коготь неожиданно затупился. Кувалда вернулся к телу рептилоида за новым когтем. Быстрый взгляд на дверь, и ему стало понятно, что совсем скоро ночные визитёры справятся и с третьим замком. Пришлось ускориться.
Рептилоида он замотал в одеяло и перетащил поближе к окну, здесь же поставил саквояж с драгоценными документами, а сам высунулся через пробитую раму и продолжил пилить.
Дверной замок щёлкнул и открылся как раз в тот момент, когда решётка слетела со второго крепления. Полицейские сунулись внутрь, навалились на дверь, но та не поддалась. Подтащенная кровать не позволила. Учуяв запах крови, полицейские всполошились. Кувалда обернулся, видя, что с каждым ударом кровать отъезжает от двери на пару сантиметров, и скоро в комнате станет жарко. Полицейские что-то кричали, требовали сдаться, но Краснослав навалился на решётку, отгибая её от окна так, чтобы можно было пролезть. Двух сорванных креплений для этого было достаточно.
Первым в полёт отправился труп рептилии. Нельзя было оставлять его здесь, и замотанное тело мешком упало на землю. Следом отправился саквояж, а вслед за ним нырнул и сам Кувалда. Как раз в тот момент, когда первый полицейский сумел протиснуться в комнату с револьвером наперевес.
Выстрел выбил штукатурку из стены там, где мгновение назад был Краснослав.
Он умело приземлился, перекатившись через плечо, подхватил саквояж и тело, после чего побежал прочь, избегая освещённых улиц и широких дворов. Полицейские вошли в залитую кровью квартиру, зажимая носы и ошарашенно глядя на место преступления. Никто из них прежде не видел ничего подобного. Дворник, заглянув одним глазком, расставался с ужином прямо на лестнице. Слесарь от увиденного лишился чувств.
Глава 34
Кувалда бежал по ночному Петрограду, уверенно петляя по дворам и переулкам. На его плече покачивался мёртвый рептилоид, трофейный саквояж оттягивал руку, изодранный костюм свисал жуткими лохмотьями, трепещущими от сырого промозглого ветра.
Старательно избегая освещённых мест и любопытных глаз, Краснослав добежал до одной из многочисленных речушек. В чёрной воде дрожащими пятнами отражался лунный свет и отблески далёких звёзд, пришвартованные лодки покачивались на волнах. Берега, облицованные гранитом, круто обрывались над водой. Кувалда оглянулся по сторонам, набережная была пуста и безлюдна. Он подошёл к парапету, положил тело рептилии на землю. По-хорошему, стоило бы найти какой-нибудь булыжник, чтобы рептилоид сразу отправился на дно, но никаких подходящих по размеру и весу он не нашёл. Пришлось бросать рептилию так.
Он ожидал плеска воды, но вместо этого услышал только глухой стук. Перегнувшись через парапет, Кувалда увидел, что рептилоид лежит в маленькой утлой лодочке, которую Краснослав даже и не заметил.
— Твою мать… — выдохнул майор.
Лодка стояла на якоре, достаточно далеко от ближайшего причала, так что у Кувалды было два пути. Либо прыгнуть вниз следом за рептилией, рискуя промахнуться в темноте, либо бежать к причалу и угонять другую лодку, чтобы добраться до этой. Оставлять рептилоида прямо так до утра было никак нельзя.
Кувалда запомнил место и лодку, в которой покоился виконт, и побежал в сторону причала. От реки тянуло холодом, сырость забиралась под одежду и вытягивала оставшиеся крупицы тепла, утекающие, словно песок из пальцев. Краснослав добежал до ступенек вниз, быстро спустился к воде, осмотрелся вокруг. На волнах качались самые разные посудины, от откровенно убогих долблёнок, неведомо как держащихся на плаву, до роскошных прогулочных яхт. Многие требовали весьма специфических навыков, и Кувалда понимал, что и до утра с ними не управится. Некоторые были связаны одна к другой, словно плавучий мост, и Краснослав осторожно ступил на качающуюся скользкую поверхность, чтобы добраться до крайней из них.
— Эй! Ты кто такой?! — раздался голос сверху, от парапета.
Кувалда похолодел.
— Так эта, котомку я в лодке забыл! — старательно подражая простонародному говору, пробасил он, прекрасно понимая, что даже близко не похож на рыбака или лодочника.
— Смотри мне! — крикнул неизвестный.
Благо, в темноте можно было разглядеть только неясный силуэт, и Краснослав продолжил свой путь. Крайняя из лодок оказалась довольно старой и потрёпанной, внутрь подтекала вода, но вес Кувалды она вполне выдерживала. Майор быстро отвязал её от соседней, оттолкнулся веслом, отправляясь в свободное плавание.
Заскрипели уключины, заплескалась вода. Кувалда поплыл к телу рептилии, его нужно было утопить как можно скорее. Весенние ночи в Петрограде короткие. Грести приходилось против течения, со значительными усилиями, но Краснослав упорно продолжал, мало-помалу приближаясь к злополучной лодке.
— Эй! А ну, стоять! Я сейчас городового кликну! — прокричал голос сверху.
Само собой, останавливаться Кувалда не собирался. Даже наоборот, он стиснул зубы и удвоил усилия, чувствуя, как перекатываются мускулы под кожей, а усталая спина раз за разом сгибается и разгибается, чтобы продвинуть лодку ещё на пару сантиметров.
Вскоре он достиг цели. Тело рептилии, завёрнутое в одеяло, свисало с борта. Кувалда ухватился за него одной рукой и перетащил к себе, бросив на дно лодки.
— Эй! Ты чего там стянул?! А ну, верни на место! — тот же голос продолжал кричать на всю набережную.
Не обращая никакого внимания на вопли случайного свидетеля, Кувалда оттолкнулся веслом от облицованного гранитом высокого берега, отдавая лодку во власть течения. Её быстро вынесло на стремнину, к середине реки, где течение было сильнее всего. Краснослав черпнул забортной воды, умылся, морщась от холода. Ночные приключения ему опостылели, и он позволил себе расслабиться и отдохнуть, наслаждаясь каждой секундой, хоть и понимал, что бурный вечер ещё не закончен.
Он неумолимо отдалялся от причала и места, где его видели, проплыл под горбатым мостом, на котором светили фонари, отражаясь в воде светлыми пятнами. Река повернула, вслед за ней повернула и лодка Краснослава. Он лишь немного помогал вёслами, почти полностью полагаясь на течение реки, и вскоре его вынесло на широкий простор Большой Невы.
Волны здесь оказались куда сильнее, они захлёстывали через борта и бросали прямо в лицо целые горсти холодных брызг, но зрелище всё равно захватывало дух. Огромные баржи, словно киты, поднявшиеся на поверхность, проходили под разведёнными пролётами мостов, которые указывали в ночное небо, будто огромные светящиеся ладони. Ночной Петроград, усеянный огнями фонарей на другой стороне реки, напоминал Кувалде стаю светлячков на тёмной громаде каменных зданий. Только серые бастионы Петропавловской крепости угрюмо теснились у самой воды за тонкой полоской пляжа.
Лодку тянуло к фарватеру, словно магнитом, быстрое течение выносило её на середину. Кувалда налёг на вёсла, изо всех сил сопротивляясь течению, но смог лишь замедлить неизбежное. Всё-таки в космосе майор чувствовал себя куда увереннее, чем на воде.
Дворцовый мост, перекинутый через широкую реку, сейчас
