– как рассказывала недавно Клариссе – это основа магии темных.
Попросив Марту записать адрес просителя, я потирала уставшую за день спину, когда в зале появился длинноволосый блондин.
– Я вас внимательно слушаю, – кивнула, тихонько радуясь, что еще немного и смогу подняться в свою комнату, упасть на кровать и забыться сладким сном.
– Мое дело касается только вашего жениха, госпожа, – властно бросил мужчина. – Если вы не возражаете, я бы хотел его дождаться.
Любопытно, конечно, что за беда его сюда привела. На убитого горем мужчина не похож. Да и на слезного просителя тоже. Но раз не хочет говорить, мне же лучше. Освобожусь пораньше и отдохну, как запланировала.
– Не возражаю, – поднявшись с кресла, я направилась к двери, за которой, наготове, стояла Марта. – Предложите господину чего-нибудь перекусить и горячего чая, он только с дороги. А как прибудет хозяин, скажите ему о госте. Если что, я буду у себя.
– Ты чего приказы раздаешь, замарашка? – возник за ее спиной недовольный кобольд. – Хозяину о гостях докладываю здесь только я. И вообще, кто дал тебе право командовать в замке? Дождешься, крыс в постель к тебе подложу.
Я даже рот открыть не успела, чтобы ответить на угрозу, как на кобольда, из-за спины, упала мрачная тень. Длинные пальцы обхватили тонкую шейку и, судя по выпученным глазам, крепко сжали.
– Ты, видимо, забыл, Боргер, что эта замарашка принадлежит мне, – склонилась к длинному волосатому уху светловолосая голова. – И единственный, кто может пугать ее крысами и всячески мучить – тоже я.
Глава 27. Безумный ублюдок
Возвращаясь из очередного пропахшего кислым элем и грибным супом трактира, куда он наведался в поисках нужным ему слухов, в «Кайтауэр», Нокс меньше всего ожидал увидеть отъезжающие от замка старенькую телегу и дилижанс. На пустой дороге. В поздний час.
Кого это еще лысый орк принес? И если приехали к нему, то почему не дождались?
Догонять и выяснять было лениво. Сказывалась усталость после бессонной ночи, проведенной рядом с проклятой девчонкой, которую забытые боги послали ему в наказание за все совершенные грехи, и злость на паршивца Виктора, залегшего так глубоко на дно Ирлина, что не достать.
И если первую проблему он решил, приказав Боргеру позаботиться о крысах, то со второй все было намного сложнее.
Фамилия «Толль» продолжала оставаться на слуху, но считалось, что в живых не осталось ни одного ее представителя. А это, как знал Нокс, абсолютная неправда.
Виктор, если верить карге и собственному чутью темного, был живее всех живых. Нужно лишь его найти. И не только затем, чтобы вернуть Черную книгу, которую светлый маг за каким-то дьяволом решил позаимствовать, но и ради мести, что поедом ела Нокса все эти двести смрадных лет.
Ворчливый голос кобольда отвлек мага от мрачных мыслей.
– Ты чего приказы раздаешь, замарашка? Хозяину о гостях докладываю здесь только я. И вообще, кто дал тебе право командовать в замке? Дождешься, крыс в постель тебе подложу.
Если верить связывающей их нити, у Нессы произошел значительный прогресс. Она впервые не испугалась пустых угроз. Нокс даже различил упрямый огонек, на миг вспыхнувший в ее карих глазах, и желание ответить. Но некая гипнотическая сила, лишив его разума, заставила кинуться вперед. И прежде, чем он вернул контроль над собственным телом, словно издалека услышал в своем голосе смертельную угрозу:
– Ты, видимо, забыл, Боргер, что эта замарашка принадлежит мне. И единственный, кто может пугать ее крысами и всячески мучить – тоже я.
Откуда, мать его, это гнилостное желание защитить, присущее слабым мужчинам, помешанным на своих девицах? Неужели все дело в узах? Разве что-то подобное он испытывал со Стеллой? Впрочем, мог и забыть. Времени прошло немало, целых двести лет.
Шея под его жесткой хваткой напряглась. Кобольд попытался сглотнуть, но у него ничего не вышло. Лицо запылало, глаза вот-вот выскочат из орбит.
Сорвавшийся с губ Боргера шепот вышел скрипучим, будто кто-то провел когтем по камню:
– Д-д-да, х-х-хозяин.
Получив нужный ответ, маг разжал ладонь, демонстративно вытер ее о штаны и отошел. Взгляд скользнул поверх головы кобольда к застывшей у стены Нессе.
– Рассказывайте, что за тьма здесь творится? Кто эти люди? – он кивнул на кучку жавшихся к дверям мужчин и женщину, которых видел впервые. – И о каких гостях у вас шла речь?
– Как видишь, у нас день открытых дверей, – раздался за спиной насмешливый голос Клариссы. – А хозяина все нет и нет…
Нокс и не подумал обернуться к ней, продолжая сверлить нечитаемым взглядом лицо внезапно покрасневшей девчонки, так соблазнительно прикусившей от волнения нижнюю губу.
– Я задал вопрос.
– Ты сам приказал Боргеру нанять слуг, – наконец отмерла Анилесс. – Это они. А гости… Дело в том, что в столице пошел слух о поселившемся в замке темном. К нам приезжали просители, которым нужна твоя помощь.
Нокс издал хриплый смешок.
– Я надеюсь, ты велела им убираться в Мертвый мир? – убрав несуществующую пылинку с плаща, он, насвистывая, направился к выходу. – Боргер, приготовь мне ванну и на стол накрой. В столичных трактирах кормят опилками. Я устал и голоден, как бездомный пес.
Стоявшие у дверей наемные слуги, включая женщину, испарились. Кларисса куда-то уползла. Боргер, закивав, тоже был таков. И только Несса, сжимая ладонями юбки платья, мялась на месте.
– Что-то еще? – приподнял темный правую бровь.
– Да… Тебя ожидают. Господин сказал, что у него к тебе личное дело.
Девчонка кивнула на темный угол, где притаилась размытая тень, заметив которую маг напрягся, потянулся к резерву. Вот до чего довела усталость вкупе с несобранностью. На минуту расслабился и ни смрада не заметил.
– Покажи свое лицо, если не хочешь превратиться в пепел, – сорвался с губ низкий рык.
Поспешивший выйти в центр главного зала высокий блондин, предпочел не рисковать и поднял руки. Он хранил тишину. Нокс тоже, внимательно изучая черты лица незнакомца, что так сильно ему кого-то напоминали. А вспомнив, звонко присвистнул.
– Это занимательнее, чем цирк уродцев, – оторвавшись от блондина, он повернулся к Нессе. – Можешь идти. И поплотнее закрой за собой дверь.
Отдав приказ, Нокс зашагал к креслу, впитавшему в себя лакричный аромат Анилесс и задержав на мгновние дыхание, уселся в него. Откинулся макушкой на спинку, вытянул
