Стенания заняли первую половину часа. Дальше возникло четкое осознание того, что не такая она беспомощная кукла. Юлька вскочила и огляделась. Подвал напоминал кладовую с продуктовыми запасами, с одной стороны стояли полки с многочисленными соленьями и вареньями, с другой виднелся люк в погреб, где, по всей вероятности, хранилась картошка. Юлька открыла крышку люка и посмотрела вниз. Точно, там хранится картошка.
Борьба за свободу отняла у Юльки слишком много сил, так что ей следовало бы подкрепиться. Конечно, она не думала, что банки закручивал сам прораб, скорее заготовки на зиму делала его жена или теща. Вполне возможно, они милые добрые женщины, живут и знать не знают, какой у них сволочной мужчина под боком. Юлька потом перед ними извинится за порчу имущества, вот только как открыть банку?
Она подошла к стеллажу и внимательно оглядела припасы.
– Вишневое варенье! – обомлела Юлька, глядя на пол-литровую баночку. – Какая прелесть!
Но открыть банку оказалось не таким простым делом, открывалки не было. Пришлось искать другие подручные способы, свои красивые зубки Юлька пожалела. Взяла камень с кадушки с квашеной капустой и принялась методично бить по крышке, пытаясь сделать в ней дыру. Ничего лучше она не придумала. Хлипкая стеклянная банка держалась из последних сил, когда крышка поддалась и позволила вылиться наружу изумительному лакомству. Чтобы не припадать к дыре губами, ведь можно было пораниться, Юлька принялась вливать в себя вязкую вкуснятину на весу. Вишенки, нужно отдать должное мастерству женщин Хомякова, были без косточек и таяли во рту, вызывая полное блаженство.
Но блаженство прервал грубый топот ног наверху. Рука Юли дрогнула, и варенье пролилось на футболку.
– Ну что, красавица, – в подвал вломился прораб с папкой под мышкой, – дождалась?!
– Век бы вас не видать, – поморщилась Юлька.
– Мне уйти? – хмыкнул тот и сделал вид, что уходит.
– Стойте! Как там Сергей? «Скорая помощь» приехала?
– А, волнуешься, переживаешь, это хорошо. – Прораб подошел ближе к Юльке и возмущенно уставился на варварски открытую банку. – Ты чего это тут безобразничаешь?! Припасы чужие уничтожаешь!
– Нечего было меня похищать, – с вызовом ответила девушка. – Я если тут еще посижу, все у вас съем!
– Троглодитка какая! – рявкнул Хомяков. – Меня теща убьет!
– И правильно сделает!
– Правильно сделает, – передразнил ее Хомяков. – Я к тебе, между прочим, по делу приехал. Твоя соседка подписала договор, она согласна на выселение!
– Этого не может быть, – прошептала Юлька.
– Вот, смотри! – прораб открыл папку и достал бумаги. – Копия! Так что вырвать и уничтожить не получится. Убедилась? То-то. Теперь твоя очередь подписывать.
– Ни за что! – отчеканила Юлька и отошла на безопасное расстояние.
– А куда ты денешься, – прищурился Хомяков. – Никто тебе не поможет, никто. Зря ты думаешь, что вокруг только честные люди. Старуха с юристом сдали тебя с потрохами, раненый господин Степанцов с нами заодно, действует под прикрытием. Ему эта развалюха поперек горла, вид из коттеджа на набережную закрывает. Все твои друзья – наши люди.
И Хомяков пошел на Юльку. Она быстро оценила возможность выскочить у него за спиной в открытую дверь, только для этого нужно было отвлечь внимание.
– Я еще и огурцы все съела, – злорадно сообщила Юлька. – Там! – и показала пальцем на стеллаж, который находится как раз за Хомяковым.
– Где?! – обернулся тот.
Юлька воспользовалась моментом и подскочила к двери.
– Прыткая ты, коза, – выход на свободу ей перекрыл шкафоподобный Валентин. – Подпиши документ, не ерепенься, хуже ведь будет.
– Отвали, – тоскливо бросила ему Юлька и вернулась обратно.
– Фу, – вытер платком лысину Хомяков, – пошутила с огурцами. Это теща к юбилею накрутила. Давай, красота наша, не тяни время, ставь подпись. Видишь, тебя со всех сторон обложили как зайца. Подпишешь, и свободна! Можешь скакать на все четыре стороны, бомжиха ты наша, нищенка гы-гы-гы…
– Сейчас, – сказала Юлька, – дайте подумать.
– Гы-гы, думать она еще будет, – загоготал Хомяков. – Никто не придет к тебе на помощь, потому что некому. Выход у тебя один!
– Выход, – повторила Юлька, переводя взгляд на открытый люк. В подвальной полутьме его было незаметно. – Значит, так, пусть он выйдет!
– Валентин, жди с обратной стороны! – распорядился хозяин подвала.
– Так, теперь давайте ручку и договор. – Юлька действовала решительно.
Хомяков незамедлительно выполнил ее требования. Юлька уже все просчитала, понимая, что прораб купится только на подписанную бумагу. Она взяла у него листы с папкой, отошла к зарешеченному окошку, поставила размашистые росписи, спрятала бумаги обратно в папку, ручку кинула прорабу.
– А папочку? – понимая, что во всем этом таится какой-то подвох, поинтересовался Хомяков.
– А ты ее отними, – прищурилась Юлька, отступая к открытому люку. Она решила ловить на живца.
– У-у-у-у! – взревел тот, не сводя плотоядных глаз с вожделенной папки. – Стерва-а-а-а!
И зашагал к ней.
Их разделял люк, в который прораб благополучно свалился.
Единственная оплошность, допущенная Юлькой, была та, что, сваливаясь, он все-таки выхватил у нее из рук папку с документами. Но о ней она больше не думала.
– Посиди там и подумай над своим отвратительным поведением, – сказала Юлька, подражая Зое Терентьевне, и захлопнула крышку люка, задвинув защелку. – Один есть. Займусь вторым.
Она огляделась в поисках дубинки или лопаты, сошли бы и грабли, но ничего подобного в подвале не было. Камень, одуряюще пахнувший прошлогодней квашеной капустой, она оставила в покое. Юлька не убийца, она просто сражается за свои идеалы. Валентин, несмотря на свою внушительную комплекцию, казался ей менее боеспособным, чем прораб. Она легко могла его дезорганизовать одним своим каблуком. Но сегодня на Юлькиных ногах была всего лишь одна кроссовка. Она не сможет вывести Валентина из строя, действуя внизу, подпрыгнуть и ударить бугая по бритой голове с Юлькиным ростом тоже задачка не из легких, придется бить ему в живот. Чем?
Банкой с огурцами. Нет, Юлька все-таки добрая девушка, она оставит тещины юбилейные огурцы в покое и возьмет помидорчики в собственном соку.
Из погреба послышался голос прораба. Он упал, встал и принялся материться. Соображать нужно было быстро, Валентин мог в любую минуту услышать зов шефа. Юлька без промедления выбрала огурцы, все-таки трехлитровая банка больше, чем литровая.
Дверь распахнулась, и на пороге показался Валентин.
– Ты чего делаешь? Где Хомяк?
– Спекся курепчик, – усмехнулась Юлька, медленно отступая с тяжелой банкой обратно.
