расточительство. Тем больше поводов решить проблему самому, не полагаясь на других. Директор, если он говорил правду, собирается привести план в действие в начале июня. Значит, нужно его опередить.
Примечание к части
*Игра слов, Ember - тлеющий уголь, созвучно с Amber (янтарь), фамилией Аманды.
Глава 50
— …таким образом, вы всегда должны помнить не только о бдительности, но и о сдержанности, — рассуждал Аластор, оглядывая класс. В этот день последним двойным уроком была ЗОТИ у второго курса Рейвенкло и Гриффиндора. Никого из министерской комиссии в классе не присутствовало, что немного поднимало ему настроение. Всё-таки поднятая под конец занятия тема была довольно скользкой. Но и умолчать о ней он себе не мог позволить как наставник. — Да, если вы по какой-то причине будете вынуждены защищаться от магглов, то закон разрешает вам использовать магию. Соответствующие положения о необходимой обороне внесены и в британскую редакцию Статута, и в закон о колдовстве несовершеннолетних. Однако это не означает, что, наткнувшись на пару бродяг в подворотне, вы можете безнаказанно бросаться непростительными заклинаниями или жечь и резать их, как душе угодно. Мы — волшебники. Нам даны большие возможности, но и спрос с нас тоже большой. Мисс Эмбер, вам настолько хорошо знакома данная тема, что вы решили поспать на моих уроках, или полагаете, что проблемы магглов чистокровных не… волнуют? — спросил профессор вдруг, остановив взгляд на ученице Рейвенкло, почти лежащей на парте, прикрывшись учебником.
Сидевшая рядом с Амандой Селвин попыталась толкнуть соседку локтем, однако Грюм не дал ей на это времени. Сделав жест палочкой, он заставил учебник взлететь из рук Эмбер, а затем резко закрыться, с двух сторон хлопнув её по голове. Под смех учеников ведьма буквально подскочила на месте, пытаясь одновременно схватить книгу, сесть прямо и найти взглядом преподавателя. Аластор ещё одним жестом превратил обложку учебника в зеркало, затем заставил его повиснуть над столом напротив Аманды и прокомментировал:
— Неважно выглядите, мисс Эмбер. Вам нужно больше спать, причем по ночам в своей кровати, а не на уроках. Так ведь можно при случае и лицом в котёл нырнуть или в аквариум с гриндилоу, а вы вряд ли к этому готовы, — он провел левой рукой по своим шрамам на лице. — К тому же с вас тогда ещё и баллы снимут. Впрочем, я добрый, так что заранее дам вам возможность их заработать как раз на такой случай. К следующему занятию принесёте эссе на тему «Право волшебников на самооборону», свиток не меньше четырёх футов. А теперь извольте ещё несколько минут до звонка меня послушать.
Кайнетт лишь слегка усмехнулся, наблюдая за этой сценой. Очевидно, Эмбер серьёзно переоценила свои силы. Вчера очередной их урок закончился в половине третьего ночи, при том, что подъём утром будет в семь. А за этот месяц они проводили подобные занятия в среднем два-три раза в неделю. Для него подобный режим с минимумом сна не представлял больших сложностей, однако Аманда уже держалась с трудом, даже с учетом зелий. Судя по всему, она не учла, сколько необходимо сил, чтобы каждый раз колдовать час-полтора без перерыва, заучивая связки стихийных заклинаний. Отсюда и усталость, и желание заснуть при любой возможности. Однако в остальном маг ничего плохого о ней сказать бы не смог — Эмбер взялась за новую учебу активно и сразу, будто опасаясь, что их ночные встречи Мерфи быстро наскучат и он решит не тратить больше своё время. Кайнетт не ошибся в своих оценках, училась она действительно быстро и с пониманием, для чего новые знания окажутся полезны. Возможно, если удастся сохранить такой темп до экзаменов и потом продолжить уроки летом, уже в следующем году можно будет готовить их с Клэр вместе, экономя своё время. Конечно, перед этим как-то решив проблему ненужной конспирации, но всему своё время.
— Продолжим, — вновь заговорил Аластор. — Как я и сказал, право на защиту ещё не означает права на убийство. Даже если некоторые из волшебников, даже если некоторые из здесь присутствующих ненавидят или презирают магглов, мы вынуждены жить на одной планете и нам приходится сосуществовать даже в условиях Статута. А поскольку предки приняли решение скрыть само наше присутствие, мы должны следовать по тому же пути. Никаких больше дуэлей в городах, никаких превращений нахамивших волшебнику простецов в жаб или мебель, как это было в Средние века, никакого участия в войнах магглов… В идеале, даже столкнувшись среди них с неприятностями, вы вовсе не должны оставлять следов: чары забвения, сна, отвлечения, вроде «Конфундуса» — всё это позволяет избежать проблем и с магглами на месте, и с Министерством впоследствии. Конечно, в критической ситуации допустим и «Ступефай», и более сильные заклинания — для устранения следов подобных действий и существует группа стирания памяти при Отделе катастроф. Однако лично я настаиваю на том, что «Конфундус» и «Обливейт» должен знать каждый волшебник для решения собственных проблем и исправления промахов, не беспокоя каждый раз специалистов, которые могут быть куда нужнее где-то в другом месте. Увы, но в Хогвартсе чары забвения на практике изучают лишь на двух последних курсах, и потому владеют ими в должной мере далеко не все.
Слушая его и записывая лекцию, Арчибальд не мог не анализировать сходства и различия в отношении к обычным людям у местной Конфедерации и родной Ассоциации магов. Основной принцип был тот же самый — обыватели ни в коем случае не должны узнать о магии. Различались методы. В Часовой башне всех студентов учат хотя бы основам гипноза и манипуляции с памятью, ведь каждый маг должен в первую очередь сам заботиться о постоянном поддержании секретности. Но если встанет выбор между жизнью человека и сохранением тайны, любой должен делать выбор именно в пользу сокрытия сверхъестественного, несмотря на возможные жертвы. А вот если в дело придётся вмешиваться Ассоциации или Церкви, речь обычно идёт о крупных нарушениях маскировки, и тогда в ход идут пожары, взрывы и прочие «случайные» катаклизмы, уничтожающие целые кварталы или поселения до последнего человека, часто вместе с допустившими подобное магами. С другой стороны, волшебники и тут предпочли не усложнять себе жизнь, а перепоручить заботы о проблеме Министерству и его служащим, которые сами будут стирать память свидетелям, устранять последствия магического воздействия на месте, а при необходимости придумывать «правдоподобные» версии для обычных людей.
Видимо, как и с защитой от внешних угроз — волшебники предпочли как можно больше проблем и обязанностей сбросить на официальные структуры вроде Отдела правопорядка и на чиновников,
