насильственной смертью от рук сионистских войск заставил большинство из них бежать.73 После войны Израиль запретил возвращение палестинских изгнанников. Как сказал Бен-Гурион в июне 1948 года: "Мы должны любой ценой предотвратить их возвращение".74 К 1962 году Израиль владел почти 93 процентами земель в пределах своих границ.75 Чтобы достичь этого результата, была уничтожена 531 арабская деревня "и одиннадцать городских кварталов лишились своих жителей".76 Бывший министр обороны Израиля Моше Даян так описывает катастрофу, которую сионисты устроили палестинцам ради создания государства Израиль: "Еврейские деревни были построены на месте арабских деревень. Вы даже не знаете названий этих арабских деревень, и я вас не виню, потому что учебников географии больше не существует, да и не только учебников, арабских деревень тоже нет... В этой стране нет ни одного места, где бы не проживало бывшее арабское население".77
То, что создание Израиля повлекло за собой вопиющую несправедливость по отношению к палестинскому народу, прекрасно понимали лидеры Израиля. Как сказал Бен-Гурион Нахуму Гольдману, президенту Всемирного еврейского конгресса, в 1956 году: "Если бы я был арабским лидером, я бы никогда не пошел на соглашение с Израилем. Это естественно: мы захватили их страну. Конечно, Бог обещал ее нам, но какое это имеет значение для них? Наш Бог - не их Бог. Мы пришли из Израиля, это правда, но две тысячи лет назад, и что это для них? Был антисемитизм, нацисты, Гитлер, Освенцим, но разве это их вина? Они видят только одно: мы пришли сюда и украли их страну. Почему они должны с этим мириться?"78
Зеев Жаботинский, отец-основатель израильских правых, по сути, высказал ту же мысль, написав в 1923 году: "Колонизация не требует объяснений, и то, что она подразумевает, полностью понятно каждому здравомыслящему еврею и арабу. У колонизации может быть только одна цель. Для арабов страны эта цель, по сути, неприемлема. Это естественная реакция, и ничто ее не изменит".79 Берл Кацнельсон, близкий соратник Бен-Гуриона и одна из ведущих интеллектуальных сил среди первых сионистов, выразил это прямо: "Сионистское предприятие - это предприятие завоевания".80
За шесть десятилетий, прошедших с момента создания Израиля, его лидеры неоднократно пытались отрицать национальные амбиции палестинцев.81 Премьер-министр Голда Меир, например, знаменито заметила, что "не существует такого понятия, как палестинец".82 Многие израильские лидеры также были глубоко заинтересованы в включении Западного берега и Газы в состав Израиля. Например, в 1949 году Моше Даян заявил, что границы Израиля "нелепы со всех точек зрения". По его мнению, восточной границей Израиля должна быть река Иордан. Даян не был исключением в этом отношении; многие его сослуживцы-генералы, а также сам Бенгурион были заинтересованы в приобретении Западного берега для Израиля.83 Бенни Моррис, безусловно, прав, когда отмечает, что "видение "Великого Израиля" как конечной цели сионизма не закончилось с войной 1948 года".84
После начала Первой интифады в декабре 1987 года некоторые израильские лидеры стали рассматривать возможность предоставления палестинцам ограниченной автономии в отдельных районах Западного берега реки Иордан и сектора Газа. Часто говорят, что премьер-министр Ицхак Рабин, подписавший соглашения в Осло в 1993 году, был готов позволить палестинцам создать жизнеспособное государство почти на всех оккупированных территориях. Однако это мнение неверно: Рабин фактически выступал против создания полноценного палестинского государства. Выступая в 1995 году, в год своего убийства, Рабин сказал: "Я стремлюсь к мирному сосуществованию Израиля как еврейского государства, не на всей земле Израиля или на большей ее части; его столица - объединенный Иерусалим; его граница безопасности с Иорданией восстановлена; рядом с ним - палестинское образование, меньше, чем государство, которое управляет жизнью палестинцев... Это моя цель - не возвращаться к границам, существовавшим до Шестидневной войны, а создать два образования, разделить Израиль и палестинцев, проживающих на Западном берегу и в секторе Газа"."85
Глубина противодействия Израиля созданию палестинского государства - даже в конце 1990-х годов - отражена в инциденте, связанном с первой леди Хиллари Клинтон. Весной 1998 года израильтяне и их американские сторонники резко раскритиковали ее за слова о том, что "в долгосрочных интересах мира на Ближнем Востоке было бы создание государства Палестина, функционирующего современного государства, которое находилось бы в равных условиях с другими государствами". Представители Белого дома, по данным New York Times, немедленно "отреклись" от ее комментариев и "настаивали на том, что она говорила только за себя". Ее мнение, сказал пресс-секретарь Белого дома, "не совпадает с мнением президента".86
Однако к 2000 году для американских политиков стало приемлемым открыто говорить о желательности создания палестинского государства. В то же время давление экстремистского насилия и растущее палестинское население заставили последних израильских лидеров демонтировать поселения в секторе Газа и искать территориальные компромиссы в отношении Западного берега. Тем не менее ни одно израильское правительство не готово предложить палестинцам собственное жизнеспособное государство. Как будет показано ниже, даже якобы щедрое предложение премьер-министра Эхуда Барака в Кэмп-Дэвиде в июле 2000 года дало бы палестинцам лишь разоруженное и расчлененное государство под фактическим контролем Израиля. В 2002 году бывший премьер-министр Ицхак Шамир вновь высказался против предоставления палестинцам какого-либо государства, а бывший премьер-министр Биньямин Нетаньяху в следующем году дал понять, что он выступает только за полусуверенное палестинское государство.87
Преступления Европы против евреев служат убедительным моральным оправданием права Израиля на существование. Ни одно новое государство поселенцев не может рассчитывать на существование без определенной степени насилия, но Израиль продолжает навязывать палестинцам ужасное насилие и дискриминацию на протяжении десятилетий. Эта политика больше не может быть оправдана тем, что существование Израиля находится под угрозой. Выживание Израиля не вызывает сомнений, даже если некоторые исламские экстремисты питают несбыточные надежды или президент Ирана Махмуд Ахмадинежад говорит, что Израиль "должен исчезнуть со страниц времени".88 Что еще более важно, прошлые страдания еврейского народа не обязывают Соединенные Штаты помогать Израилю, что бы он ни делал сегодня.
"ДОБРОДЕТЕЛЬНЫЕ ИЗРАИЛЬТЯНЕ" ПРОТИВ "ЗЛЫХ АРАБОВ"
Другой моральный аргумент представляет Израиль как страну, которая стремится к миру на каждом шагу и проявляет великую и благородную сдержанность, даже когда ее провоцируют. Арабы же, напротив, действовали с глубокой злобой и неизбирательным насилием. Этот нарратив бесконечно повторяют израильские лидеры и американские апологеты Израиля, такие как Алан Дершовиц и главный редактор New Republic Мартин Перец. Израиль, по словам Переца, строго придерживается доктрины, называемой "чистотой оружия", которая означает, что "необходимо делать все разумное, чтобы не причинить вреда гражданскому населению, даже если это влечет за собой дополнительные риски для израильских солдат". Более того, он утверждает, что "Израиль на протяжении многих лет колебался между тем, чтобы ответить на террор тонко выверенной силой и умиротворить террористов, предоставив им часть
