их дела лезть не будем, нам не до политики. Первый секретарь поставил перед Отделом важную задачу, которую он не может поручить никому другому. Я думаю, вы догадываетесь – какую.
Грамотно работают, не оставляя ни единой лазейки. Вздумай он отказаться, навеки будет заклеймён предателем. Прожив после этого недолгую и очень позорную жизнь.
– Хорошо. Я согласен, – кивнул Директор. – Родина может на меня рассчитывать.
– Отлично. Но слов будет мало.
"Покойник" вытащил из кобуры импульсник и аккуратно положил на столешницу.
– Остался человек, который посвящён в нашу тайну. Грег Симмонс, ваш бывший заместитель. Арест пришлось организовывать через него, рано или поздно у преемника появятся вопросы. И наверняка уже появились.
Всё правильно, слов недостаточно. Делом надо верность доказывать. Делом и кровью. А ещё – компроматом! Но запись с признаниями ненастоящая, а Симмонс – настоящий. Прошедший вместе с Директором огонь и воду!
Бывший руководитель СБМ ненадолго задумался. За стеной прильнули к мониторам психологи, считывая сенсорами пульс, движения глаз и мозговые ритмы. Решится или нет? А если решится – то не затаит ли злобу? Не захочет ли отомстить, предав так жестоко обошедшуюся с ним организацию?
Спустя несколько секунд Директор взял в руки оружие. Он принял решение. Не сейчас – ещё тогда, когда узнал об артефакте, который в его жизни тоже туннель открыл. На тот свет, который всё ещё – этот. И значит, Директор зачислен в Отдел окончательно и бесповоротно.
Зачислен без права на обжалование.
Пожизненно зачислен.
И посмертно.
Глава 18
– Доброе утро, господа.
Хотя какое "утро", если на часах полтретьего ночи. Но возражать Главнокомандующему – себе дороже выйдет.
– Прошу садиться.
Сели, придвинулись к столу. Посмотрели выжидающе на Президента, за которым – первое слово.
– Предлагаю сразу перейти к главной теме. Не будем тратить время, тем более что оно, – бросил глава Содружества взгляд на часы, – не совсем рабочее.
Знаем мы это "нерабочее время". Президент может поднять из кровати в любой момент, а уж когда сам спит – вообще неясно. Пашет, как вол, не щадя ни себя, ни подчинённых. Ещё перед выборами он говорил, что воссоединение с Марсом для него – дело всей жизни. А когда в высокое кресло сел, то сразу дал понять, что это были не просто лозунги. Верит Президент в свою жизненную миссию. Истово верит и других этой верой заражает, заставляя работать без сна и отдыха. Иначе – никак, иначе не вернуть Земле под крыло упёртых мятежников. Иначе – лучше не браться!
– Начинайте, обер–адмирал.
– Благодарю, господин Президент. Для начала – суммарная информация по наличным силам.
Глава Адмиралтейства пробежался пальцами по планшету. По старой, вбитой ещё во флотской разведке привычке он не общался с машиной голосом. Слушать ведь может не только "мозг", слушать могут и другие. Поговоришь вот так по душам с компьютером, а назавтра все твои тайны лягут на стол врагу красивым дайджестом. Техника – техникой, но голову на плечах всё равно иметь надо. Чтобы не сняли.
Над столом замерцали голографические Земля с Луной. Обросли пунктирными эллипсами орбит и треугольниками кораблей, запестрели точками наземных баз и систем ПКО. Прикрылись ромбами боевых платформ, подсветили потенциальные векторы риска. Отдельно обозначили наземные и космические резервы.
Рядом повисла информационная колонка, суммирующая военную мощь представленных сил. Немалую мощь.
Масштаб уменьшился так, чтобы уместить висящие подле внешнего периметра соединения. Ещё несколько десятков треугольников вдобавок к уже имеющимся. Ещё строчки в длинном списке наличных активов.
– Теперь Марс.
Силы Содружества уплыли в сторону, уступая место Красной планете. Экран вновь расцвёл условными обозначениями, рядом с информационной колонкой появилась вторая.
Президент внимательно вчитался в цифры. У Марса значительно меньше треугольников, но больше – наземных "точек", способных очень болезненно жалить войска вторжения. Да и орбитальные станции не стоит списывать со счетов. Их всего три, но построены они не так давно, и бог знает чем напичканы. Плюс – Деймос и, возможно, Фобос.
– Как вы видите, сил у Марса меньше, но они компактнее и новее, – продолжил командующий флотом. – Необходимо учитывать, что мы знаем далеко не всё – контрразведка коммуняк традиционно находится на высоте.
– Я попросил бы воздержаться от оскорбительных выражений, – пристально посмотрел на него Президент. – Мы ни в коем случае не должны недооценивать врага. МКР – серьёзный противник, я хотел бы, чтобы все присутствующие это понимали.
– Виноват, – поправился обер–адмирал. – Контрразведка противника значительно осложняет задачу по сбору информации. Таким образом, как минимум двадцать процентов представленных данных могут не соответствовать или не вполне соответствовать действительности. Исходя из этого, было принято решение взять за основу максимально пессимистичный сценарий.
– Учтено. Продолжайте.
– Итак, ход первый. Несмотря на заключённое с Марсом перемирие, подконтрольные СБМ террористы осуществляют серию дерзких атак, кульминацией которых становится покушение на одно из высших должностных лиц. В идеале… в идеале, на вас.
Пауза.
– Для максимального реализма нам придётся пойти на жертвы среди сопровождения и гражданских лиц, – сказал, подумав, Президент. – Теракт должен быть масштабным. Возможно, под также удар попадёт вице-президент. Ранение не смертельное, но тяжёлое. Достаточно тяжёлое, чтобы уйти в отставку по состоянию здоровья.
Вообще-то, не планировалось, но так даже лучше. Крут глава Содружества, одним выстрелов двух зайцев убить хочет. Соратник-то давно в немилость впал.
– Будет исполнено, – сделал пометку в планшете обер–адмирал. – Ход второй. Террористы публикуют обращение, заявляя, что их целью является месть за уничтожение лайнера над Аркадией-3. Месть масштабная, с применением оружия массового поражения. Которое – и на этом будет сделан акцент – было им передано руководством МКР.
– А что скажет Марс? Он будет всё отрицать.
– Об этом никто не узнает. Их инфосфера полностью изолирована от нашей, что исключает возможность ведения полноценной информационной войны. В данном сценарии это играет нам на руку. На случай непредвиденного прорыва у нас заготовлены фейки с заявлениями Политбюро КПМ о всецелой поддержке терактов. Экспертизу они не пройдут, но это и не требуется. Голоса отдельных критиков не смогут тягаться с идеологической накачкой центральных СМИ и подконтрольных нам сетевых "ботов". Таким образом, в течение максимум трёх недель общественное мнение будет подготовлено для следующего этапа.
– Но не насторожит ли это противника?
– Насторожит, но не критично. Мы запустим "дезу" о том, что происходящее является частью внутриполитической борьбы и не имеет отношения к планетарной политике. Ранение вице-президента лишь укрепит эту уверенность – СБМ известно о ваших разногласиях. По нашим прогнозам, они ограничатся внеплановыми учениями и проверкой боеготовности. К тому же противнику не до нас. Бывший и нынешний директор СБМ недавно были расстреляны по обвинению в
