— Как ты это делаешь? — спросил Олег заинтересованно.
— Остронаправленный пучок магнитных лучей?… Сигнал на синапсы зверя?…
Мрак сказал раздраженно:
— Олег, я — Мрак! Понимаешь?
Олег подумал, еще подумал, признался честно:
— Не понимаю.
— Но хоть то, что я — Мрак, еще помнишь?
— Да вроде…
— Так на фига мне это знать, каким кривым словом это обзовут? Я увидел красивую дуру, за которой гонится этот мордоворот… ну и захотел помочь. Ей, не ему, дурень! Это же понятно. Все равно что спасти оленью Ирму. А как это удалось, мне по фигу. Но я знаю, что когда сделаю это усилие, то будет вот это, а когда сделаю вот так, то случится…
Олег попросил:
— Только ты с этим поосторожнее, Эдисон.
— Почему Эдисон?
— Тот тоже был только практик. Теории не признавал.
— А мне по фигу, — сказал Мрак.
— Эдисон вон чего навыдумывал. Даже велосипед.
— Велосипед не Эдисон придумал. Мрак изумился:
— А кто же? Я всегда думал, что Эдисон. Олег подумал, сказал раздраженно:
— Не знаю. Слушай, не забивай мне голову умными вопросами. Не знаешь, как это у тебя делается, ну и черт с тобой. Я тоже, когда что-то узнаю, припрячу.
Мрак сказал встревоженно:
— Эй-эй, Олег! Нехорошо завидовать… так сильно. Признайся, ты так не умеешь?
— Угадал, — сказал Олег.
— Я даже не думал, что можно вот так… Сколько в нас еще всякого, да?
— Да, — ответил Мрак жизнерадостно.
— И скорострельная пушка, если поискать, найдется! И всякие там бластеры, гранатометы, крылатые ракеты, боевые лазеры…
Олег поморщился, Мрак перехватил острый взгляд, Олег внезапно провалился в полете и по широкой дуге направился в сторону проплывающих справа заснеженных гор. Мрак вскричал возмущенно:
— Куда бежишь, трус?!
— Ты сейчас свалишься! — прокричал Олег.
— Тебе надо научиться следить за своим бензобаком!
Мрак заворчал, но, прислушавшись к себе, уловил холод во внутренностях. Олег шел красиво вниз, не просто падал, а несся на форсаже, рассекая воздух, как падающий с небес метеорит.
Горы раздвигались, заняли половину планеты. Олег уже просто падал, снизу с устрашающей скоростью вырастали острые скалы, крупные камни. Он понесся к самому высокому пику, там природа приготовила для таких орлов удобную плиту, можно даже лечь, ветер лакейски смахивает снег вниз, а здесь, наверху, все камни блестят, как застывшее стекло.
Мрак бухнулся рядом, дыхание вырывалось из груди с хрипами. Олег сел и сразу застыл в позе роденовского мыслителя.
Мрак отодвинулся, горячо. Плита под задницей этого умника не просто разогрелась, она плавится, а он… да пусть потом не брешет, что не умеет есть задницей, еще как жрет, полплиты уже почти слопал, скоро морда треснет…
Тонкая корочка льда оставалась только под ногами Мрака, но и этот ледок уже быстро таял, струйки отбегали на ширину ладони и тут же застывали наледью. Олег чуть откинулся корпусом, ладони с растопыренными пальцами уперлись за спиной в теплый и уже сухой гранит.
— Опять пялишься в небо, — сказал Мрак с досадой.
— Ты на горы посмотри…
Олег буркнул:
— Да я уже насмотрелся.
— Да? А говорят, на них можно смотреть, вечно. Мне красоты, если честно, тоже до одного места… Но именно здесь видишь, что мы, люди, еще и не начали работать с этой планетой! Здесь все как миллиарды лет тому, когда бродили динозавры…
— Тогда динозавров еще не было, — поправил Олег автоматически.
— Да? Вот видишь, даже динозавры еще не умничали, а эти горы уже были. Точно такие же. Человек возникал и копошился где-то внизу, в самых тепленьких и защищенных от ветра местах… А сюда и не лазил даже.
Олег протянул бутылку пива, пакет с солеными орешками.
— Держи. Это все, что осталось.
— Ничего, — сказал Мрак.
— Этого на обратную дорогу хватит… Мне никогда не нравилось, когда на простые утренние упражнения или на гимнастику говорят: «зарядка»! Как будто роботы какие-то. Или проще того — безмозглые аккумуляторы. Трактора, которые зарядили соляркой и сказали: вперед, стальные кони!… Но вот сейчас я чувствую, что заряжаюсь.
— Не чувствуй, — предостерег Олег.
— Я вот ем. И хоть знаю, что ем и чем ем, но представляю себе жареного кабанчика… Нет, кабанчика не удается, но хотя бы черствый хлеб с засохшим сыром. Да, этот гранит как раз больше походит на корочку черного хлеба, сильно подсохшую…
Внизу из-за каменного гребня, всего в полусотне метров, выдвинулись одна за другой согнутые фигуры. В них на первый взгляд не было ничего человеческого: странные костюмы, жуткие рюкзаки на спинах, делающие их похожими на двуногих черепах, вместо лиц — жуткие маски с раструбами на месте рта.
Их уже заметили, жестикулировали, показывали пальцами. Все разом остановились, двое в изнеможении повалились на снег. Один торопливо рылся в рюкзаке, искал не то пистолет, не то кинокамеру. Из тех, кто стоял, один отделился и нетвердыми шагами двинулся вперед.
— Рюкзак хоть сними, дурень, — буркнул Мрак.
Альпинист будто услышал, пальцы его поднялись, блеснула металлическая пряжка. Тяжелый груз обрушился на снег. Альпинист покачнулся, словно потерял панцирь, с которым сросся, ноги шевельнулись, пошел вперед чуть живее. Сквозь прорези в маске, делающие его похожим на террориста или антитеррориста, блестели смертельно усталые глаза.
— Вот тебе и уединение, — буркнул Олег. Он поморщился.
— Надо уходить, Мрак.
— Погоди, я еще не отошел. И пока орешки не пожру, с места не двинусь.
— Тогда жри быстрее. На короткий прыжок ты уже годен.
— Разве что головой в пропасть. Жестокий ты, Олег. А говорил? Мрак — зверь, зверь, зверь…
До них оставалось три шага, альпинист остановился. Они услышали хриплый голос измученного человека, что выложился весь, отдал все силы до капли, только бы дойти до этой вершины, добраться, доползти.
— Кто… вы?
Мрак ответил саркастически:
— А что, не видно? Сидим себе, никого не трогаем, правил не нарушаем. Чистым воздухом дышим. Внизу знаешь какое загрязнение? Мы эти… зеленые!
В доказательство он даже сделал кожу зеленого цвета. Переборщил, она стала не только зеленой, но и покрылась чешуйками. Олег морщился, альпинист обернулся, махнул рукой. Его команда медленно потащилась к ним, одного подняли двое и повели под руки. Рюкзаки и мешки остались чернеть на девственном снегу…
Хриплый голос альпиниста, обмороженный, застуженное горло, дрогнул:
— Но… как вы?… Где ваше снаряжение… Я вас не знаю… А я знаю всех, кто способен на вершину семитысячника…..
Мрак удивился:
— Точно?… Слышь, Олег, он тебя не знает!… Парень, это Олег Вещий, один из Семи Тайных, которые правят миром. Ну, так говорят, я — то знаю, что он не умеет направить даже струю из шланга… га-га, как раз ночью в потемках направил на линию высоковольтной передачи, что внизу… Крику было! А могло и убить.
