ускорило его свадьбу с Татьяной Кондыревой. Поскольку экспедиция была рассчитана на шесть лет, многие ее участники, как уже говорилось, ехали в Сибирь в сопровождении семей. Так же поступил и Прончищев, взяв с собой жену. О ней мы должны упомянуть, потому что Татьяна Прончищева стала членом экспедиции и первой русской женщиной-полярницей.
Семен Челюскин (1707–1764) – первый помощник Прончищева, после его смерти – командир Ленско-Енисейского отряда. Выходец из старинного рода Челюскиных (Челюсткиных), обедневшего к началу XVIII века. В 1710 году умер его отец, но родственники помогли матери дать образование нескольким сыновьям, в том числе и Семену. Осенью 1714 года в Москве он был зачислен в Навигацкую школу, в 1721 году успешно сдал экзамены. В 1720-е годы Челюскин нес службу на кораблях Балтийского флота в должности навигатора, ученика штурмана, подштурмана. Выполнял описания побережья Финского залива, в 1727 году производил занятия с гардемаринами.
Петр Лассиниус (1700–1735) – руководитель Ленско-Колымского отряда. Родился в Дании в шведской семье, служил штурманом на судах в Швеции, обладал большим опытом в мореплавании. В связи с некомплектом штурманских чинов в русском флоте 1 октября 1725 года Лассиниус был принят на русскую службу капитаном 3-го ранга. В начале 1730-х годов вместе с Василием Прончищевым и Иваном Кошелевым состоял в комиссии «по экзаменации штурманов, подштурманов и штурманских учеников» в Кронштадте. До мая 1731 года служил на фрегате «Крейсер», затем был направлен в Ревельскую эскадру. До 1733 года исполнял должность штурмана на линейном корабле 1-го ранга «Лесное». 18 января 1733 года, согласно новому штату, записан в лейтенанты майорского ранга с назначением по личному желанию и требованию Беринга начальником отряда Второй камчатской экспедиции
Харитон Лаптев (1700–1763) родился в Псковской губернии в семействе мелкопоместных дворян. Вместе с двоюродным братом Дмитрием Лаптевым (1701–1771) обучался в церковно-приходской школе, а в возрасте 15 лет поступил в Морскую академию в Санкт-Петербурге (Дмитрий присоединился к нему годом позже). В 1718 году им было присвоено звание гардемарина, после чего оба отправились служить на Балтийский флот. В 1721 году Дмитрий получил звание мичмана, спустя четыре года начал командовать парусным судном «Фаворитка», а в 1731 году был назначен в Великую Северную экспедицию. Харитон присоединился к нему только в 1737 году, когда стал начальником одного из исследовательских отрядов.
Вильям Вальтон (ум. 1743), англичанин по происхождению, поступил на русскую службу 23 октября 1723 года в звании штурмана, 12 января 1730 года произведен в лейтенанты. 18 января 1733 года по новому штату записан в лейтенанты майорского ранга и по требованию Беринга назначен во Вторую камчатскую экспедицию. По личной просьбе М. Шпанберга включен в состав Южного отряда (Японская экспедиция).
Софрон Федорович Хитрово (1700–1756) – представитель древнего дворянского рода Хитрово. В 1719 году поступил в Морскую академию, с 1723 года проходил практику на судах Балтийского флота в звании штурманского ученика, а с 1726 года служил штурманом в Астрахани. По возвращении на Балтику командовал небольшими судами, совершая рейсы из Санкт-Петербурга в Кронштадт и Ревель. 19 марта 1730 года Хитрово был произведен в подштурманы, а 21 мая 1730 года – в штурманы и назначен во Вторую камчатскую экспедицию. 21 мая 1731 года Софрон Федорович покинул Санкт-Петербург и выехал на Дальний Восток. В конце 1731 года прибыл в Якутск, а затем направился в Охотск, где был назначен в Охотское правление в звании штурмана 2-го ранга. Принимал участие в подготовке экспедиции, доставлял грузы в Охотск и занимался строительством речных судов. Участвовал в плавании к берегам Америки с Берингом на пакетботе «Святой Петр».
Сухие биографические сведения о соратниках Беринга говорят сами за себя: практически все – офицеры; большинство русских – дворяне (в то время под дворянами понимали именно тех, кто служит государю и отечеству). Все получили лучшее по тем временам образование; многие даже были однокашниками и знали друг друга со школьной скамьи, обладали не только знаниями, но и опытом командования, штурманскими навыками. Беринг отобрал опытных людей, способных не просто исполнять приказы, а действовать самостоятельно, добиваясь поставленной цели, – дальше мы в этом убедимся.
* * *
Академический отряд Великой Северной экспедиции, сформированный как из виднейших ученых, академиков того времени, так и из начинающих исследователей, стоял особняком не только организационно. Научная экспедиция такого масштаба была явлением неслыханным доселе не только в России, но и в мире.
Российская Академия наук была, можно сказать, ровесницей экспедиций Беринга. Основанная по указу Петра в 1724 году (напомню, указ о Первой Камчатской экспедиции датируется тем же годом), она столь же стремительно развивалась, так же нуждалась в квалифицированных кадрах и так же жадно расширяла границы познания. И так же «импортировала» кадры из Европы – свою академическую школу только предстояло создать. Поэтому в ранней истории российской науки, как и в истории русского военно-морского флота так много иностранных имен. Фактически именно опыт Великой Северной экспедиции стал мощным «зарядом» если не для создания, то для оформления российской академической мысли в области естественных наук в законченную систему.
Возглавил Академический отряд Герард Фридрих Миллер (1705–1783) – историк, архивист, профессор Академии наук, собиратель материалов по истории и этнографии Сибири. Мы больше знаем его как автора «норманской теории», но его вклад в развитие российской историографии и этнографии совершенно неоспорим. Он объездил все крупнейшие города Сибири и в течение 10 лет (1733–1743) собирал документы из сибирских архивов, позже уничтоженных, вследствие чего его собрание (так называемые Миллеровские портфели) представляет громадную научную ценность.
Именно Миллер раскопал в якутских архивах «скаски» Семена Дежнева, благодаря которым оказалось, что Берингов пролив был пройден Дежневым почти на сто лет раньше Беринга (о чем на момент снаряжения экспедиции еще никто не знал). При этом находка Миллера фактически реабилитировала Первую Камчатскую экспедицию и дала Берингу полную уверенность во время Второй[69].
Одним из первых ученых, открывших ботанические богатства Сибири, стал немецкий естествоиспытатель на русской службе, врач, ботаник, этнограф, путешественник, член Санкт-Петербургской Академии наук Иоганн Георг Гмелин (1709–1755). При участии Гмелина Вторая Камчатская экспедиция собрала огромное количество научной информации, которую Гмелин позднее изложил в своем четырехтомнике на немецком языке «Reise durch Sibirien». Ботанические коллекции послужили основой его труда «Flora Sibirica», изданного на латинском языке в 1747–1759 годах. Издание содержит описание почти 1178 видов сибирских растений и около 300 их изображений. При этом 500 новых видов до путешествия Гмелина были совершенно неизвестны науке. Ученый-энциклопедист и великий художник, Иоганн Гмелин за 10 лет проехал по Сибири около 34 тысяч километров, положив начало ее научному описанию.
Людовик Делиль Делакройер (ок. 1685–1741), брат известного французского астронома и географа Жозефа Николя Делиля, профессора Санкт-Петербургской Академии наук. Именно карта профессора Делиля легла в основу решений, принимаемых американским отрядом и вследствие ее неверности послужила источником больших бед, закончившихся гибелью его брата. Делакройер участвовал в плавании судна «Святой Павел» под командованием Алексея Чирикова
