лесу. Машинально проверил его энергетическое поле. Одного раза оказалось и правда мало. Осталось еще много незадействованных нитей.
«Нужно будет еще передать ему энергии, – подумал я, – И магу полезно, и мне будет куда сливать энергию духа, чтобы она не застаивалась. Теперь у меня нет среды, куда ее можно было девать. А тело так или иначе этого требовало. Работы в подпространстве для этого было недостаточно. К тому же… во мне это пробуждало некий интерес. Взаимодействие с живым существом, да еще и магом, отличалось от связи с природой.»
Совсем скоро проснулся остальной отряд. Пшенице знатно досталось. Таких словесных конструкций, что использовал в своей речи Ибетт, мне еще не доводилось слышать. У меня самого, как у Киара, чуть уши не покраснели. Когда я попытался заступиться за парня, мне было адресовано, что малышам слова не давали, и шел бы я в… лес. Прогуляться. В лес я не пошел, но в сторону отодвинулся. Мало ли что. При чем, о ночном не выполненном дежурстве мужчина узнал не от Дариэля. Я подошел к Пшенице, чтобы незаметно толкнуть его, пока Ибетт спал. Но у командира, похоже, слух был лучше, чем у эльфа. Так он и застал сладко спящего парня. Все, что я мог в этой ситуации, это оттащить меч мужчины подальше от него, пока тот после сна пытался сообразить, что происходит.
– Эбен, верни меч, – сердито выдохнул командир, протягивая ко мне одну руку, а второй держа Киара за шиворот.
– Ибетт, может не нужно? Давай я тебе лучше травки одной заварю. Она хорошо успокаивает, – отговаривал мужчину, отступая назад.
– Эбен! – наступал на меня командир.
Я увиливал, пока не сошел с поляны и не уперся спиной в дерево. Замялся, оглядываясь назад. Этой секунды Ибетту хватило чтобы схватить меч и попытаться вырвать его у меня. Я сжал меч, рукой зацепившись за ствол дерева. Но это не спасло. Командир за время, проведенное в деревне, успел восстановиться и на самом деле оказался сильнее меня.
Ибетт выдернул оружие из моей руки с такой силой, что я не удержался и полетел вниз, впечатавшись лицом в траву.
– Ох-х-х, – простонал я, переворачиваясь на спину.
Запал командира притих и он, отпустив Пшеницу, нагнулся надо мной:
– Эбен, ты в порядке?
Я несколько мгновений молча лежал на земле и краем глаза наблюдал за тем, как Киар уносит ноги по поляне. Рэйв и Норн еле сдерживались, чтобы не засмеяться в голос со всей этой ситуации.
– Да, – выдохнул, когда парень оказался на приличном расстоянии.
Ибетт покачал головой и протянул мне руку, помогая подняться. А после осмотрелся в поисках дезертира.
– Киар, иди сюда, – хмуро посмотрел он на парнишку на другой стороне поляны.
– Ибетт, – позвал я, придерживая мужчину за руку.
– Нерин, в отряде должна быть дисциплина. Она залог выживания. Тем, кто не следует дисциплине, полагается выговор и наказание, – прочитал мне лекцию он, пытаясь вырвать свою руку.
– Я понимаю. Тогда. Я готов принять свое наказание, – сказал я. Мужчина удивленно посмотрел на меня, – Это я сказал Киару ложиться спать.
– Ну раз ты так этого хочешь… – протянул командир, с какими-то странными искорками в глазах.
Я говорил, что потерял где-то способность следить за своим языком?
В итоге, по решению командира, наказание постигло нас с Пшеницей вместе. И отказаться от своих слов не представлялось возможным. Я раз сто проклял свой язык, пока выполнял мучительные указания Ибетта. Он заставил нас сначала пробежать тридцать кругов вокруг поляны. После пошли несколько десятков отжиманий.
– Восемьдесят? – возмутился ошарашенный я.
– Возражения? – серьезно спросил командир.
– Н…нет, – пробормотал я и упал на пол. До этого в быстром забеге нам накинули еще десять кругов за «разговоры в строю». Хоть бег мне и не доставлял дискомфорта, но как дурак бегать по одному кругу было немного унизительно.
За всем этим представлением с хищными улыбками наблюдали завтракающие Норн и Рэйв. Дариэль, который опять сидел за своими бумагами, иногда бросал саркастичные взгляды.
Признаться, я думал, что у меня довольно неплохая физическая форма. Но таковой она только выглядела. На деле руки начали трястись на тридцатом подходе. В то время как Киар уже спокойно заканчивал.
– Эбен, если сейчас грохнешься, начнешь заново, – заметил мои потуги уйти на землю Ибетт.
Понимая, что так скорее всего и случиться, я решил немного схитрить. Все равно люди этого не заметят. Я приоткрыл канал с Флоранной, позволяя истинной энергии, успевшей накопиться с ночи, войти в тело и наполнить его. Да, это не то назначение, для которого она мне была дана. Но, если нужно будет, лучше покаюсь перед богиней. Сработало. Тело обрело силу, я глубоко вдохнул и, работая на энергии, закончил это мучительное наказание.
Командир недоверчиво посмотрел на поднявшегося духа, который пару минут назад трясся как лист на ветру. Я невинно улыбнулся, покосившись на Дариэля. Тот сделал вид, что ничего не видел, и опустил взгляд на свои бумаги.
– Ладно, свободны, – махнул рукой Ибетт. Мы облегченно переглянулись, быстро перекусили, и отряд отправился дальше.
После утреннего наказания, я еще какое-то время потирал перетружденные руки. Киар то и дело бросал на меня ироничные взгляды.
– Нерин, теперь ты знаешь, что такое ответственность в отряде, – прокомментировал он, не сдержавшись.
– Да, теперь я знаю, что не нужно заступаться за одного конкретного человека, – ответил ему в той же манере.
Норн, идущий рядом, прыснул в кулак.
– Ох, Эбен, ты хорошо это подметил, – сказал он.
В течение первой половины дня картина перед глазами практически не менялась: дорога, поле, лесополосы, снова поле. И солнце. Безжалостное горячее солнце.
– Эбен, ты можешь сделать ту же штуку, как вчера? С ветром, – спросил Норн.
Я вымученно покачал головой и ответил:
– Я сегодня с утра много энергии израсходовал.
Дариэль, осмотрев меня, недоумевающе поднял брови. Конечно, ведь он видел, что в моем теле ее достаточно. Но та энергия, на которую он обратил внимание, принадлежала богине. Свою собственную я отдал роще.
Я молча показал на свою грудь и поднял взгляд в небо. Эльф сообразил, что я имею ввиду, и понятливо кивнул.
Каменные стены из-за холма показались неожиданно.
– Дошли! – выдохнул Киар, – Оснар!
Город издалека можно было неплохо рассмотреть. Он был не таким большим, каким я его представлял. Где-то три-четыре моих деревни по размерам. Но строения отличались. Дома были крупнее, по два-три этажа, из камня того же цвета, что и его стены. К главным воротам вела широкая прикатанная земляная дорога, в десятке метров от входа уложенная камнем.
Отряд остановился на пару минут отдохнуть. Я во все глаза уставился на город, сообразив активировать магическое зрение.
– Что, Эбен, удивлен? – спросил Ибетт, поняв мою реакцию по-другому.
– Более чем, – выдохнул пораженный я.
В этом маленьком каменном мирке смогло уместиться столько разных источников энергии и от стольких элементов, что первое время я видел только
