словах звучала горечь: – Вести себя как мой безвольный старший брат? Оставаться непринужденным и хладнокровным, почитая предков и старые порядки? – Он сжал челюсти, ненавидя слова, срывающиеся с его уст, словно высохшие листья на ветру, но решимость не позволяла ему остановиться. – Или как мой отец, прячась за спинами других и используя связи лишь ради власти и собственного спокойствия, надеясь, что завтрашний день не станет последним?
Ю Вэйюань посмотрел на Люй Яо покрасневшими глазами и продолжил:
– Может, мне привести вам еще примеры? Могу назвать Цзюнь-ванов, которые именуются так, но на самом деле ничего из себя не представляют. – Голос принца стал хриплым, и он тихо спросил: – Почему, когда я чего-то хочу, это всегда становится проблемой, наставник? Я должен вести себя почтительно, сдержанно, благородно, – поддавшись эмоциям, он стал говорить громче, не сдерживаясь, а к глазам подступили слезы. – Я должен учиться демоны знают где из-за того, что оказался трусом и совершил ошибку, позволив…
Люй Яо перебил:
– Вы не трус!
Губы принца приоткрылись, желая продолжить, и, выдержав небольшую паузу, он все же договорил:
– Это моя ошибка… – Слеза застыла в его глазах, дрогнула и скатилась по щеке. Выдавив горькую улыбку, он вздохнул и наконец выговорился: – И мне нести это бремя. Не нужно возлагать на меня надежды. Отец женился на моей матери только для того, чтобы сохранить императорскую печать. Он даже не пришел узнать о моем самочувствии и уехал со своей наложницей во дворец. Если вам так интересно, почему я сохранил жизнь этому рабу, я отвечу, учитель…
Люй Яо опустил глаза, ему нечего было сказать. Он знал, что слова его ученика истинны. Даже он в ту роковую ночь не оказался рядом с ним, а потом обнаружил мальчика, стоявшего на льду, – обмороженного и облитого с головы до ног человеческой кровью. То, что он остался жив, было чудом, но способ, которым это произошло, вызывал множество вопросов. Первое, что сделал Люй Яо, – выхватил клинок из рук мальчика, измазал себя в крови и даже нанес себе несколько легких порезов, чтобы сцена выглядела максимально правдоподобно, взяв на себя все убийства, совершенные юным принцем. Кто мог поверить, что неуверенно держащий меч мальчик смог бы одолеть взрослых мужчин?
Когда императорские стражники нашли их, ни у кого не возникло сомнений в том, что наставник наследного принца, рискуя своей жизнью, сумел спасти своего ученика. Люй Яо знал, что этот обман может обернуться как благословением, так и проклятием. Он понимал, что теперь их судьбы связаны, а ложь – тяжелое бремя, которое он лично возложил на себя.
С каждым днем Ю Вэйюань становился все более осознанным. Он чувствовал, что его жизнь навсегда изменилась. Но тень той ночи всегда висела над ним. Страх и ужас, пережитые тогда, оставили глубокие раны в его душе. Как он мог спать спокойно, зная, что за его спасение заплачена такая высокая цена, как собственное будущее? Но о том, что произошло с ним на самом деле, он никогда и никому не рассказывал.
Люй Яо часто замечал, как принц погружается в раздумья, и каждый раз его сердце сжималось от беспокойства. Он знал, что Ю Вэйюань – не только наследник престола, но и обычный ребенок, на плечи которого легли как благословения, так и тяжкий груз ответственности. Время от времени они обсуждали эти события, но Ю Вэйюань, как правило, предпочитал молчать, уходя в свои мысли.
– Вы должны сказать мне правду, – осторожно, но в то же время настойчиво сказал Люй Яо, после чего выдержал небольшую паузу и произнес всего одно слово: – Как?
Ю Вэйюань встретил его взгляд, в глазах его читалась смесь недовольства и насмешки.
– Вам интересно, как я выжил? – расплывшись в дурацкой улыбке, спросил Юань-эр.
Голос Люй Яо дрогнул, но он все же потребовал ответа:
– Да…
Лицо мальчика исказилось. Взгляд похолодел, и Люй Яо на мгновение показалось, что перед ним стоит не его любимый ученик, жизнерадостный и полный надежд мальчик, а кто-то совершенно другой – незнакомец, в глазах которого читались ненависть и безумие. И этот кто-то казался намного старше.
Прищурившись, Люй Яо сделал шаг назад. Почувствовав, как кровь стынет в жилах, он наконец нашел ответ и едва слышно прошептал:
– Ты… не он…
В маленькой комнатке раздался истерический смех ребенка. Громкий и безумный. Этот смех был наполнен горечью и отчаянием, отражая всю ту боль, что накопилась в душе Ю Вэйюаня или, возможно, в душе его другого «я». Люй Яо ощутил, как его сердце сжалось от страха и тоски. Он не смог выполнить обещание, данное императрице, но разве дело было лишь в этом обещании?
Пока солнце стремилось к закату, исчезая за горизонтом, его золотистые лучи постепенно превращались в мягкий оранжевый свет, вынуждая листья деревьев искриться. Из воспоминаний Люй Яо вернул голос Ю Вэйюаня. Уже взрослого, сформировавшегося юноши, жаждущего прожить хоть сутки так, как жаждет его сердце. Наследный принц сказал:
– Он солгал!
Люй Яо на мгновение опешил, не понимая вложенного в слова принца смысла, затем покачал головой и переспросил:
– Что вы имеете в виду, Ваше Высочество?
Ю Вэйюань взглянул на размытый за окном осенний пейзаж. Довольно хмыкнул и заговорил:
– Сколько на свете храбрецов, которые упрямо держатся за ложь. Он мог раскрыть всем правду обо мне, но не стал этого делать. Мне не известны истоки его ненависти к Чэнь Кэ, но покрывать меня, сына убийцы и завоевателя его народа, который держал его в заточении, у него не было причин.
Люй Яо, осознав происходящее, воскликнул:
– Ваше Высочество! – но, подумав о том, что их могут подслушивать, он понизил голос: – Если он знает ваш секрет, почему вы не позволили ему умереть мирной смертью? Методы принца Чэнь Кэ поистине жестоки, но, если вы решили не оставаться в долгу перед этим существом, вы могли просто выполнить его просьбу и быстро избавить от мучений. Вместо этого вы повздорили с Цзюнь-ваном Чэнь Цаньжэном и оставили этого демона в живых. Вы… Вы… – Грудь Люй Яо высоко вздымалась, он никак не мог подобрать нужных слов, чтобы высказать свое недоумение и возмущение. После нескольких попыток он все же подобрал их: – Вы неисправны. Если этот демон выживет, он непременно доставит вам неприятностей.
Подперев щеку, принц лениво протянул:
– Его слово против моего. Кто поверит ему?!
Мягкий золотой свет просочился сквозь полупрозрачную занавесь и скользнул по лицу принца, придавая коже его лица нежное сияние. Солнечный огонек отразился в его серых радужках, рассекая туманную дымку. Люй Яо раскрыл
