тут происходит? – спросила Брианна.
– Это, – показала я на систему труб, – то место, откуда взялись водоросли. Отсюда им поступает пища – чистый сахар, который закачивают в водопровод…
Я ждала её восхищённого ответа, как вдруг чья-то рука зажала мне рот тряпкой. Я ахнула от неожиданности и почувствовала сладковато-противный запах – хлороформ. Всё вокруг закружилось, звуки отдалились, как будто доносились из другого конца коридора. Я попыталась задержать дыхание, но меня слишком крепко схватили, и пришлось вдохнуть снова… Я услышала знакомый голос с шотландским акцентом:
– Не рыпайся, а то шею сломаю.
А потом меня поглотила темнота.
13. Там, где никто тебя не услышит
Когда я пришла в себя, то обнаружила, что сижу на полу, прислонившись спиной к чему-то вертикальному – вероятно, к железной трубе. Через пару мгновений я вспомнила о Максвелле и о тряпке с хлороформом. Спине было холодно, и этот холод проникал через пиджак, растекаясь по венам. Я услышала голос Максвелла:
– Вы двое, спиной к трубе. Руки не прятать. Не забывайте вот об этом. – Я различила звук взводимого курка.
Притворяясь, что я всё ещё без сознания, я приоткрыла один глаз и увидела, что Максвелл снимает с пояса две пары наручников. Его чёрный костюм теперь был в сахарной пыли, волосы и лицо казались прозрачными. Он приковал Лиама и Брианну к металлической опоре, поддерживающей Кольцо. Они не сопротивлялись. На этот раз всё было не так, как в сахарном лабиринте, – бежать некуда, спрятаться в этом огромном пустом пространстве негде. Во внешнем мире о нём никто не знает. Никто никогда не найдёт нас здесь.
Пока Максвелл занимался моими друзьями, я услышала шаги позади себя и поскорее зажмурилась.
– Привет, как это вы сюда попали? – Голос был мужским. Видимо, это один из приспешников Максвелла. Он потрогал меня носком ботинка и заметил: – Да она спит!
– Спасибо за это тонкое наблюдение, – язвительно ответил Максвелл.
– Извините, сэр. Я к тому, что им ведь сюда нельзя, правда? Ему это не понравится.
О ком это он? Я затаила дыхание, надеясь услышать больше, но Максвелл только ответил:
– Значит, нужно сделать так, чтобы он об этом не узнал. Ясно?
– Да, сэр, конечно… Но ведь… они же совсем дети.
– Ты думаешь, ему есть до этого дело? – прорычал Максвелл.
– Нет, сэр. Конечно, нет.
Я продолжала притворяться спящей. Хоть бы мои руки перестали трястись – это может меня выдать! Как же сложно сохранять неподвижность и не дрожать от холода и страха. Я представила, как моё тело будет лежать на полу в этой пещере и гнить в темноте. Как папа всю оставшуюся жизнь будет искать меня и никогда не узнает правды.
– Она под снотворным, но скоро очухается, – сказал Максвелл более благодушным голосом. – Привяжи её, пока я разберусь с этими двоими. Верёвки вон там.
Я прищурилась, чтобы посмотреть, что он делает, – оказалось, сидит на корточках на земле, шарит в карманах у Лиама и Брианны, достаёт мобильные, ножики и всё, что могло бы помочь нам выбраться отсюда. Второй мужчина подошёл ко мне с мотком верёвки. Я снова закрыла глаза, мучительно пытаясь что-нибудь придумать, но из-за хлороформа мой мозг отказывался работать, и я не чувствовала ничего, кроме тошноты. Я сглотнула желчь. Если меня стошнит, никто не поверит, что я валяюсь без сознания…
С другой стороны, если меня стошнит, то это и будет как раз тот самый отвлекающий маневр, который мне нужен. Приспешник Максвелла снова потыкал меня носком ботинка. Потом присел на корточки, приматывая верёвкой мои запястья к трубе. Тогда я приподнялась, и меня вырвало прямо ему на рубашку.
– Ах ты ж!..
Он отшатнулся, вскочил, пытаясь скрыться от потока моего полупереваренного завтрака, и я ударила его обеими ногами, чтобы он потерял равновесие. Он вскрикнул, упал, ударился головой о бетонный пол и остался лежать, постанывая. Минус один.
Максвелл отвлёкся на шум, бросил Лиама с Брианной и подбежал к нам.
– Что случилось?
Я снова закрыла глаза и прикинулась бездыханной. Если он сейчас раскусит меня, мне конец. Но мой план сработал – Максвелл бросил на меня небрежный взгляд, потом сел на корточки рядом со своим приспешником, который, похоже, потерял дар речи.
– Поднимайся, слабак.
Пистолет был в его руке. Мне было его не достать. Тогда я вскочила и врезалась всем телом в Максвелла, сбив его с ног. Он выпустил оружие, и оно упало куда-то под Кольцо. Максвелл сильно ударился, а вот мне было не так больно, потому что я упала на него.
Я мигом сориентировалась и поползла на четвереньках к пистолету, но Максвелл быстро пришёл в себя. Стоило мне протянуть руку к оружию, как он схватил меня за правую лодыжку и дёрнул. Я шлёпнулась на пол, быстро задышала и секунду просто валялась на полу, не в силах что-либо предпринять. Потом я услышала крики Лиама и Брианны. Что именно они кричали, я не поняла, но они меня подбадривали. Я дёрнула ногой назад и, видимо, попала Максвеллу по лицу, потому что он заорал от ярости.
Я поползла вперёд и схватила рукоятку пистолета. Он был холодный, тяжёлый – настоящее орудие уничтожения. Я встала и обернулась к Максвеллу, который всё ещё лежал на полу. Меня трясло – пришлось взяться за рукоятку и второй рукой. Я направила пистолет на злодея.
Он засмеялся. Это было совсем не то, чего я ждала.
– Поаккуратнее, – сказал он с издёвкой. – А то наделаешь глупостей и будешь потом жалеть.
У меня кружилась голова, руки дрожали так, что пистолет мог вот-вот вывалиться.
– Не буду я об этом жалеть, – сказала я, но прозвучало это неубедительно. Я обернулась к Лиаму и Брианне, они молча смотрели на меня. Никто из нас не знал, что делать дальше.
– Ну давай, Агата Фрикс, пристрели меня, – протянул Максвелл с техасским акцентом. – Чего ждёшь-то? Хочешь стрелять, так стреляй. Там такой крючочек, нажми на него.
Конечно, он был прав. Я никогда бы не выстрелила. Но если я опущу пистолет, он победит. Должен быть ещё какой-то способ…
И тут мне в голову пришла идея.
– Смелости не хватает? – смеялся Максвелл, поднимаясь на ноги.
– Может, и не хватает, мистер Максвелл, – сказала я. – Но всегда есть несколько способов добиться желаемого.
Моё неожиданное самообладание явно сбило его с толку. А я повернулась и прицелилась в ту тонкую трубу, которая подавала сахар в Кольцо и питала водоросли.
Выстрел, другой, третий. Отдача была такая, что меня отбросило назад. Максвелл закричал, осознав, что я хочу сделать. Он бросился ко мне и принялся выкручивать пистолет из моей руки.
Но было уже поздно – по крайней мере, одна из пуль пробила трубу над нашими головами. На нас полился сахарный сироп. Максвелл хотел схватить меня, но я успела отпрыгнуть в сторону. Он поскользнулся в сладкой луже и грохнулся на пол. Лиам и Брианна уже звали меня. Я побежала к ним.
Ключ всё ещё торчал в наручниках Лиама. Мои руки были липкими от сахара, мне не сразу удалось открыть замок, но в конце концов он поддался. Тогда Лиам выхватил у меня ключ и снял наручники с Брианны.
Сверху раздался угрожающий треск,
