не давала покоя Джино, поэтому он удвоил свои усилия по сбору информации на территории Косты. К счастью, были там у него хорошие знакомые, и вот сегодня днём получил он оттуда сообщение, которое его совершенно не порадовало. Коста сделал заказ на три десятка американских пистолетов «Кольт» и 10000 патронов. Причем магазины заказал не на семь патронов, а на одиннадцать, была у этой модели возможность и такой комплектации. Заказы такие принимали по всей Сицилии, удовлетворяя спрос на американской военной базе Сигонелле, расположенной совсем недалеко от Катаньи. Там за деньги можно было купить все, что официально купить было никак нельзя. А поскольку вряд ли боевики Косты безоружными ходят, то это означает именно то, что и можно подумать: он закупает оружие для того, чтобы вооружить им новых боевиков, которых планирует набирать.
Между прочим, эта база находилась на территории, которую контролировал он, Джино, и по всем правилам Коста должен был обратиться именно к нему по такому вопросу, а не искать других посредников… Так что вот еще один дополнительный повод для него, Джино, тревожиться…
Вот оно как интересно вышло, кстати… Он беседовал с Альфредо в полной уверенности, что тот вообще ничего не понимает в их делах, а вышло так, что именно книжный мальчик Альфредо раскрыл ему глаза на потенциальные неприятности со стороны своего соседа. И одно было Джино абсолютно ясно: забыть об этой информации и жить дальше спокойно будет совершенно недальновидным шагом. Необходимо предпринимать серьёзные шаги для того, чтобы быть готовым к различным путям решения этой проблемы с Костой.
Тут уже надо серьёзно обдумывать все варианты, по которым нужно идти для решения этой проблемы.
Один вариант был вполне ясен: собрать всех своих людей, хорошенько их вооружить и нанести самому немедленный удар по Косте, захватить себе его новый завод, а если не удастся его удержать, то уничтожить. И это сразу резко вернёт Косту к прежним временам и отнимет у него возможность финансировать дополнительных боевиков.
Правда, тот тут же кинется жаловаться крёстному отцу. И тот вызовет его Джино давать ответ. И вот что ему ответить? Формально Коста имеет все возможности для того, чтобы развивать на своей территории подконтрольный бизнес не меньше, чем сам Джино.
Чем объяснить крестному отцу причины этой атаки? Тем, что у соседа слишком плохой характер, чтобы позволять ему слишком сильно вооружиться и разбогатеть? Звучит как-то не очень.
Самый лучший вариант — это хорошо подмазать крёстного отца, подарив ему приличную сумму, и получить тем самым прощение за активные действия против Косты. И разрешение удержать за собой захваченную территорию…
Но, учитывая серьёзность предполагаемых действий, тут какой-то мелочёвкой не отделаешься. Крестному отцу нужно нести минимум десять-пятнадцать миллионов лир, не меньше, чтобы он закрыл на такое глаза. А ведь он и так получает очень существенную часть доходов каждого капореджиме на территории Сицилии, так что такую сумму собрать самостоятельно не так и просто. Не то чтобы у Джино не было отложенных средств, но подобный поход к крёстному отцу сразу же их ополовинит.
И всё же придётся действовать именно так, если не появится какой-то дополнительный вариант.
А ведь, по словам Альфредо, он всё же может появиться. Этот вариант становился Джино намного более интересен по сравнению с тем временем, когда он просто теоретически обсуждал его с Альфредо. Гораздо приятнее ситуация, при которой деньги, что нужно будет занести крёстному отцу, даст ему владелец завода в Северной Италии… Да ещё и можно будет стрясти с него денег на то, чтобы получше вооружить своих людей, да и набрать дополнительный отряд для последующего похода на Косту.
Ну что же, это может быть великолепный вариант. А ведь, насколько он понял Альфредо, после этого можно будет и дальше каждый месяц доить этого чемоданщика. Пусть он будет получать поменьше денег, чем сейчас получает Коста, но это будут крупные и постоянно идущие живые деньги, которые ему совершенно не помешают.
Главное — надо будет постараться договориться с крестным отцом так, чтобы тот не отщипывал слишком большую долю от его новых ежемесячных доходов. Ну а если этот магнат из Северной Италии предложит всё-таки слишком мало, то кто мешает забрать у него завод целиком? За жадность всегда приходится платить — это неизменная истина. Но всё это будет потом, всё это вполне решаемо.
А сейчас главный вопрос уже абсолютно ясен. С решением проблемы с Костой не следует тянуть…
Джино пожалел, что у него нет нормального способа срочно связаться с Альфредо и выяснить, интересно ли всё ещё этим северным итальянцам совместное решение проблемы с этим заводом Косты. Надо было взять у Альфредо телефон, по которому с ним можно было бы связаться. Как-то он тогда слишком легкомысленно отнёсся к этому разговору с ним.
Раздобыть телефон Альфредо у родителей или у брата? Нет. Джино покачал головой. Это не вариант, никто из них точно ему его не даст. Даже этот маленький засранец, брат Альфредо, которого он в детстве нянчил на руках, так запуган своим отцом, что не решится это сделать. А его отец с матерью, конечно, раскудахтаются, решат, что он задумал сделать из Альфреда какого-то подручного по своим мафиозным делам в Советском Союзе. А то, что это звучит даже смешно, они вряд ли поймут, настолько они боятся того, чем он занимается.
Но тут неожиданно в голову Джино пришла другая мысль: а зачем ему связываться непосредственно с Альфредо? Тот хотя имён и не называл, но совершенно точно объяснил, о ком идёт речь — о владельце единственного в мире другого такого завода в Северной Италии. Надо всего-то и навести справки, кто именно в Италии легально изготавливает эти самые чемоданы на колёсиках, и сразу станет понятно, с кем можно связаться и обсудить этот животрепещущий вопрос.
Джино поднялся, прошёл к бару и молча показал бармену на телефон, стоящий среди бутылок со спиртным. Тот тут же, бросив все дела, притащил ему его, и Джино набрал своего юриста, чтобы дать ему поручение.
* * *
Москва, общежитие МГУ
Луиза в панике ходила по комнате в общежитии. Что же теперь делать? — думала она, меряя шагами комнату. — Как же так! И угораздило же меня тогда все же пойти на встречу с куратором! Хотела ведь подождать, сообщить, что снова болею… Как же теперь быть?
Бедный Баум, — переметнулись ее мысли на жертву ее бацилл, — хоть бы он выздоровел поскорее… И хоть бы не узнал,
