Пока Кааврен крепко спит сном молодых и храбрых, мы, подобно ястребу, чьи зоркие глаза способны и сквозь туман засечь норска, который не сможет его заметить, даже если бы додумался посмотреть вверх, – итак, мы направим свои взоры через весь город на Холм Кайрана. Минуя Папоротниковые Джунгли, где Таорли неделями напролет сочиняет сонеты к своему возлюбленному, странствующему рыцарю маркизу Гветьюричу, спустимся вниз по склону Дальнего Холма, взглядом обогнем канал Девяти Мостов, где лорд Бритор, пятнадцатый наследник трона Дома Дзура, пал в шестичасовом поединке с кузеном герцогом Кл'баррским... И окажемся на невзрачном постоялом дворе на улице Мудреца Артийи. Не поднимаясь в действительности по лестнице, не забираясь на стену или в окно, не проходя через дверь, перенесемся на крыльях воображения в угловую комнату второго этажа, где молодая девушка, едва достигшая двухсот лет, занимается своим туалетом при помощи еще более юной служанки.
– Ну, Ини, – сказала девушка, – есть ли у меня что-нибудь подходящее к этому платью?
– Мадам, – ответила служанка, – раз уж вы делаете мне честь, интересуясь моим мнением...
– Конечно, глупенькая, меня интересует твое мнение.
– Тогда, мне кажется, что маленькая сапфировая брошь, подаренная вам графом Н., будет прекрасно гармонировать с красным платьем и удачно оттенит ваши глаза.
– Возможно, ты и права, Ини, но как насчет символов Дома? Едва ли я могу принимать герцога Г., не продемонстрировав ему свою принадлежность к Дому Дракона. Однако кулон будет плохо смотреться на фоне серебристых оборок.
– Значит, мадам не собирается надевать платье с черными рукавами и серебристым кружевом?
– Осколки и черепки, Ини, как раз наоборот.
– Тогда мадам может надеть кольцо вместо кулона, поскольку серебро прекрасно сочетается с черным, а это и есть цвета вашего Дома.
Девушка задумалась, после чего сказала:
– Ладно, Ини. Принеси его, а потом поможешь мне причесать волосы. Чем, ты думаешь, их следует украсить?
– Если и украшать, то совсем чуть-чуть. Лучше всего, по-моему, подойдет простой изящный узел с одним гребешком. Может, выбрать гребень с маленькими сапфирами, чтобы те гармонировали с брошью?
– Прекрасно, Ини, кажется, ты все отлично придумала.
– Благодарю вас, ваша светлость.
Леди, а это была Дженикор э'Терикс, завершила свой туалет, смочив одну прядь волос водой, в последний раз одобрительно взглянула в зеркало на свое прелестное личико и вышла из спальни, чтобы подождать герцога в гостиной.
Следует сказать, что в этой части города Драгейры, где в свое время располагался единственный на весь юго-запад рынок текл, после строительства Дороги Ястреба стало совсем пустынно. К тому моменту, о котором мы имеем честь писать, в таком районе господин благородного происхождения мог оказаться, только если бы ему вдруг взбрело в голову раздать милостыню беднякам. Вы спросите, что же тогда Дженикор э'Терикс, маркиза Бенд-Кэйв, будущая герцогиня, к тому же пятая наследница Дома Дракона, могла делать в подобном месте? Немного терпения, подождите, пока леди спрячет лицо под серебристую маску.
Заметим, что в прежние времена маска действительно скрывала истинное имя того, кто ее надевал. А сейчас она стала лишь символом, пользуясь которым определенного рода аристократы стараются прикрыть свое недостойное поведение. В те дни, когда слово “честь” было свято, дворянин, позволивший себе быть узнанным в сомнительной компании, рисковал репутацией, состоянием и даже правом на Врата Смерти.
Так что, надевая маску на лицо своей госпожи, Ини тщательно закрепила завязки, чтобы те не растрепали волосы, а сама маска скрыла черты. Теперь Дженикор смог бы узнать лишь тот, кому хорошо были знакомы ее маленькие пухлые губки и подбородок с ямочкой. Однако любой сразу бы понял, что имеет дело с леди, – даже быстрого взгляда на стройные ножки, мелькнувшие из-под пышных оборок платья с узкой талией, или на длинные пальцы в шелковых перчатках хватало, чтобы убедиться в благородстве ее происхождения. Не говоря уже о великолепных волосах, приобретавших в лучах солнца восхитительный красноватый оттенок.
Как раз в тот момент, когда Ини закончила возиться с маской, послышался мягкий, почти женский стук в наружную дверь.
– Это он! – прошептала Дженикор. – Герцог Г.!
– Открыть? – также шепотом спросила Ини.
– Нет! Иди в общую комнату и возвращайся через два часа.
– Да, мадам. Мне воспользоваться другой дверью?
– Конечно, глупенькая. А теперь ступай.
В дверь снова постучали, уже более настойчиво. Дженикор поспешно подошла.
– Кто там? – спросила она.
– Мадам, я пришел, чтобы еще раз в благоговении припасть к ногам своей богини, – негромко, но отчетливо произнес голос.
Дженикор распахнула дверь и увидела мужчину в длинном коричневом шерстяном плаще и надвинутой на глаза шляпе.
– О, это вы наконец! – воскликнула Дженикор, подтверждая своими словами, что посетитель узнан и что его ждали.
– Вы одна?
– Совершенно. Я отослала служанку в общий зал.
– Однако для чего эта маска?
– Вы же сами в плаще и шляпе.
– Да, но нельзя, чтобы меня здесь узнали. А вы, мадам, находитесь в одиночестве в своей комнате, и раз так – остерегаться некого. В доказательство я сниму шляпу.
– А если мне захочется спуститься в общий зал? Вы же понимаете, я не должна оставаться с вами наедине в своих покоях. – И на ее губах промелькнула улыбка, одновременно кокетливая и невинная.
– О, мадам, вы наносите мне обиду.
– Я?
– Конечно. Как вы могли усомниться в собственной безопасности, когда я рядом с вами?
– Ну, если вы припоминаете нашу последнюю встречу, в крепости барона Р., то...
– Ба! Но я же тогда просто опьянел.
– Опьянели?
– От великолепия ваших глаз, мадам. Они точно крепкое вино!
– Вы не должны говорить такое!
– Но у меня нет выхода, ведь я даже не был удостоен чести поцеловать вашу руку.
– Что ж, вот она.
– О, я прикасаюсь губами к совершенству. Вы видите, я целую ваши пальцы снова и опять. И...
– Остановитесь, вы забываетесь, вы не должны...
– Ну ладно, давайте присядем и поговорим мирно, как брат и сестра, если вы настаиваете.
– Да, я настаиваю.
– Налить вам вина?
– Только совсем немного. И будьте осторожны сами, иначе вы опять опьянеете!
– О, мадам, если бы вы знали, как ваши насмешки меня ранят...
– Тогда давайте поговорим спокойно, как вы сами только что сказали.
– Прекрасно. Раз уж у нас нет другого выбора, разговор пойдет о дворе.
– О дворе? Почему именно о дворе?
– Потому что я хочу быть наполовину императором.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
