— Придушишь меня?
Питер крепче прижал ее к себе и наклонился к самым губам.
— Никогда не отпущу.
— И не надо! — Прикосновение сильных рук и теплые губы на ее губах были для Холли подлинным благословением.
— Так ты готова принять мою дочь? — еле слышно шепнул Питер.
— Я уже полюбила ее как родную, — чуть смущенно отозвалась Холли.
— Я имею в виду, принять как свою собственную дочь, — пояснил он. — По-моему, все дети в одной семье должны называть матерью одну женщину. — Почувствовав, как напряглась Холли, Питер покачал головой. — Неужели ты думаешь, что я не предложу любимой женщине выйти за меня замуж? В особенности если она такая, как ты, и все время норовит от меня ускользнуть. Ты что, держишь меня за полного идиота?
Лицо Холли просияло от счастья.
— По-моему, ты не идиот, а самый настоящий гений. За это я тебя и полюбила.
Она впервые произнесла эти слова вслух, однако никакой романтической реакции не последовало. Питер лишь приподнял бровь.
— Докажи.
Холли расхохоталась. Сбросив босоножки, она потащила его в спальню и игриво бросила на кровать. Питер тихонько шепнул:
— В тот раз, когда моя Джульетта была со мной, она оказалась слишком горда, чтобы принять что-то от меня. Надеюсь, сейчас все будет по-другому.
— Гордость превыше всего, — напыщенно произнесла Холли.
— Мне ли этого не знать, — улыбнулся Питер и легко провел пальцем по нежным губам любимой. — Так как же? Ты готова смягчить ради меня эту малоудобную черту своего характера хотя бы на сегодня?
— А у тебя еще сохранился тот великолепный браслет? — поддразнила Холли.
Глаза Питера торжествующе блеснули.
— Так у тебя все же нет никакой аллергии на золото? — Она покачала головой, и он, вытащив один из ящиков прикроватной тумбочки, вытряхнул из него целую кучу шкатулочек. Раскрывая их по очереди, он принялся осыпать Холли целым шквалом драгоценностей: браслетами, кольцами, серьгами, ожерельями, — ослепительно засверкавшими на фоне ее черного платья.
— Питер! — смеясь, запротестовала Холли, отбиваясь от золотого дождя.
— Тебе этого мало? — И он обрушил на девушку новую порцию украшений. Холли уже просто изнемогала от смеха.
— Я купил все это, потому что у тебя нет никаких украшений, только я не знал, что тебе нравится, — неожиданно серьезно сказал Питер. — Мне хочется дать тебе все, понимаешь? — С нежностью произнес он. — Себя, свою жизнь, любовь, детей… все, что в моей власти подарить тебе. — Он достал последнюю вещицу, завернутую в несколько слоев папиросной бумаги, и осторожно развернув, извлек тоненькое старинное золотое колечко с тремя скромными бриллиантиками, уложенными в ряд. Холли, стряхнув с себя украшения, села и стала внимательно рассматривать кольцо.
— Это обручальное кольцо моей матери, а до нее оно принадлежало моей бабке, — пояснил Питер. — Отец сохранил его для меня после маминой смерти, чтобы я отдал его своей будущей жене. Сид объявила, что оно слишком старомодное и бриллианты слишком маленькие, а Сильвии я его даже не показывал. Сам того не зная, в течение последних пятнадцати лет я хранил его для тебя…
— Оно прекрасно, — дрожащим голосом произнесла Холли. — Светлое напоминание о любви прошедших поколений.
Питер надел кольцо на тонкий пальчик Холли.
— Я так и знал, что тебе оно будет впору.
— Маленькое, простое и незаметное? — лукаво поддразнила Холли.
— Тонкое, редкое и драгоценное, — отозвался Питер и опрокинул ее на кровать. Бесцеремонно стряхнув с покрывала свои щедрые дары, он приготовился к самому серьезному делу, которое было у него сейчас, — к любви.
— А ты знаешь, что мы с тобой подтвердили одну довольно банальную аксиому? — сказал он, поднося к губам руку Холли и нежно целуя кольцо.
— Какую же? — мечтательно прошептала она, готовясь принять его самый бесценный дар.
— Что каждому человеку раз в жизни достается счастливый билет. И надо только поверить в это и не упустить свою удачу, — нельзя позволить этой капризной гостье промчаться мимо твоей судьбы.
Эпилог
— Вот вы где!
Дверь библиотеки, где Холли с Грейс ненадолго уединились, чтобы отдохнуть от праздничной суеты, распахнулась, и вошел Питер.
— Снова пытаешься от меня улизнуть? — засмеялся он, подходя к Холли и обнимая ее за плечи. — Боюсь, мне придется прервать ваш тет-а-тет. Молодые уже готовы и собираются уезжать. Сильвия будет бросать свадебный букет на счастье, так что твое присутствие при этом знаменательном событии просто необходимо.
Грейс улыбнулась и поднялась с кресла. В платье цвета старой чайной розы с жемчугами на шее она была просто великолепна. Гипс уже сняли, и, хотя старушка еще опиралась на трость, но делала она это в основном для страховки. Холли тоже поднялась, последовав примеру тетки.
Из холла уже доносился смех и гул голосов — гости стекались туда проводить молодых в свадебное путешествие, которое те собирались совершить на яхте. Питер галантно распахнул дверь библиотеки перед обеими дамами, и Холли невольно улыбнулась, вспомнив, как он вот так же провожал их из этой же комнаты всего два месяца назад во время вечеринки, которую устраивала Сильвия. Следуя за теткой, она покачала головой. Казалось, времени прошло всего ничего, но как все изменилось! Сильвия с сегодняшнего дня стала миссис Оливер Стэнфорд, а два дня назад Питер и Холли официально объявили о своем намерении пожениться, что вызвало бурное одобрение у всех родных.
Свадьба Сильвии и Оливера, состоявшаяся после полудня, прошла именно так, как было задумано: у озера под белым балдахином среди узкого круга друзей и родных. Невеста, лучившаяся счастьем, была просто ослепительна в белом кружевном платье и серебристой фате. А Оливер, которого очень красило предсвадебное волнение, был хорош, как никогда. Когда они стояли у алтаря, среди гостей раздался шепот восхищения, да и потом все постоянно говорили о том, какая они красивая пара.
Как только Холли вышла, ее сразу же подхватила под руку Айрис. В розовом облаке газа с высокой прической она казалась совсем взрослой. Без особых церемоний оторвав ее от своего папаши, девочка потащила будущую мачеху к самым перилам лестницы, где вот-вот должны были появиться новобрачные. Холли даже не пыталась высвободиться. За последний месяц она отчетливо поняла, что спорить с будущим мужем и его дочерью, если они что-то твердо решили, совершенно бесполезно. А сама Айрис сейчас всем своим видом показывала, что у нее на уме какая-то очередная затея.
Раздались приветственные крики, — это на галерее появились новобрачные. Сильвия, уже переодевшаяся в прелестный жемчужно-голубой шелковый брючный костюм, держала в руке свадебный букет. Она немного помедлила, оглядывая гостей с лукавой улыбкой, а потом неожиданно ловко бросила букет вниз. В ту же минуту Айрис едва заметно подтолкнула Холли, и букет спикировал той прямо в руки. Холли ничего не оставалось, как поймать цветы под новый взрыв приветственных криков. Однако она успела заметить, как Айрис и Сильвия обменялись торжествующими взглядами.
