Описать это было бы несложно, если бы моя память сумела удержать в себе все подробности. Но, к сожалению, эти события превратились в непонятный сумбур, даже я порою не могла в нем разобраться. Словно бы сумасшедший художник вдруг решил смешать все краски в одну и написал этим тоном картину, убеждая, что в этом месиве, смахивающем на грязь, есть оттенки радуги. Такими для меня и стали воспоминания, когда я старалась вернуть Силенса к жизни. Наверное, если бы Дарк тогда предложил обменять мою жизнь на благополучие короля, я бы согласилась не медля. Потому что вера в то, что мне удастся самостоятельно его спасти, сгорала и рассеивалась, словно легкий пепел от сожженной бумаги.
Ладони все теснее прижимались к его животу, а я все глубже проникала в Ленса, который был уже однозначно мертв. Мой король мертв. Эта ужасная мысль обдала холодным жаром.
Я неистово зарычала и бросилась навстречу всем соблазнам, которые разрывали мой организм. Плевать на последствия, главное спасти Силенса, все остальное как-нибудь уладиться потом. Я действительно так считала. Потому что жизнь без короля не представлялась мне жизнью. Это был бы сущий ад.
Динео с каким-то злорадным шипением толчком проник в меня. Это оказалось грубой, жесткой встряской, будто бы меня скинули со скалистого обрыва в пару десятков футов высотой. Почудилось даже, что я слышала хруст собственных костей, но вдаваться в подробности я не стала, до крови закусывая собственную губу. Какими бы фантазийными образами не было ощущение магии во мне, боль являлась вполне настоящей, и справляться с ней Динео любезно предоставлял мне самой. Что ж, приходилось соглашаться на условия магии, правду о которой я так и не успела узнать. Если и нужно платить за Силенса, то пусть цена будет непомерной, зато король сможет жить. У меня было стойкое чувство, что Дейстроу просто погибнет без монарха. Не думаю, что герцоги или даже я сумеют удержать в своих руках государство под натиском Красной страны, а посему я действовала. Пусть и использовала запрещенные методы. В чем-то я переняла привычку Хелла. Делать все, ради блага, используя даже самые ужасные вещи.
Сквозь мои ладони магия Динео по венам по застывающей крови Силенса подобралась к сердцу, где черные нити и обосновали свое смертоносное гнездо. Я не знаю, на что было это похоже. Заговор ли, яд или что-то совершенно иное по своей сути, но Ленс был отравлен чем-то, а значит, существовало и противоядие. Видимо, таким противоядием и оказался Динео.
Необычайный свет, похожий на тот, что излучала Монтэя, работая своей магией, начал подсвечивать кожу Силенса изнутри. Динео упорно пытался выгнать из его тела дрянь. Черные нити вдруг стали сползать с щек, с рук, устремляясь в сердце. Яд решил сделать окончательный и верный удар, удостоверившись в том, что король уже не сумеет вернуться к жизни. Но в конце пути черных змей встретила моя магия. Я бы назвала это противостоянием тьмы и солнца, когда наступает рассвет. Тень обычно борется, но все равно неуклонно отступает от ярких лучей. Вот и сейчас, черные нити боролись с Динео, который жадными глотками высасывал из меня мою жизненную силу, но при этом давил яд, что поразил Силенса. Я знала, еще чуть-чуть, и магия выпьет меня до дна, осушит полностью, и тогда уже во мне самой не останется жизни. Но остановить Динео, как и начать его контролировать, я уже не могла. Процесс был необратим, и я должна была закончить его, чтобы спасти короля. До боли, до дикой тошноты, я продолжала держаться, ощущая, как по щекам скатываются горячие слезы, как кожа ладоней жжется от прикосновения к его израненному животу. Как кровь запекается на моих пальцах.
Волчий слух уловил легкий стук. Один. Еще. Еще один. А потом паузу. Это сердце короля вновь забилось. Силенс судорожно выдохнул, он был жив. Я облегченно улыбнулась скривившимися губами. Только это не отменяло того, что Динео уже не останавливался, присосавшись ко мне, как путешественник из пустыни к полному холодной воды бурдюку. Жажда мучила его, и поэтому он пил. Только вместо воды использовал мою жизнь, укорачивая ее, уменьшая, лишая сил.
-Нет, - как-то неуверенно донеслось до моих ушей, мой слух был полностью погружен в размеренное биение сердца мужа. Я была счастлива, ведь вернула в его тело жизнь. По-моему, лучшего исхода нельзя придумать.
Но что-то произошло. Кто-то отчаянно не желал, чтобы я вот так просто умирала, отдавшись своей магии без боя.
-Эверин, нет! – уже более уверенно выкрикнул Хелл. Его рука ледяным обжигом легла на мое плечо.
Я резко дернулась, высвобождаясь из затягивающейся вокруг горла веревки, и оторвала руки от живота короля. За это Хелл хотел меня похвалить, его рот приоткрылся, но он не успел договорить. Я, все еще погруженная в транс Динео, одной рукой схватилась за его правое запястье. На это бастард мученически выдохнул, я услышала отвратительное шипение, краем глаза заметила странный дым, который вырвался из-под моих пальцев.
-Эв! – выдохнул советник, пытаясь отстранить мою руку. Я не могла разомкнуть пальцев, но знала, как я обжигаю Хелла.
Что-то лопнуло.
Лопнуло как мыльный пузырь.
Быстро. Почти мгновенно.
И все вокруг перестало существовать.
Мне показалось, что это и есть смерть. Но когда-то я уже попадала в это место, только тогда со мной рядом был Янро. Теперь же эта непроницаемая тьма была пронизана одиночеством и болью только моих мыслей. Отсутствие ощущения своего тела было таким диким и неприятным, что поначалу я в панике пыталась отыскать эти чувства в себе, но все оканчивалось только крахом. Вскоре я выбилась из сил и постаралась сохранить хотя бы сознание, которое, к счастью, пока что мне подчинялось, но чего следовало ожидать в месте, коему даже название придумать сложно. Это легче просто описать одним словом – тьма. Непроницаемая, густая, как каша, липкая, неприятная и бесконечная тьма. Иного объяснения этому пространству не находилось, поэтому пришлось справляться со страхом и пытаться найти отсюда выход. В прошлый раз все вышло само собой. Но теперь со мной не было дракона, и это нервировало. Если Янро не пришел на помощь к своему Всаднику, то что же с ним могло случится? Я волновалась за Иного, хотя, наверное, это он должен был тревожиться за меня. Но вспоминался его разочарованный рык.
Несколько глубоких вдохов и выдохов помогли мне прийти в относительный порядок. Мысли перестали быть похожими на перепуганных огнем муравьев, распределяясь в моей голове по степени важности.
Тела моего не существовало. Во тьме было только сознание, которое при этом взрывалось дикой болью, мне приходилось с отчаяньем ее терпеть, и я не знала, что могло послужить причиной для такого моего состояния. То ли нахождение в этом пространстве, то ли та мощная сила, которая вернула к жизни Силенса. О, Дарк и Лайт, король был жив, а значит, остальное не так уж и важно, хотя, конечно же, хотелось бы вернуться в замок Дейст. Да и вообще в свое тело. Но пока что это было только роскошью, и я могла позволить себе лишь думать, потому что другого занятия просто не находилось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
