— Я не смогла до тебя дозвониться. Но решила, что ты наверняка еще не нашла новую работу и не мешало бы тебя немного подбодрить, — улыбнулась Сильвия. — Вот, я купила печенья к кофе.
Бабуля рассказала мне, почему ты уехала, и о том, что натворил твой покойный муж. Бывают же на свете такие свиньи!
Холли не смогла уловить ни одной фальшивой ноты. Сильвия, похоже, была искренне к ней расположена, стало быть, Оливер не стал болтать о том, что произошло на «Ханне Стэнфорд».
К тому же она сразу подметила, что еще ни разу не видела Сильвию столь счастливой и безмятежной. Та с мечтательным видом оперлась на плиту, пока Холли ставила чайник.
— Стало быть, приготовления к свадьбе продолжаются? — осторожно спросила Холли, после того, как девушка сообщила, что она только что с примерки.
— Ну… — Это же надо обладать столь редкой способностью так жеманничать и не выглядеть при этом идиоткой! — В общем, да. Ой, а разве у вас нет кофеварки?
— Нет. Что значит «в общем, да»?
— Я по-прежнему готовлюсь к свадьбе, но с другим женихом, — выпалила счастливая невеста.
Холли выронила ложку, рассыпав кофе по столу.
— С Оливером?
— С кем же еще? — Сильвия как будто даже обиделась. Однако, увидев выражение лица Холли, тут же просияла и протянула вперед руку, на которой красовалось новенькое кольцо с бриллиантами и рубином. — Слава Богу, Оливер оставил его у себя после того, как я швырнула его ему в лицо. Два дня назад мы снова обручились.
— А Питер не возражал? — выдавила Холли.
— С какой стати? — весело отозвалась Сильвия. — Он с самого начала на это рассчитывал. Как ты думаешь, почему ни с того ни с сего наши приглашения на свадьбу так запоздали? Пэр все нарочно подстроил. Когда он предложил мне этот план, то сказал, что скорее всего нам не придется жениться. У него не было сомнений, что, когда дойдет до дела, Оливер ни за что не позволит мне выйти замуж за другого, поскольку слишком меня любит.
— Какая проницательность, — пробормотала Холли, в душе которой, заглушая боль, стал закипать гнев. И как он только посмел обвинить ее в двуличии, когда у самого было рыльце в пуху! Да еще и разводил сантименты по поводу чести и благородства!
— Но ведь он оказался прав, не так ли? — бросилась на защиту своего преданного рыцаря Сильвия. — И потом, если бы его ожидания не оправдались, Питер был готов действительно жениться на мне — ради ребенка, и за это я по гроб жизни буду ему благодарна! Хотя вообще-то все странно получилось. У Пэра в последние дни совершенно отвратительное настроение, он даже почти не отреагировал, когда я сообщила о том, что не беременна. Вел себя так, словно ему все равно. Он просто пожал плечами и велел мне как можно скорее рассказать все Оливеру. Я тут же к нему побежала, и, представляешь, он даже ругаться не стал. Мы проговорили чуть ли не полдня, признались, что оба были не правы, я поплакала, а потом… — Сильвии даже удалось слегка покраснеть. — В общем, кончилось тем, что мы оказались в постели.
— Ой, Холли, слышала бы ты, что он говорил, — продолжала щебетать она, видя, что Холли молчит. — Он признался, что ему было так плохо без меня, что он с ума сходил от ревности, когда я обратилась к Пэру. И еще — что он бы похитил меня у алтаря, но ни за что бы не дал мне выйти замуж за другого.
Холли представила себе эту картину и испытала нечто сродни мрачному удовлетворению. Вот было бы здорово, если бы всемогущий Питер Стэнфорд осрамился перед двумя сотнями гостей. Сам же оказался бы и виноват!
Набивая себе рот печеньем, от которого толстеют, Холли с каким-то мазохистским удовлетворением позволяла Сильвии радостно чирикать дальше. Та сообщила, что Айрис пока остается в Обители, а Грейс подрядила племянницу Мэри Гривз писать за нее письма. Сама Сильвия прилетела в город на вертолете компании, и с ней прилетел Питер, собиравшийся остаться здесь на ночь, а потом он, по-видимому, окончательно сюда переберется. Последнее сообщение заставило Холли похолодеть.
Перед уходом, светящаяся счастьем Сильвия вручила Холли изящное бело-золотое приглашение на свадьбу, написанное от руки.
— Оливер велел сказать, чтобы ты обязательно приехала, — радостно прощебетала она. — И еще предупредил, что попробуй только отказаться, он тебе такое устроит!
Холли пристально взглянула на родственницу, но у той на лице было совершенно безмятежное выражение. Очевидно, скрытый подтекст слов жениха до нее не дошел. Похоже, у братцев Стэнфордов имелась скверная привычка швыряться угрозами направо и налево, свирепо подумала Холли, закрывая дверь за счастливой невестой. Потом ринулась к телефону и решительно водворила трубку на рычаг. Хватит с нее! Больше никакого самобичевания, и конец затворничеству!
Телефон зазвонил в ту же минуту, и Холли, схватив трубку, рявкнула:
— Алло!
В трубке на мгновение воцарилось недоуменное молчание, затем женский голос произнес:
— Холли, это ты?
— Да, — резко ответила девушка. — С кем я говорю?
— Что это с тобой? Ты меня не узнала? Это я, Селеста.
Только этого еще не хватало.
— Привет, Селеста, — нехотя отозвалась Холли. — Извини, я только что из душа. — Тебе нужна Конни? Ее нет дома.
— Да нет, мне как раз надо поговорить с тобой. Тут случилось нечто довольно странное…
У Холли язык чесался сказать этой ветренице, что ее вовсе не удивляет тот факт, что с ней происходят странные вещи.
— Ну и что же это? — спросила она, вовремя прикусив язык.
— Понимаешь, мне позвонил тот парень, что устраивает нам свидания вслепую, и сказал, что разыскивает девушку по имени Джульетта.
В ушах Холли зазвенело так, что она на мгновение лишилась слуха.
— Так вот, я ему сказала, что не знаю никакой Джульетты, а он тут же возьми и ляпни, что ее настоящее имя — Холли О'Брайен. Ну я, конечно, сразу сказала, что ты вообще-то на такие свидания не ходишь и что он, наверное, ошибся. Но не тут-то было. Уперся рогом, подавай ему тебя, и никого другого. Я уж и так и сяк пыталась от него отделаться, но он такой настырный. Короче, мне велено тебя известить, что Ромео ждет свою Джульетту сегодня на том же месте и в то же время. Это все — ни фамилии, ни места встречи. И еще он просил передать: «Скажи Джульетте, пусть диктует любые условия». Слушай, это все из-за того свидания, в которое я тебя втравила? Может, ты все же нарвалась на какого-нибудь маньяка? Ой, мне так неудобно…
— Я пойду.
— В конце концов, тебе ведь необязательно… Что ты сказала?
— Я пойду. — Холли постаратась придать своему голосу твердость. — Перезвони ему, пусть скажет Ромео, что я согласна.
Отделанное мрамором фойе огромного дома было таким же холодным и пустым, каким Холли его запомнила, а дверь казалась такой же зловещей, но в этот раз она без колебаний нажала кнопку звонка.
