Сердце Клика налилось свинцом. Значит, вот и наступил конец. Все. После всех его удач, всех его надежд на чудесное будущее с Алисой. На душе стало тяжело и горько.
– Пойдем выпьем еще вина этой старушки. А потом усыпим этого красавчика навсегда, – продолжал мужчина так спокойно, словно задача убивать людей была обыденным, повседневным делом.
– Ты уверен, что его можно оставить? – спросила Эгги. – Может, там у дома дежурил кто-нибудь еще?
– Ни души, моя дорогая. Ну же, идем!
Все еще смеясь, они прошли во внутреннюю комнату, оставив Клика, как птицу в силках, совершенно беспомощного, неспособного помочь самому себе.
В своем стремлении найти девушку, которую он бессознательно подверг опасности, Клик не думал о себе и теперь понимал, что любая помощь, которую мог бы оказать Доллопс, прибудет слишком поздно, чтобы спасти его. Обитая гвоздями дверь снова повернулась на петлях, и вокруг воцарилась тишина, как в могиле, в которой он скоро и окажется.
Прошло две минуты, три, пять, может быть десять, а тишина все не нарушалась. Клик устремил взгляд к окну, за возможность добраться до которого отдал бы целые миры, и ждал своей участи, как мышь в мышеловке.
Внезапно словно солнечный луч пробился сквозь запыленное грязное окно и осветил два крошечных кусочка материи, отчего сердце Клика отчаянно забилось. Обладая безошибочной памятью, он знал, что это за материя, и теперь понял многое.
Он понял, как сбежала леди Маргарет, а также, если он не ошибается, имя человека, который помогал ей, хотя с какой целью – это оставалось неясным.
Внезапно его размышления прервал какой-то звук, и Клик приготовился к финалу: умереть вот так – как крыса в мышеловке, не имея возможности постоять за себя! Что ж, это судьба, а с ней не поспоришь.
Клик сначала подумал, что это лжедворецкий пришел закончить свою работу или, может, Эгги, его спутница. Но это были не уверенные шаги торжествующего тюремщика, кто-то продвигался по каменному проходу с величайшей осторожностью. Шорох был так слаб, что слух менее чуткий мог бы его и не уловить. Затем медленно, дюйм за дюймом, дверь стала открываться, пока проход не стал достаточно широким, чтобы впустить худощавое тело Доллопса.
При виде своего босса он прыгнул вперед и, выхватив нож, перерезал узы, сковывавшие его.
Клик с наслаждением повел плечами.
– Доллопс, парень, ты вовремя, – сказал он с внезапным смешком. Но лицо парня оставалось серьезным.
– Скорее, сэр, ради бога. Я знаю еще один выход, – прошептал он, отодвигая стул. – Они напились до беспамятства, но с минуты на минуту… Скорее, сэр… давайте… Давайте!
Клик вскочил, повернулся на каблуках, а затем быстро и бесшумно помчался вслед за Доллопсом. Впрочем, не так уж бесшумно, ибо, споткнувшись, издал слабый шорох, который, должно быть, достиг даже затуманенных вином мозгов мужчины и женщины. Вслед за этим послышался звук быстрых шагов, разочарованный возглас, а затем топот бегущих ног, которые явно плохо подчинялись своим владельцам. Клик решил, что их непременно поймают и им придется драться. Поэтому, стараясь подражать звучному, низкому голосу мистера Нэкома, он заорал во все горло, так что в доме зазвенело эхо:
– Вперед, ребята, мы еще найдем его! Вниз по этому коридору, вот они, здесь!
И он затопал по каменному полу своими сапогами, пока проход не загудел, словно по нему бежали несколько человек. Это была импровизация, но она сработала, потому что преследователи с приглушенным криком развернулись и помчались обратно в винный погреб. Доллопс быстро схватил Клика за руку.
– Давайте выбираться отсюда, сэр. Не останавливайтесь, чтобы поймать их, пока мы не дождемся помощи, – взмолился он, и Клик согласился, понимая тщетность попыток захватить этих двух членов банды «Пентакля» в одиночку и без оружия. Вместе они выбрались из большого дома через открытый Доллопсом выход – большое окно кладовки было предусмотрительно распахнуто настежь – и таким образом оказались в безопасном месте. Несмотря на спешку, Клик ухитрился захватить с собой те два клочка ткани, висевшие на подоконнике подвала. Легкая улыбка появилась на его лице, когда Доллопс начал каяться, что позволил своему драгоценному боссу одному попасть в ловушку.
Клик порывисто сжал его руку.
– Доллопс, – тихо сказал он, – перестань. Ты вложил в мои руки еще одну нить, ведущую к разгадке, и к тому же спас мне жизнь. Если этого тебе мало для одного дня, то ты еще более жадный парень, чем я думал.
Доллопс громко сглотнул в ответ и, схватив руку Клика, крепко стиснул ее обеими руками.
Но только когда они благополучно добрались до «Хэмптон-АРМЗ» и оказались в обществе самого мистера Нэкома, Доллопс вздохнул с облегчением.
У суперинтенданта перехватило дыхание, когда он услышал их рассказ.
– Это, должно быть, остальные члены банды, – проговорил он, – но как они проникают в дом и уходят из него, ума не приложу!
– Да уж, – негромко отозвался Клик. – Там явно существует какой-то неизвестный ход. Вы предлагаете вернуться вместе, чтобы поймать их? Нет-нет, мистер Нэком, вы не можете их настолько недооценивать. Мой маленький трюк удался, но они не останутся, ожидая, когда их поймают, как крыс в ловушке. Теперь надо будет усилить охрану, и я должен принять меры, чтобы меня самого больше не застали врасплох. Кстати, полагаю, что вы уже разговаривали с начальством по поводу дознания?
Мистер Нэком энергично кивнул.
– Да, дознание назначено на завтра, в самом доме, – сказал он.
Глава XIX. Одинаковые шарфы
Сказать, что вся деревня сошла с ума от возбуждения, когда тела двух жертв, мужчины и женщины, были положены рядом в большом бальном зале Чейн-Корта, значило ничего не сказать. Деревенские жители буквально обезумели. А когда до них дошла весть – а такие новости обязательно доходят, – что через день или два в том же самом месте должно состояться дознание, их состояние просто приблизилось к критическому.
Клик лишь улыбался в ответ на все эти слухи.
Да, револьвер был найден рядом с телом убитого человека, который так удачно изображал саму достопочтенную мисс Чейн, не так ли? И что? Нет, это просто невозможно! Миссис такая-то прошептала, что этот самый револьвер принадлежит самому сэру Эдгару! Это было слишком чудовищно, чтобы поверить; об этом даже подумать немыслимо! Этот маленький мистер Эдгар, который вырос на их глазах, тот самый когда-то двухлетний мальчик, болтавший со своей нянькой во время прогулок по деревне и покорявший их сердца своими милыми манерами, этот ребенок должен был вырасти и стать убийцей? Это просто не укладывалось в голове.
Когда наконец настал день дознания, весь Хэмптон
