По бледной щеке Силенса растеклась черная сеть. Темная кровь, отравленная магией, убивала короля, и он не мог остановить ее быстрое и опасное действие. Я чувствовала, как во рту все пересохло, я знала, что сейчас именно тот момент, когда моя магия должна помочь королевскому престолу. Если судьба и привела меня в Дейст, то я должна выполнить ее предписания.
Не знаю.
Не знаю, какими словами описать все то, что произошло спустя всего одно мгновение. Много молниеносных и важных по своей сути событий переплелись в единый клубок страсти, обуздать которою изнутри предстояло мне. Сколько времени прошло для остальных – неизвестно. Для меня это явилось одной вечностью, которая прошла в миг. Возможно ли привести такое сравнение, но по ощущениям все совпадает. Странное и необъяснимое чувство, от которого немеют руки и пальцы, вдруг заполняет тебя без остатка, мозг перестает слушаться, душа замирает, а сердце медленно отмеряет ритм. Момент, когда ты будто бы замираешь, весь твой организм как бы приостанавливается. И это тот самый момент, когда в твою жизнь приходит знание того, насколько эта сама жизнь и важна.
Все это произошло быстро. Обостренный слух волка, усиленный и магией, которая никуда не исчезала, просто затаилась на задворках сознания, вдруг уловил то, что не смогла бы услышать даже лекарь. Сердце Силенса дернулось в последней пульсации и больше биться не собиралось. Дыхание оборвалось на том самом последнем хриплом вздохе. И сердце короля Силенса Могучего больше не билось.
И для меня настал тот самый момент. Только вместо знания он превратился в фаталистическую вспышку способностей, которых отыскать в себе я и не надеялась. Но тишина вместо мерного биения сердца мужа отыскала во мне все возможные резервы и в едином порыве привела их в боевое действие. Даже то, что я смогла вернуть Динео, не поразило так, как это сделал сам факт наличия такой огромной силы в моем собственном теле. На какой-то миг мне показалось, что я услышала недовольный, разочарованный и даже какой-то печальный рык Янро. Списав все на шок, я не стала вдумываться в то, что уловил мой слух в этом бесконечном пространстве, в котором и обитал Динео.
Наверное, и по сей день на животе короля осталось два обожженных отпечатка от моих рук. Наверное, и по сей день Силенс носит эти шрамы, как напоминание о своей королеве.
Но в то утро все для меня было сумбуром, который не поддавался никакому логическому контролю. Когда я резким, грубым движением прижала ладони к коже Ленса, на меня возмущенно зашипела Джиджи, сетуя на то, что я тревожу и без того многочисленные раны. Я успела заметить удивление на лице Хелла, который стоял напротив. В аристократических чертах читалось недоверие, он сам был свидетелем тому, что моя сила порою лишает меня рассудка. Теперь же я бросалась ей навстречу с энтузиазмом глупца, который пошел охотиться на медведя с иголкой.
Внутри головы что-то с оглушительным звуком разорвалось, я сильно зажмурилась, меня покачнуло, но в какой-то миг я осознала, что мне удается контролировать бушующую силу, которая попала в мое тело. Даже когда я летела сквозь тысячи миль на спине своего дракона, я не испытывала такой невероятной эйфории. Она так и манила к себе, но я знала, поддавшись, я потеряю контроль, и, в конце концов, сила станет управлять мной, а не наоборот. Но я была обязана спасти Силенса, а значит, предстояло устоять перед необычайным соблазном. Он был в кончиках пальцев, которые вцепились в изрезанную кожу короля, он пульсировал под кожей, так и рвался наружу дрожью, что сотрясала не только меня, но и тело моего мужа. Затылком ощущая удивление Джиджи, которая молнией кинулась к своим травам, узнав наконец-таки то, что я поняла за пару мгновений до нее, я знала, что все сейчас надеяться только на меня. Действительно, был ли у лекаря шанс спасти короля без магии? На миг я подняла взгляд и встретилась глазами с Хеллом. Светлая зелень дрожала, я читала в позе волнение и нетерпение. Он словно бы боялся того, что происходило, и тем не менее, горячо жаждал этого. Не только это я увидела в лице бастарда. Мужчина искренне переживал за меня, ведь советник отдавал себе отчет в том, что может произойти, если все-таки Динео возьмет вверх над моими возможностями и подчинит себе. Хелл боялся. И скрыть этот страх даже этот мастер интриги и игры просто напросто не мог. То был животный инстинкт защищать меня во что бы то ни стало. Не только клятва.
Но все это было каким-то побочным событием, будто бы происходящим не со мной, а с кем-то далеким и чужим. Лицо Хелла вдруг превратилось в размытое бледное пятно, утрачивая свои правильные черты, в висках оглушительно стучало, и пот начал заливать глаза. Я сама не предполагала, насколько измотал меня Динео, я старалась не обращать на него внимания, желая, чтобы он самостоятельно сделал то, что от него требовалось. Судя по всему, в магии не бывает простых вещей, поэтому от меня потребовались все знания, которые я успела в панике наскрести по углам собственного раздробленного сознания.
Наверное, нечто подобное хотела совершить Нилли с королевой, когда проникала в ее тело и увидела всю ту гниль, что была внутри. На тот момент Лайс была жива, и у волчицы оставалось время, чтобы хоть что-то предпринять, теперь же я не располагала такой роскошью, потому что жизнь спешила покинуть Силенса. Его кожа под моими ладонями стремительно холодела, чувство ужаса захватило меня в свои объятия, дыхание начало сбиваться.
Я погрузилась в себя. По-другому мои следующие действия не назовешь. Окружающий мир превратился в маленькую ненавязчивую точку на краю всех моих ощущения, даже лазарет обратился в невероятно незначительное место, которого теперь просто не существовала. Я знала это, потому что могучая сила пульсацией передавалась в тело короля, и для меня более не было ничего, кроме этого действа. Неожиданно ладони мои потеплели и все нагревались и нагревались, будто стремясь достигнуть состояния накаленного металла, так что вскоре я просто-напросто перестала их чувствовать. Динео бесновался. Он жаждал вырваться из узды, но я что было сил пыталась его сдерживать, хотя терпение и надежда, что это получится, с каждым мгновением меня покидали. Стискивая зубы, пренебрегая болью во всем теле, для которой не нашлось бы логического описания, я проникала в тело своего короля вслед за своей буйной магией. И она вела меня прямиком к сердцу.
Описать это было бы несложно, если бы моя память сумела удержать в себе все подробности. Но, к сожалению, эти события превратились в непонятный сумбур, даже я порою не могла в нем разобраться. Словно бы сумасшедший художник вдруг решил смешать все краски в одну и написал этим тоном картину, убеждая, что в этом месиве, смахивающем на грязь, есть оттенки радуги. Такими для меня и стали воспоминания, когда я старалась вернуть Силенса к жизни. Наверное, если бы Дарк тогда предложил обменять мою жизнь на благополучие короля, я бы согласилась не медля. Потому что вера в то, что мне удастся самостоятельно его спасти, сгорала и рассеивалась, словно легкий пепел от сожженной бумаги.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
