от внешнего мира деревянно-насыпным бруствером. Оборудованные позиции, освещенные сияющими кристаллами неизвестной природы, огневые точки со стационарными гаусс-турелями на поворотных платформах, рвущиеся с привязи оскаленные псы. Последние, впрочем, усердствовали больше для порядка — было видно, что они не горят желанием приближаться к зубастым кархам.
Нас встречала четверка хорошо вооруженных людей, приветственно поднявших руки. Старшая была Восходящей.
Женщина. В видевшем лучшие времена экзоскелетном доспехе с распахнутым забралом. То, что она единственная из всех носила кидо, многое говорило о ее характере. Короткие темные волосы, резкие черты лица, суровый пронизывающий взгляд.
— С возвращением, — взгляд женщины пересчитал наш отряд, задержавшись на мне, затем вернулся к Мраку. — Где Гай?
— С нами, — варвар показал в сторону тауро, на спине которого был закреплен продолговатый сверток с телом, уже покрытый темными пятнами. — Он погиб, Серена.
Лицо женщины как будто окаменело. Она на мгновение прикрыла веки.
— Как?
— Стычка с речными у переправы. Гай вышел на поединок. Победил их Восходящего. И его застрелили.
— В спину выстрелили, из кустов, — добавила Свирель.
— Астра фатида, — прошипела женщина.
Лязгая приводами кибернетической брони, она подошла к тауро, положила тяжелую руку на безликое тело.
— Старый Гай Флоу… Жаль Келли. Я приеду в форт проститься с ним, — сказала она. — Все остальные целы?
— Да, — кивнул Марк.
— Нашли то, за чем ходили? — она перевела взгляд на меня. — Один? Специалист?
— Да, синий комбинезон.
— Ну хоть так. Как тебя зовут, парень? — она обратилась ко мне. Интересная дама, еще далеко не старая — но уже обожженная нелегкой жизнью и жесткая до мозга костей. Взгляд прозрачных серых глаз — изучающий, внимательный, оценивающий все детали.
— Сигурд.
— Я Серена Лафайет. Приветствую тебя в нашем фригольде.
— Благодарю, — ответил я.
— Не теряйся, еще увидимся, — сказала она. — Вы переночуете здесь, Марк?
— У водопадов, как обычно, — проворчал Марк. — Как у вас, все спокойно?
— Не совсем… пойдемте, покажу.
Трап уже вполз наверх, а мы поехали дальше — сквозь слепящие очи прожекторов я увидел за оборонительными позициями нечто вроде внутреннего двора, образованного зданиями из желтого камня и древесника, но самое главное — обратил внимание, что все внутреннее пространство между идущим вверх склоном и частоколом засыпано множеством камней, образующих фундамент для огромной плоской террасы, на которой и находились укрепления Южного Поста. Где-то они были утрамбованы и прикрыты деревянными настилом, где-то скреплены сеткой, но в основном — просто навалены чуть ниже стены. Двойной палисад был единственной преградой, удерживающей эту каменную массу от падения, и страшно было представить, что произойдет, если он не выдержит веса, рухнет и вся эта разнокалиберная лавина покатится вниз по склону…
— Это примитивная ловушка, — сказал голос в моей голове слегка заинтересованным тоном. — Видишь тросы, упоры и рычаги? Если рубеж падет, стену обрушат сами защитники, и камни сметут нападающих вниз.
Возможно, он был прав — иное назначение такого инженерного решения не приходило в голову. Значит, мои соотечественники основательно подстраховались? От кого же тут приходится защищаться таким вот образом?
Возле строений, выглядевших жилыми, стоял армейский вездеход в колесной модификации, а возле него — легкий ховер типа «Ямато». Я испытал странное облегчение при виде стопроцентно земной техники, хоть и в странной раскраске и полностью самодельном обвесе. Значит, не все потеряно, у колонистов сохранилась хотя бы часть технологических преимуществ.
На грузовой платформе «Каракурта» лежала груда мертвых тел. Сперва я подумал, что это животные — огромные бычьи туловища и желтые копыта, но затем увидел вполне человеческие руки и головы и содрогнулся. Мощные торсы, огромные лохматые головы, мускулистые шестипалые руки… В темноте было сложно различить в окровавленной куче конкретные черты, однако существа очень напоминали полулюдей, подобных легендарным кентаврам из земных легенд. Только те, кажется, вели свой род от лошадей, а эти больше походили на двоюродных братьев тауро. Я уже не особо удивился — если в этом мире существуют люди с перепонками между пальцев и острыми ушами, почему не быть полубыкам?
— Тавры, — утвердительно сказал Марк. — Ваал?
— Ваал.
— Сколько?
— Трое.
— Было на них что-нибудь интересное?
— Только дубинки и луки, как обычно. Все пустые, Звездной Крови не было, — мрачно усмехнулась Серена. — Голые, из диких табунов. Думаю, обошли Пылающий Рог по предгорьям, попали под ваал и отбились от стада. Вы не встретили в пути Людей Трав?
— Нет, от Стрелы никого не встретили. И мы шли очень быстро.
— Нужно предупредить их, могут быть другие шайки…
— Что такое ваал? — тихо переспросил я у Грая. Парень клевал носом в седле, и пришлось толкнуть его в бок, чтобы получить ответ.
— Что? Ваал? Это когда животные или дикари сходят с ума и нападают на все подряд.
— Это болезнь? Как бешенство?
— Никто не знает толком. Это не болезнь, под ваал может попасть одно животное, а может — вся стая… — пожал плечами Грай. — Местные говорят, Наблюдатели насылают его за грехи. Это… бедствие. Страшная штука!
Голос в моей голове сухо рассмеялся.
— Это наследственный изъян, заложенный Кел в кровь животных. Всего лишь средство контроля, одно из многих. До Раскола его применяли Наблюдатели Единства, чтобы управлять числом животных. Но потом все изменилось, контроль был утерян, то, что было мирным инструментом, превратилось в оружие. Последователи Червей вывели особые растения в темных землях, летучие семена которых малы настолько, что их не увидишь обычным глазом. Переносимые ветром на огромные расстояния, в обитаемые Круги, они активируют изъян, ввергая животных в состояние стихийного безумия. В таком состоянии живое создание не чувствует боли и страха, оно одержимо убийством и нападает на первого встречного. Оно обречено на смерть, но остановить его можно, только полностью обездвижив или убив. Это и есть то, что они называют ваал…
Я не стал требовать подробностей — от переизбытка информации и так голова шла кругом. Кентавры, Черви, Раскол, Круги, ваал… Я очень устал и хотел спать, упасть и уснуть где угодно. Стертая седлом задница отзывалась при каждом движении, и было не совсем понятно, почему мы прощаемся с копьем Серены, уходим с Южного Поста и продолжаем подниматься в горы в полной темноте, рискуя слететь с обрыва или переломать ноги в одной из многочисленных впадин.
Впрочем, двигались мы недолго — всего около получаса. Поворот, еще один, вокруг сомкнулись темные клыки скал, стал слышен негромкий рокот, гул и плеск, которые могут издавать только потоки воды, падающие с высоты. Видимо, наконец-то достигли тех самых водопадов, где Марк планировал заночевать.
Да. Отряд остановился, варвар приказал расседлывать животных и устраиваться на ночлег. Часовых разрешил не назначать, и это было хорошо.
