class="p">Спокойный как танк и флегматичный как сова с высшим образованием, Гурьян Лоочан молча подошёл к стене. Из сумки на поясе показался кусок ветоши. Второй рабочий принялся тщательно оттирать со стены грязь. Чуть позже он достанет специальный маркер и основательно подновит метку.
– Иди сюда, – Лей Цлагич вытащил из кармана планшетник, – вот, видишь? Эта электронная хреновина никак не может определить наше местоположение.
Верблюд склонился над маленьким экраном. И в самом деле никак не может. Зелёный крестик, что должен указывать на бригадира, бойко прыгает с места на место. Ладно бы туда-сюда на десяток другой метров. Так нет же. Если верить планшетнику, то бригадир носится по туннелям под Зингананом с бешеной скоростью, прыжками сразу на километр, а то и на два.
– Вот, – планшетник качнулся в руках бригадира. – Навигация в туннелях хреново пашет. Начальство не спешит вкладывать деньги в улучшение её работы. Да и зачем тратить кучу бабла ради кучки живых трудяг?
В голосе бригадира проскользнуло презрение. Увы, так оно и есть. Верблюд распрямил спину. Автоматизация, роботизация, компьютеризация, это, конечно, хорошо, но только до определённого предела. Если дешевле использовать людей, значит, будут работать живые люди. Это муниципальный рабочий может в нужном месте оттереть грязь и определить, в какой именно туннель его занесло. Обычный промышленный робот на такой подвиг не способен. А если и способен, то его содержание стоит как три зарплаты одного муниципального рабочего.
– Ладно, Верблюд, – бригадир запихнул планшетник обратно в карман, – сигай на ту сторону, а я по этой пойду. Если повезёт, то мы найдём утечку именно в этом туннеле.
– А если не повезёт? – Верблюд осторожно перепрыгнул через мутный поток на другую сторону.
– А если не повезёт, – в тон отозвался Лей Цлагич, – то у тебя появится возможность изучить ещё несколько соседних туннелей.
Железобетонная логика, Верблюд склонил голову. В свете фонарей кирпичная дорожка вдоль стока заблестела как стеклянная. Даже неясно: то ли радоваться возможности ещё лучше изучить лабиринт канализационных туннелей, то ли грустить по той же самой причине.
Яркие пятна света старательно скользят по краю кирпичной дорожки. Утечка должна быть где-то здесь, а, может, и не здесь. Проблема в том, что ниже канализации находятся туннели метро. Работники метрополитена заметили, что в одном месте с потолка капает грязь. Весьма характерный запах не оставил ни малейших сомнений в источнике её происхождения. Вот и отправилась сегодня с утра пораньше бригада муниципальных рабочих искать утечку. Проблема в том, что навигация под землёй работает через пень-колоду. А место, где работники метрополитена заметили вонючую грязь, определено весьма приблизительно. Но и забить на жалобу тоже нельзя. Если утечку не заделать, то со временем грязная вода может наворотить кучу бед. Будет очень печально, если туннель метро превратится в сточную канаву.
Поиск утечки чем-то напоминает поиск мин. Тут также важна каждая мелочь. Метров через десять Верблюд присел у края стока. А это что такое? В стыке между двумя кирпичами вода чуть-чуть совсем прогибается. А так быть не должно. Верблюд наклонился ближе. Ага! От радости на душе стало тепло. Утечка как раз по шву между кирпичами. Вода уходит через щель в землю, отчего мутная зеркальная гладь стока слегка прогибается. К слову, именно так бригадир учил искать эти самые утечки.
– Лей Цлагич, – Верблюд поднял голову, – кажется, я нашёл.
– Так кажется, или нашёл? – бригадир легко перемахнул через мутный поток.
– Нашёл.
– Тогда молодец, хвалю за зоркие глаза.
Из сумки на поясе Лей Цлагич вытащил маленькую фомку. Заострённый конец упёрся в шов. Лёгкий нажим, оба кирпича тут же сорвались со своих мест. Тот, что слева, едва не сыграл в мутную воду. Лей Цлагич легко растёр между пальцами кусочек раствора. А так быть не должно.
– Дерьмо. Не нравится мне это, – Лей Цлагич тряхнул правой рукой. – Раствор дурной. Он не должен быть таким.
Быстро и аккуратно бригадир сколупнул верхний слой кирпичей, Верблюд тут же сложил их в сторонке. На тёмно-красном фоне нижнего пласта отчётливо проступила чёрная щель. Лей Цлагич вытащил стальной баллончик. Специальная пена вздулась большими серыми пузырями и встала маленькой плотиной на пути мутной воды.
Началась привычная работа. Вскоре к ним присоединился Гурьян Лоочан. Втроём дело пошло ещё веселей. Нужно вскрыть слабую кладку, если придётся, то до самой земли. Заодно проверить, насколько глубоко вода успела промыть грунт. И последнее – собрать кладку обратно. Правда, Верблюд тихо вздохнул, для финального действия придётся вернуться на базу за раствором и дополнительными кирпичами.
– Не нравится мне это, – маленькая фомка в руках Лея Цлагича легко сковырнула очередной кирпич, – очень не нравится.
Из выемки по среди прохода, словно из несуразного рупора, вылетел гул подземного электропоезда. Да и сам канализационный туннель заметно завибрировал. По зеркальной глади мутного потока разбежались маленькие волны. К хорошо знакомому гулу добавился едва заметный треск. Верблюд тут же поднял голову.
– Берегись!!! – бригадир лихо сиганул в сторону, Гурьян Лоочан отпрыгнул в другую.
Гул подземки перебил оглушительный грохот. Под Верблюдом в прямом смысле разверзлась земля. Следом посыпались кирпичи и осколки пенной плотины. Верблюд с головой провалился в тёплую и склизкую воду.
Действие быстрее мысли. Верблюд тут же закрыл глаза. Маска на лице не дала грязной воде проникнуть в глотку, а то и нахлебаться недолго. По спине и плечам забарабанили кирпичи. Прямые углы будто тупые стрелы.
Пока разум пытается сообразить, а что, собственно, произошло, тело продолжает действовать само. Верблюд сгруппировался и вжал голову в плечи. Едва последний кирпич скатился по спине, как Верблюд попытался всплыть. Руки выскочили из воды, ладони нащупали край провала. Верблюд рывком выдернул сам себя из грязных стоков. Глаза, самое главное глаза, он так и не открыл.
Чьи-то руки сдёрнули с лица мокрую маску. Верблюд вдохнул полной грудью и едва не поперхнулся. Убойные запахи канализации чуть было не свернули нос и чуть было не забили глотку. Но дышать можно. Вместе с вонью в лёгкие проник такой нужный кислород.
– Глаза не открывай! – строгий голос бригадира приковал на месте.
Верблюд послушно стиснул веки ещё сильнее. Щёки, лоб и нос последовательно коснулась мягкая ветошь. Лей Цлагич быстро, но аккуратно, стёр с лица Верблюда грязь.
– Вот, теперь можешь смотреть, – разрешил бригадир.
Верблюд осторожно распахнул веки. Кажется, глаза целы, мутная вода так и не попала
