Она поморщилась, вставая с колен. Возле скелета она заметила небольшую шкатулку.
— А это что?
— Шей… — предупреждающе крикнул Вайпер, когда она протянула руку к шкатулке.
— Знаю, знаю. Не глупи, — пробормотала она.
— Нельзя дотрагиваться до вещей, которые, как известно, принадлежали колдунье. Вовсе это не глупость — они могут оказаться западней для неосторожных рук.
Шей бросила на него усталый взгляд:
— Не могу же я оставить ее тут. А вдруг внутри лежит то, что нам поможет?
— Хорошо. — Он помог ей встать. — Но только попробуй ее открыть, пока я не удостоверюсь, что она не таит опасности, и я…
Она прищурилась:
— И что же ты сделаешь?
Его лицо оставалось суровым, но в глазах блеснул веселый огонек.
— Я дам тебе знать, когда придумаю кару пострашнее.
Глава 14
Вайпер ждал — не послышатся ли за дверью легкие шаги? Улыбаясь, он натянул тяжелый халат и забрал волосы назад золотой заколкой. Они вернулись в дом Данте менее двух часов назад, но он ни минуты не сомневался, что Шей вовсе не собирается покорно ложиться спать.
Что ж, он дал ей достаточно времени, чтобы осуществить задуманное. Вайпер бесшумно выскользнул из комнаты и направился в библиотеку. Он не боялся встретить кого-нибудь по дороге. Данте с Эбби уже благополучно нырнули в уютную супружескую постель. Леве — его привезли раньше — с первыми лучами солнца превратился в каменную статую. Они с Шей были совершенно одни в огромном доме и могли делать что заблагорассудится.
При этой мысли его кровь вскипела от возбуждения.
Незаметно войдя в библиотеку, он стал наблюдать, как Шей берет в руки шкатулку ведьмы и задумчиво ее рассматривает. При виде наряда Шей он окаменел. На ней не было ничего, кроме тонкой ночной сорочки. Под тонким шелком угадывались очертания округлых бедер. Жаль, что прекрасные волосы по-прежнему были заплетены в тугую косу, зато такая прическа подчеркивала нежную линию шеи.
Клыки начали удлиняться, а тело свело судорогой. Черт!
В душе он понимал — нужно вернуться к себе в спальню. Несколькими часами раньше она уже довела его до лихорадочного состояния, и он почти не владел собой. Но он знал — никакая сила на земле не заставит его уйти. Они бросили на полдороге одно дело, а он имел твердое намерение его завершить.
К удовольствию обоих.
Он бесшумно приблизился, встав у нее прямо за спиной, и провел пальцем по ее шее.
— Значит, сбежала, киска?
Вскрикнув, Шей уронила шкатулку на стол и сердито обернулась.
— Черт! — Она дернула себя за косу, заливаясь румянцем. — Не подкрадывайся так больше!
Вайпер любовался глубоким вырезом ее сорочки.
— А как ты предпочитаешь, чтобы к тебе подкрадывались?
— Не подкрадывайся вообще!
— Я просто не подумал. Может, мне топать, как лошадь, подходя к тебе?
Она кисло усмехнулась, складывая руки на груди.
— Привяжи к шее колокольчик.
— Колокольчик? Вряд ли это соответствует моей репутации. — Улыбнувшись, он провел рукой по роскошной ткани халата. — Чем ты занимаешься?
— Я… я хотела выпить стакан воды.
— В библиотеке?
— Я имею привычку читать перед сном. И тебя это не касается.
— Лгунья. — Склонившись над ней, Вайпер принялся гладить ее обнаженные руки. — Ты пыталась вскрыть шкатулку.
Она бросила на него сердитый взгляд, но он почувствовал, что она дрожит мелкой дрожью.
— Не пора ли тебе лечь в гроб?
— Верное замечание, моя дорогая. Мне определенно пора в гроб, как и тебе в постель.
Она не успела ничего ответить, как Вайпер схватил ее на руки и крепко прижал к груди. Шей брыкалась, но он не обращал внимания. Повернувшись на пятках, он направился к выходу из библиотеки.
— Вайпер! — Она ударила его так сильно, что, будь он человеком, получил бы перелом ребер. А вампир просто улыбнулся. Шей зарычала: — Пусти меня, мерзавец!
Вайпер щелкнул языком.
— Выбирайте выражения, леди.
— Я не леди. Я демон.
Вайпер шел по притихшему дому, мечтая поскорее оказаться за дверями своей спальни.
— И красивый демон к тому же, — промурлыкал он, минуя холл. Вот и одна из многочисленных комнат-убежищ, устроенных дальновидным Данте.
Пройдя по толстому белому ковру, составляющему элегантный контраст черным и серебристым цветам декора, Вайпер опустил свою восхитительную ношу на огромную кровать.
— Вот так. Довольна?
Распростертая на черных шелковых простынях Шей попыталась сесть.
— Нет.
— Ах! — Усмехнувшись, он осторожно лег на постель, накрыв ее тело своим. — А теперь?
В трепещущем пламени свечей ее кожа отливала бронзой, а глаза горели чистым золотом. Вайпер онемел от восхищения. За всю жизнь ему не доводилось видеть ничего прекраснее.
Он потянулся к ненавистной косе и начат распускать шелковые пряди. Ему хотелось видеть, как ее волосы прольются водопадом на подушки.
Несомненно, Шей почувствовала витающее в воздухе томительное напряжение, потому что взгляд ее сделался тревожным.
— Что ты делаешь?
Его пальцы решительно растрепали черную косу.
— Ведь я предупреждал, что накажу тебя, если ты попытаешься открыть шкатулку.
— Я просто ее рассматривала.
Он сверкнул ослепительной улыбкой.
— Могу показать тебе нечто куда более интересное.
Как он и ожидал, ее щеки залил восхитительный румянец.
— Подумаешь, — буркнула она.
Он взял прядь черных волос и вдохнул их нежный аромат.
— Всего несколько часов назад ты находила меня весьма интересным.
— У меня была травма. После битвы с Лю моя голова плохо соображала.
— Значит, травма?
— Да.
Вайпер коснулся ее губ легким поцелуем.
— А сейчас? — Он тихо засмеялся. — Сейчас ты тоже травмирована?
Золотые глаза заволокло дымкой.
— Должно быть.
У него не оставалось сомнений — Шей хочет его.
— Почему? Потому что ты меня хочешь?
— Да.
Путь к отступлению был отрезан.
— Лунный шелк, — тихо сказал он, ловя зубами ее нижнюю губу. — Неудивительно, что я околдован.
— Околдован? — Вайпер чувствовал, как шевелятся ее губы. — Мне казалось, ты терпеть не можешь магию.
Он очертил языком линию ее губ.
— Эта магия мне нравится. Очень, очень нравится.
— Вайпер…
Шей подняла руки, словно собираясь оттолкнуть его.
Он был готов получить отказ, но, странное дело, поколебавшись, она медленно, ужасно медленно, скользнула руками под халат и стала гладить напряженные мышцы его груди.
Прикосновения были невесомы и робки. Но и этого хватило, чтобы тело воспламенилось желанием.
