– Как скажешь, – не возражала Елрех. Постучала коготком по каемке тарелки и предположила: – Получается Фадрагос еще не в безопасности? Повелители и впрямь зачастили. – Покачала головой. – Наверное, потому несколько рассветов назад в самом деле в обитель прибыли правители регионов.
Сердце екнуло; кровь отхлынула от лица. Я прохрипела, потянувшись к морсу:
– Мне нельзя пересекаться с Волтуаром.
– Это он тебя полюбил?
Я кивнула.
– Как знать, человечка. Ты ведь жаловалась, что была другой, а теперь, по твоим словам, не то поумнела, не то справедливее стала.
– В реалиях Фадрагоса.
– Неважно. Ты изменилась. Если бы ты не сказала мне, что из другого мира, я бы ни в жизнь иномирянку в тебе не разглядела. А он, если тебе верить, полюбил как раз потому, что ты диковатой казалась.
– Я не буду рисковать, – решительно произнесла я.
– Я и не заставляю. Так, – она пожала плечами, – размышляю. А с Фадрагосом что будет? Теперь тебе его спасать?
Я вытерла губы ладонью и ответила:
– Нет, Елрех. Я только Вестница, о чем распространяться нельзя. Мне лишнее внимание ни к чему, да и тайны, которые мне известны, смертельно опасные. Спасать Фадрагос – задача Вольной.
– Той самой, которую ты на смерть отправила.
– Да. Это уже ей Десиена останавливать, а я, наверное, свободна. Понять точно не могу. Меня никуда не тянет, ни с кем поговорить больше не хочу. Только бы Кейела найти. – Голову опустила, глаза прикрывая. В груди потеплело, а волосы на затылке приподнялись, будто Вольный поцеловал незримо. – Но это другие чувства. С силой Вестницы все совсем иначе. Искусственно, что ли.
Елрех промычала. Новый раскат грома заглушил наши вздохи, а когда затих, Елрех напомнила о сне. Я не перечила. Помогла убрать со стола, и уже на выходе из кухни удержала подругу за руку. Она остановилась и на меня посмотрела вопросительно.
– Когда‑то ты сказала мне, что мы живы там, где живет наша история, – произнесла я и пересохшие губы облизала. – Помоги мне ожить, Елрех. Я не хочу быть мертвой при жизни.
В ее глазах не было насмешки, только серьезность и, показалось, мелькнуло уважение.
– Если все, что ты рассказала мне, правда, то мы сумеем поладить. – Она накрыла мою руку ладонью. Сдавила крепче. – Будет тебе новая история, человечка. Вот только теперь отдохнуть мне от тебя надо, разобраться в узнанном. Во все услышанное мне еще нужно поверить.
Глава 6. Пятно из голубой крови
Первое время после непростого разговора с Елрех, я ждала от нее проявления бурных реакций, но с каждым новым закатом это ожидание исчезало. Со стороны любому, кто был малознаком с беловолосой фангрой, могло показаться, что она осталась безучастна к открытиям. Как преданный и ответственный алхимик, она большую часть дня предпочитала тратить на зелья. Только в этот раз ей пришлось убедиться, что мне, как новичку, совсем ни к чему просиживать по несколько часов в мастерской гильдии. Оценив мои знания, Елрех пригласила меня в домашнюю лабораторию – обычную комнатушку, обустроенную с удобствами для алхимика. Изготавливая зелья, улучшая их свойства методом проб и ошибок и пробуя изобрести новые, нам не оставалось ни одной свободной минутки для разговоров на личные темы. Однако они появлялись ближе к вечеру. Вот только и в эти периоды отдыха Елрех предпочитала говорить о работе – зельях, травах, благодарных целителях, успехах Аспидов, – обо всем, что меня беспокоило в последнюю очередь.
Иногда, особенно когда меня мучила бессонница, хотелось растормошить Елрех и снова поднять вопрос о нас и нашем прошлом. Почему‑то до жути хотелось обсудить это, попытаться объяснить, какую важность это для меня имеет, хоть и прекрасно осознавала, что нет смысла мусолить одну и ту же тему даже всего лишь во второй раз. Сколько бы мы ни говорили о наболевшем, Елрех не сумеет увидеть целостность картины, да и проблему пустой треп не решит. В эти моменты приходилось бороться с собой, напоминать себе, что в собственном одиночестве я виновата сама. Труднее всего было сдерживать себя от спешки в поисках Вольных и требовании этого от Елрех. Она просила дать ей время, а Вольные… Возможно, мне уже и торопиться не к кому.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
На восьмом рассвете все, наконец‑то, изменилось.
– Поднимайся, Асфи, – тихо произнесла Елрех.
Я открыла глаза и осмотрелась. Комната все еще была погружена в утренние сумерки, холодное, какое‑то мутно‑серое небо за окном только‑только озарялось теплыми красками. Елрех, одетая в костюм, стояла в дверном проеме и вытирала руки полотенцем.
– Встаю, – спросонок промямлила я. Вдохнула прохладного воздуха побольше, поежилась намеренно, прогоняя сон, и приподнялась на локтях. – Что‑то случилось?
– Нет. – Елрех смотрела на меня пристально, с прищуром. И, быть может, я бы насторожилась от такого внимания, если бы не угадывалось умиление в серых глазах. – Ничего не случилось, милая человечка. Просто мы отправляемся по делам.
Просочившаяся ласка в ее голосе развеяла все сомнения в том, что она следила за мной без злого умысла. Видимо, пыталась разглядеть во мне прошлое, и, скорее всего, у нее получилось.
Она ушла почти сразу, оставляя меня одеваться. С кухни долетали сладковатые ароматы завтрака, слышались шорохи и легкое постукивание. Дом выпустил меня с коротким скрипом дверных петель, улица встретила зябкой прохладой, плотным туманом и ясным небом. Редкие пичуги голосили над сонной обителью, перекрикиваясь с разных сторон. Я умылась ледяной водой и, постояв немного на свежем воздухе, взбодрилась окончательно.
После улицы тепло дома окутало приятным жаром, запах каши с ягодами, фруктами и медом обрел неповторимое богатство оттенков. Я вошла на кухню и улыбнулась. Елрех уже накрыла на стол, но завтракать без меня не села. Разрезая пирог, она пригласила:
– Садись, Асфи. У меня для тебя новости. Думаю, они тебя порадуют, но не обещаю.
После этих слов желудок словно перевернулся, а сердце забилось чаще. Я поспешила занять место и стала терпеливо ждать, когда Елрех продолжит. Однако могла бы и привыкнуть, что подруга предпочитает сначала утолять голод. Когда с кисло‑сладкой кашей было покончено, мы разделили пирог, разлили молоко по кружкам, и только тогда Елрех обрадовала меня:
– Тебе я не говорила, беспокойная человечка, – не хотела лишний раз волновать, – но нашли нам беловолосого шан’ниэрда по имени Ромиар.
– Кто? – приглушенный вопрос вырвался против воли. Один единственный вопрос, хоть в голове их возникло множество: где Роми, кто его нашел, как далеко он, могу ли я увидеть его сегодня, как мы будем действовать дальше?
– Гильдий, благодарных Аспидам, хватает. У целителей Золотой Лани лучшие в своем деле специалисты. К ним обращаются даже верховные мудрецы. Поэтому я решила, что если и живет этот Вольный… Кхм… – Она приглушила неловкость тихим кашлем, отняла кулак от губ и продолжила с поправкой: – бывший Вольный в нашей обители, то обслуживается именно в Золотой Лани. Он же шан’ниэрд. Аспиды тоже сотрудничают с ними, мы продаем им большую часть южных трав и настоев. Они хорошо платят, но все же цену мы им знатно снижаем.
– Ясно, – нетерпеливо оборвала я.
Елрех понятливо улыбнулась мне.
– Беловолосый шан’ниэрд по имени Ромиар состоит в гильдии исследователей, – облокотившись на стол, стала выкладывать она. – Обращается этот молодой мужчина к целителям редко, а за его здоровьем присматривает темноволосый шан’ниэрд. Они не самые умелые в вопросе здоровья, у эльфов с этим дела обстоят куда лучше, но этот беловолосый шан’ниэрд, твой Ромиар, и близко не подпускает к себе другие расы. Его целитель пожаловался мне: когда Ромиар заболевает, или когда приходит время обычной проверки всего духа, наступают самые худшие рассветы в его жизни. Но Ромиар уважаемый шан’ниэрд из уважаемой семьи, поэтому ему никто не отказывает и с ним всегда вежливы. Не знаю даже, радоваться ли тебе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
