и их надо бы разгрузить от людей и груза. А вот в центре эскадры потоплен флагман принца! Выжил он или нет — не говорят. И вообще, потери там — десятка три разных кораблей. Людей вылавливают, тех, кто сразу ко дну не пошёл, груз тоже стараются спасти, но глубины там уже приличные.
Выслушав доклад Хисана, я вызываю капитана. Тот выглядит как на параде! Будто это не нас пытались утопить только что. Даже знак доблести висит, рубиновый, второй ступени. А ведь судно гражданское. Тупо транспортник.
— Чем порадуешь, чем огорчишь? — добродушно оглядываю я не военного, в общем, моряка.
— Атаку и абордаж, отразили! — браво начал он (будто это не моя заслуга!), судно получило четыре пробоины, залатываем их, поток воды в трюм прекращён!
— Ну и славно, — облегченно выдыхаю я. — Пойду, прилягу, если найду где.
— Если не высадимся на остров для починки кормы, то затонем от любого сильного ветра! — догоняет меня конец доклада в спину.
Глава 30
— Так всё хорошо, или затонем? — в ярости обернулся я.
Смуглый и ещё не старый капитан от моего недовольного взгляда даже втянул голову в плечи.
— Затонем! Я ведь не говорил вам, что у нас всё хорошо, а лишь сообщил, что пробоины залатаем. Но у корабля нос разломан, и мало-мальски сильная волна затопит нас. Материалы для починки есть, острова рядом тоже есть. Предлагаю причалить да потратить ночь на ремонт, — меланхолично оправдывался капитан.
— Остров, что за остров? Чей он? — опять заинтересовался я.
— Их тут рядом десятка три, все небольшие, но у некоторых есть удобные гавани, — вместо капитана ответила мне Судзуна. — На них никто не живет, уж очень места здесь неспокойные — и империя грабит, и мы можем набег устроить. Изредка рыбаки там ночуют.
— Выбирай гавань повместительнее, и все корабли, которым требуется ремонт, пусть направляются туда! И дайте мне связь с Мелич!
Черт! Совсем не хочется оставаться без прикрытия основных сил вторжения. С другой стороны, ни нам, ни им не помогли размеры нашей флотилии. Может уцелевшие корабли отправить с основным караваном? А неплохая идея! Так и сделаю. А нам для охраны хватит эскадры Мелич.
Снова зову Хисана (раз уж он взялся отвечать за связь) и отдаю новые указания.
— После потопления флагмана Бартоломью не знаю с кем связываться, — вздохнув, признался тот.
— Есть у меня там дружок, он командир одной из охранных эскадр, — неожиданно произнёс наш капитан. — Заплатить немного денег, сотню-другую золотом, и он примет наши корабли как родные! Амулет связи у меня с ним есть.
— Действуй! — радуюсь я. — И это… своим парням, кто ремонтировать будет, пообещай по десять золотых каждому, если сачковать не будут, конечно. — Хисан, передай то же самое для других кораблей, где идут ремонты. Ты узнал, сколько у нас транспортников повреждено?
— Семь, кроме нашего, и один нуждается в ремонте у Мелич. Ты уверен, Гарод, по затратам? Там на работах под тысячу человек будет задействовано на восьми судах.
— Плачу всем по двадцать пять золотых! — уверенно подтверждаю расходы я.
Хрен ли — я уже миллионщик! Мне бы до нашего берега доплыть. Денег не жалко, после всех тех приключений и битв, которые произошли с начала этого похода, я стал ценить не материальные блага, а спокойствие. Скорей бы к себе в замок, к своим жёнам. Буду жить в неге и удовольствиях. А то, как попал сюда, постоянно задница в мыле. Вроде сначала интересно было, а сейчас уже напрягает.
— За такие деньжищи я сам встану с топором, — пробормотал себе под нос капитан. — На них в моём городке можно домик небольшой купить… Моё жалованье двадцать шесть золотых в год…
— Хисан, капитанам за руководство по сотне золотом, и ещё по пятьсот золотых на корабль в качестве премий! Сами решите, кому их выплатить, — швыряюсь золотом я. — Но чтобы, сучье вымя, как солнце в зенит встанет, ремонт был закончен!
— Так, до полудня ещё часов десять, часа два на дорогу, итого часов восемь на ремонт у нас будет! Успеем! — возбудился обычно тормознутый капитан.
По палубе он мчал неприлично фривольным аллюром, на ходу отдавая команды.
— Сучье вымя, — пробормотал боцман, торопливо записывая себе ругательство на табличку. — Ох, и горазд ты ругаться, граф.
— Собрала я потеряшек подводных, и знаешь, что скажу? Ты богат, — возбуждённо сказала Судзуна, подходя ко мне. — Если всех их продать…Граф, а ты дашь мне немного золотых на одежду, чтобы я к отцу голодранкой не вернулась?
— Тут такое дело,… не знаю, кто отец твой, а человек, который знал, наследный принц Бартоломью, возможно, утонул, — признался я.
— И воскрешения у него в храме нет? — спросил подслушивающий нас Ригард.
— Да я откуда знаю? Может, есть, но гарантий возврата к отцу тебе никто не даст. В любом случае я тебя не обижу, — отвечаю и Ригарду и Судзуне.
— С тобой тоже интересно, — погладила меня по руке девушка. — А то, что будет нападение в бухте — не бойся, моя стая отгонит любых врагов. У нас в Гребне сейчас имеются: двенадцать таранов — таранят корабли, вес у них под двадцать тонн; cемь «проглотов» — зубастые такие, они всё едят, вот и корму вашу покушали; двадцать одна десантная змея — по шесть человек корзина вмещает…
— Стоп! Напиши всё подробно, я сейчас всё равно не запомню. И сколько такая музыка стоит, ну на имперские деньги, хоть примерно знаешь? — вопрошаю довольную деваху. — И корма не ваша, а наша. Дурой не будь, вместе ведь ко дну отправимся, только я выплыву, я маг, а вот ты будешь хвататься за что ни попадя.
— Я знаю, за что ухватиться, чтобы не утонуть, — спошлила пленница. — А так ты прав — мы в одной лодке! А сколько все это стоит, я не знаю, у вас таких прирученных зверей нет в империи, а даже если и поймаете, то где вам взять такого вожака как я?
— А чего так много-то в Гребне чудищ? — спросил я, записав себе на подкорку сознания, что моя пленница имеет ценность не только как источник информации, или как чья-то дочь, но и как человек, способный управляться с чужеродной фауной.
— Гребней всего шестнадцать в Теократии, и в каждой может больше сотни разных существ быть, на ваш флот напало несколько, я притянула сколько могла, — пожала плечами девушка. — Вообще, ваши маги неплохо справились с нападением. Особенно ты порезвился.
— Ага, неплохо, флагман только утопили, — проворчал я. — Да и мы за малым на дно не пошли, минута всё решала.
Идём втроём — я, Ригард и Судзуна в кают-компанию, которую шустро приводят в порядок. Располагаемся там, мне обещают перекус. Девушка всё рассказывает мне про различных подводных тварей. Оказывается, почти все они выведены искусственно, и представляют собой заметную военную силу. Заскочил Хисан и поведал о проведённых переговорах. Друг нашего капитана из охраны принца Бартоломью запросил триста золотом, и чтоб без бюрократии. Охота было спать, боевые действия отняли много сил и нервов. Но когда спать? Плывём к нужному островку. До него всего час, но мы разгоняться не можем, иначе корма начнёт черпать забортную воду. Поэтому на весь путь у нас ушло полтора часа. Ещё темно.
— Гарод, сам в разведку не лезь, я тебя умоляю. Вон Хисан у нас диверсант со стажем, ему и осматривать бухту, — просит меня Ригард.
Небольшой островок в форме подковы, почти плоский, лишь в центре виднеется скала. К нему уже направляются и другие повреждённые транспортные судна. Спущенная шлюпка исчезла в темноте, а я пока промеряю глубины в заливе. По всему видно, что зайти в бухту мы сможем спокойно. Минут через десять, после того как шлюпка с дозорным отрядом, возглавляемым Хисаном, причалила к берегу, островок засиял магическими сполохами. Сверкнула вспышка, потом другая, поднялись осветительные шары, запущенные моим магом-диверсантом и всё стихло.
— Гарод, всё в порядке, можно причалить, но остров обитаем, — доложил по амулету связи Хисан. — Правда жители тут странные. Да сам увидишь.
Смотрю на Судзуну, та лишь пожимает плечиками.
— Что значит, сам увидишь⁈ — попытался отнять амулет Ригард. — Нечего там тебе делать, Гарод!
— Да забей, давай глянем, что там странного, — командую я. — Ран, Тарак, Джун, Крит, со мной! Кант, ты ещё нездоров, останешься здесь за старшего.
Корабль под руководством капитана зашёл в бухту, прилепившись к самому её краю, и за борт были спущенны сразу десяток шлюпок
