моего ученика. Неужели вы так тупы, что думали, будто это сойдет вам с рук? — я сделал еще несколько шагов, так, чтобы оказаться немного впереди Флэйрин, и сейчас сожалел об одном: что не настоял на том, чтобы она не вмешивалась. Все-таки моя месть имела к ней мало отношения, как бы принцесса не рассуждала о совместной охоте. И еще, после только услышанных здесь суждений, я понял, что большая часть клана не поддерживает Флэйрин и у нее могут быть большие неприятности.
— Что ты хочешь маг? Боя с нами? — прошипел Раллон. — Твоего ученика мы не хотели трогать. Он просто не вовремя вмешался! Мы шли только за эльфийкой! Она посмела порвать привязанность! Она предала нашего друга! А за это всегда следует расплата! Таков закон!
— Эй, клыкастый, а ты не думал, что мне плевать на твое понимание законов. Я пришел, чтобы вступил в силу другой закон: боль за боль, смерть за смерть! И не мой ученик, и не я начал эту войну! Ты! — я указал острым концом посоха Зейрона, — Ты должен был запомнить тот вечер в саду Талонэль, когда я вышел от нее, а ты трусливо прятался в темноте за кустом. Ведь я тогда предупредил тебя. Я ясно сказал: если с ней что-то случится, я найду тебя и убью. Я сказал, что ты сгоришь в огне как полено. Я пришел, чтобы исполнить то обещание!
Зейрон молчал, изредка сверкая в мою сторону испуганными, злыми глазами. В зрачках его отражалась кровь, которую он с удовольствием выпил бы из меня, если бы страх от осознания моей силы.
— О, Жизнь и Смерть!
О, эти глупые страдания!
Порочный круг прервет клыков святая твердь! — продекламировал Кейнар, по-прежнему стоя на каменном саркофаге.
— Мы тебе, дурачок, нашего Зейрона не отдадим! — прошипела рыжая вампирша. — И хорошо, что он убил твою подружку!
— Так и быть, маг. Давай удовлетворим друг друга. Идем в зал Хорста, там, перед всеми решим этот спор! — предложил Раллон, переглянувшись с Зероном.
— Не стоит туда ноги топтать, — отвергла Флэйрин.
— Лургир только что просил покинуть меня клановый зал, — заметил я. — Зачем же снова проверять ваших собратьев на гостеприимство. Мы решим этот вопрос прямо здесь. Можно оговорить правила боя. Можно провести его без правил. Я даже предоставлю вам возможность выбрать условия боя. Но сначала я хочу знать лишь одно: кто из вас четверых участвовал в убийстве эльфийки. Ты? — я указал концом посоха на Раллона.
— Конечно же я. Могу даже рассказать, как она кричала перед смертью и молила о пощаде! Она очень сожалела о свой глупой ошибке. Жаль, теперь эльфийка уже никому не сможет рассказать, что рвать привязанность с вампиром нельзя.
Слова Раллона были столь полны едким ехидством, что я едва удержался, чтобы снести его ударом кинетики — она уже была в моей правой руке. Одновременно, я активировал «Усы Тигра»: вампиры очень быстрые бойцы, и сразу против троих без ускоренных реакций тела мне не выстоять.
— Ты? — конец моего посоха указал на поэта-кровососа.
— Она или ты, в мольбе сплетаю руки. И эти мертвые цветы, лишь провожденье нашей муки… — Кейнар рассмеялся, не собираясь отвечать на мой вопрос.
Я хотел было указать на рыжую вампиршу, но Флэйрин ответила за нее:
— Она не ходила с ними. Предлагаю так: поскольку вас трое — Сорию, я не считаю, то вы трое против меня с Райсом. Бой до смерти или пока кто-то не упадет на колени и не попросит пощады.
— Нет, Флэй. Это только моя охота. Прошу постой в стороне. И никакой пощады! Я сделаю то, что обещал: Зейрон сгорит в моем огне. Остальные негодяи… — договорить я не успел.
Раллон проявил невероятную прыть: в один миг он очутился возле меня и вцепился в посох. Наверное, наслышанный о моем бое с Лургиром, он думал, что секрет моей силы и быстроты в посохе. Порыв его был столь неожиданным и сильным, что посох я не удержал. Этим вампиры сами выбрали правила этого боя. Вернее, их отсутствие.
— В сторону! — крикнул я Флэйрин. — Это только мое дело!
Вместо щита в левую руку я активировал «Олунг Греур», что в переводе с лемурийского означало «Клубок Гнева».
Глава 14
Звезды над головой
— Не смей так со мной! — сердито прорычала Флэйрин. В глазах ее появился кровавый отблеск. Во рту, приоткрытом в рычании, обозначились клыки.
Принцесса прыгнула через каменную лавку навстречу Кейнару, но я не дал ей атаковать его. Приседая, жестко ударил кинетикой — поэта отнесло к саркофагу. Если бы он был человеком, то вряд ли бы его кости уцелели от моего удара и встречи с каменной плитой.
Отбросив подальше мой посох, Раллон заревел, вскинув когтистые лапы. Моя левая рука была готова к атаке. Магия «Олунг Греур» точно тонкие огненные ручейки текла от груди к ладони. Одновременно пришла запоздалая мысль: зря я выбрал именно этот шаблон! Да, огонь очень эффективен против вампиров. Они его боятся. Но огненная магия, за исключением некоторых видов, слишком медленная против стремительных врагов. Резко выбросив левую руку вперед, я выбросил «Клубок Гнева». Крупный сгусток плазмы, ревя точно зверь и вращаясь, устремился к Раллону. Вампир легко увернулся, перепрыгнул через малый саркофаг — огненный шар пролетел мимо и разорвался от встречи с пьедесталом статуи. Брызнул во все стороны огненными искрами. Растерявшегося Зейрона и Раллона обдало жаром, ужалило искрами, но эта атака не причинила им значимого вреда. Раллон расхохотался и изготовился к броску.
Флэйрин снова пыталась мне помочь, в один прыжок оказалась между нами.
— Не лезь, Флэй! Не лезь! — сердито выкрикнул я, готовый отбросить свою подругу тоже кинетикой, но мягкой. После слов Раллона и рыжей вампирши, которую Флэйрин назвала Сория, я понял, что у моей принцессы могут возникнуть серьезные проблемы в клане. Ей не следовало принимать участие в бою на моей стороне. Я вполне мог справиться сам.
Зейрон явно был самым слабым из противостоящей мне троицы. Сория, со злым лицом, обнажив клыки пока стояла в сторонке, но могла броситься на меня в любой момент. Я старался не выпускать ее из поля зрения. Сделав два быстрых шага влево, я сменил «Клубок Гнева», на «Острие Льда» — магию менее эффективную против вампиров,
