился. Торгуют в нем снаряжением для верховой езды, мужской и женской одеждой и аксессуарами.
Поговорив еще немного о том о сем, мы расстались.
Часть вторая
Глава седьмая
По пыльному следу«хромого призрака»
На следующее утро Илья Федорович Хромов примчался на Лубянку, едва забрезжил рассвет. Расчистив стол от бумаг и канцелярских принадлежностей, Хромов уселся на стул и принялся вынимать из чемоданчика ветхие от старости мешочки.
«Затевать сейчас полномасштабное изучение всех этих причудливых штуковин, пожалуй, несколько рановато, – подумал он. – Сначала надо прочесть дневник и хотя бы попытаться расшифровать письмена на пергаментах».
Пересняв все тексты, Илья сфотографировал и выцветший квадратный коврик с неясными кольцевыми рисунками.
«Попробую-ка я вытащить дополнительную информацию из коврика при дополнительном усилении контрастности во время печати, – решил он, – а то очень здесь все блекло. А чемоданчик, пожалуй, отдам на спектроскопию. Пусть посмотрят, где и когда он изготовлен и соответствует ли он рассказанной Александром легенде».
Несмотря на то что могучий ранее организм Комитета госбезопасности подвергался в то бурное время постоянным реорганизациям и сокращениям, технические службы его избежали кадровых перетрясок и работали вполне стабильно и профессионально. И поэтому уже к вечеру того же дня на столе у майора Хромова лежали фотографии документов. Он сложил их в папку и, поскольку было достаточно поздно, отправился домой.
