115. Прекратим эти речи на миг… Перевод Б. Ахмадулиной
Прекратим эти речи на миг,пусть и дождь свое слово промолвити средь тутовых веток немыхочи дремлющей птицы промоет.
Где-то рядом, у глаз и у щек,драгоценный узор уже соткан —шелкопряды мотают свой шелкна запястья верийским красоткам.
Вся дрожит золотая блесна,и по милости этой погодытак далекая юность близка,так свежо ощущенье свободы.
О, ходить, как я хаживал, впредьи твердить, что пора, что пора ведьв твои очи сквозь слезы смотретьи шиповником пальцы поранить.
Так сияй своим детским лицом!Знаешь, нравится мне в этих грозах,как стоят над жемчужным яйцомаистихи в затопленных гнездах.
Как миндаль облетел и намок!Дождь дорогу марает и моет —это он подает мне намек,что не столько я стар, сколько молод.
Слышишь? — в тутовых ветках немыхголос птицы свежее и резче.Прекратим эти речи на миг,лишь на миг прекратим эти речи.
1953116. Два крыла. Перевод С. Куняева
По всем путям со мной ходила ты.Двадцатилетний путь прошла со мною.И пройденные годы, как хребты,стоят и застывают за спиною.
Над нами мелкий дождик моросил.Смывал обиды, сплетни, небылицы.И все-таки тебя я сохранил,сберег, как сокола на рукавице.
У нас один очаг и два крыла.В твоих глазах горит заря рассвета.А голова моя белым-бела,бела от нерастаявшего снега.
А время за спиною у меня,но мы уходим от его погони.Так оседлай, в который раз, коня,я вылечу, как птица из ладони!
Я предлагаю старости — уйти!Я не унижусь. И не успокоюсь.Не покорюсь. Пускай к концу путитакой же снег твои виски покроет.
Ты отправляешь письма. Ты мой сонпослеобеденный оберегаешь.Кура к нам вечерами на балконприходит в гости — ты ее встречаешь.
Настолько неразлучны ты и я —в одной горсти сумеем уместиться…Твое дыханье, словно шум ручья,я слышу по ночам, когда не спится.
Я мог бы дров в ущелье нарубитьи затравить оленя или тура,расплавить лед, и кровь и пот пролить,и ждать тебя, пока не вспыхнет утро.
Я прихожу — ты отворяешь дверь,ты ждешь меня. Ты любишь гром весенний.Укрой меня от всяческих потерьи не пусти в жилище дождь вечерний.
Смотри же не споткнись, не упади,когда потянешься к цветам и звездам.…Всё невпопад стучит в моей грудимоя любовь к тебе, к рассвету, к веснам.
1953117. Цветы. Перевод Б. Пастернака
С цветами входя, ты снаружизаносишь дыханье полей.Тебе, целый день недосужей,средь них хлопотать веселей.
Я ставлю цветы эти в банкус сознаньем, забытым давно:дни лета, я встал спозаранку,дни детства, и в доме темно.
Иные цветы словно шпорцыжар-птицы. Свидетель я сам, —дивились суровые горцы,как дети, мудреным цветам.
Иные цветы вроде рога.Иные — как помощь в пути.С собой мы берем их в дорогу,чтоб с честью до цели дойти.
Цветы не бывают пустыми.В них воздух, в них ветер сокрыт.Наряд твой, украшенный ими,как бы бубенцами обшит.
Возьмем их и к платью приколеми к выходу, к двери шагнем,и вот виноградником, полем,дорогой становится дом.
Я ставлю их в сердце, как в вазу,цветами уставив весь стол.Для них я бродил по Кавказуи родину всю обошел.
Я шел и не видел покоя,в пути головы не терял,я думал о ближних с тоскою,я жатву для братьев сбирал.
Теперь, вдохновленный цветами,трублю я по-прежнему в рог.Я выкинул юности знамя,я пламя усердья разжег.
1955118. Снежок. Перевод Б. Пастернака
Ты в меня запустила снежком.Я давно человек уже зрелый.Как при возрасте этом моемшутишь ты так развязно и смело?
Снег забился мне за воротник,и вода затекает за шею.Снег мне, кажется, в душу проник,и от холода я молодею.
Что мы смотрим на снежную гладь?Мы ее, чего доброго, сглазим.Не могу своих мыслей собрать.Ты снежком своим сбила их наземь.
Седины моей белой кудельты засыпала белой порошей.Ты попала без промаха в цельи в восторге забила в ладоши.
Что мне возраст и вид пожилой?Он мне только страданье усилит,я дрожащей любовной стрелойранен в бедное сердце навылет.
Ты добилась опять своего,лишний раз доказав свою силув миг, когда ни с того ни с сегоснежным комом в меня угодила.
1957119. Тбилисский снег. Перевод Е. Евтушенко
Проходят люди, оступаются —глаза слепит им белизной,как будто с неба осыпаютсяцветы, посеянные мной.
Во мне весь город с гамом, гомоном —звонки трамваев, стук подков.Как облака, парю над городом.Иду, как снег из облаков.
Тбилиси, всё не сразу скажется,ты — моя совесть, ты — мой суд.А снег твой снегом только кажется —ткемали белые цветут!
Всё, что я думаю и делаю,—во славу свежести твоей,кровь моя влита в хлопья белые,но стали хлопья лишь белей.
Я кровь свою с твоею смешивал,и на весах твоих мостовя столько раз все мысли взвешивал,и снова взвесить их готов!
В лицо твой каждый домик помню я,я по Метехи колесил,бокалы, сумерками полные,к губам в Исани подносил.
Тбилиси, дай побольше трудности.Наполни мне еще полнейдорожным провиантом юностикорзину зрелости моей.
Да, я — труба родного города,и быть иным не приучусь;живой — я твое горло гордое,умру — в твой корень превращусь.
1956120. В тени платанов. Перевод Б. Пастернака
По обсаженной улице этойя ходил молодою порой.Под платанами два силуэта.Это — мой, а второй — это твой.
Ты проходишь под ними, не глядя.Ты идешь, не смотря на листву.Очутившись опять в их прохладе,я былое обратно зову.
Под стволами воронки в панели.Камнем выложены их края.Наши тени близ них уцелели —вот моя, а вот эта — твоя.
Листья осенью прыщут, увянув,облетает, лежит большинство.Если срубят один из платанов,в яму стану я вместо него.
Не платаны уходят, а время,а платаны глядят ему вслед.Я стою здесь с деревьями всемии тебе посылаю привет.
Я шаги твои раньше узнаю,чем платаны начнут шелестеть.Ты меня на панели у края,как бывало, по-прежнему встреть.
1956121. На набережной. Перевод Б. Ахмадулиной
