встав, направилась к выходу. — Всего доброго.
Тоже мне, гадалка! Такую ересь любая шарлатанка наплести может! Отделалась общими фразами, которые каждой девице на празднике подойти могут. Только руку порезала, карга старая!
Уже откинув полог шатра, я обернулась и задала последний вопрос, просто из чистой вредности:
— И какие же духи привели вас ко мне? Земля, воздух? — припомнила ее фокус с жижей и кровью. — Или вода?
Карга лишь хрипло рассмеялась, напоминая собой каркающую ворону:
— Нет, эти духи безмолвны и равнодушны. Меня привели отреченные духи.
Поежившись от взгляда этой безумицы, я поспешила вырваться в чарующую атмосферу праздника. Наверно, Дагон меня уже потерял.
С трудом пробравшись сквозь толпу, я смогла наблюдать разочаровавшую меня картину.
Глотатель уже давно покинул помост и его место заняла девушка удивительной красоты — черные, шелковистые волосы ниспадали до самых бедер, а кожа была настолько белоснежна, что я ощутила себя смуглянкой на ее фоне. Одета она была в прозрачную, цвета морской волны, юбку, а крошечная полоска такой же ткани лишь едва прикрывала пышную грудь. На запястьях и лодыжках были звенящие, тонкие браслеты. Она танцевала развратно и плавно, но очень красиво. А с каждым ее движением к звукам дудочки, на которой играл бородатый здоровяк в стороне, добавлялся тонкий звон браслетов.
Дагон столь откровенно таращился на танцовщицу, что у меня внутри все взвыло от ревности и злости. Захотелось хорошенько ударить его по морде! Или выцарапать глаза, чтобы больше не смотрел на кого попало.
— Рот закрой, — едва справившись с яростными порывами, я лишь слегка дотронулась кончиками пальцев его челюсти. Не сдержавшись, погладила грубую кожу.
— Ревнуешь? — расплылся в улыбке мой орк.
— Просто не понимаю — в твоем гареме много женщин, но тебе все мало. Уже придумал, как будешь красть ее у циркачей?
— Я могу просто купить ее у циркачей.
Беззаботное выражение в миг слетело с моего лица, я даже не успела проконтролировать перепад эмоций и Дагон, заметив гневную гримасу, рассмеялся.
Обвив мою талию руками, резко притянул к себе и прошептал:
— Если станцуешь мне также, то могу и позабыть о чудной танцовщице.
— Иса пусть тебе танцует! — яростно выдохнула ему в шею.
Опять смеется, мерзавец!
— Все-таки ревнуешь?
— Да! — признание далось мне не легко, щеки тут же залил румянец смущения.
Орк замер, совершенно не ожидая такого честного ответа. Я усиленно прятала лицо, уткнув его в ключицу Дагона.
Почувствовала, что в моих волосах путаются его пальцы. Стало хорошо и стыдно одновременно — для меня все-таки непривычны такие проявления в обществе.
Дагон приподнял мою голову, чтобы заглянуть в глаза, но я тут же их закрыла.
Стыдно, очень стыдно! Он еще не должен знать о моих чувствах!
— Каталина, — серьезно произнес орк. — Посмотри на меня.
— Нет.
— Посмотри, это важно.
Страшно. Вдруг он сейчас повторит свои слова о том, что я ему неинтересна? Ведь какой я могу вызывать интерес, когда хорошим поведением не отличаюсь, а рядом красавица Исельнир?
Глаза все-таки открыла, внутренне подготовившись к самому страшному, но орк лишь ухмыльнулся и впился в мои губы таким жадным поцелуем, что я в миг забыла обо всем. Не было ни страха, ни окружавшей нас толпы. Только его руки на моем лице, его губы и островатые клыки, которые лишь добавляли пикантности поцелую, а не боль. Я плыла, таяла. Будто все тело превратилось в податливую субстанцию, глину. Желай орк вылепить из меня что-то другое, думаю, сейчас бы у него получилось.
Когда орк, к моему огромному сожалению, прекратил поцелуй, я едва стояла на ногах. Голова слегка кружилась. Такое со мной было лишь однажды из-за вина.
— Скоро начнутся бои, — прошептал Дагон. — Ты должна пообещать мне, что не испугаешься, не убежишь. До самого конца будешь сидеть на месте, а потом Траган проводит тебя к ритуальному костру.
— Почему Траган?
— Он к тому моменты отойдет от действия зелья и будет полностью безопасен. Позже подойду я. А потом мы вернемся домой и поговорим. Обещаешь?
У меня от волнения коленки задрожали. О чем он собрался говорить?
— Обещаю, — смиренно кивнула в ответ.
Дагон провел меня к арене, оставил в ложе на попечение Ру и удалился. Иса уже была там — метала на меня столь яростные взгляды, что становилось не по себе. Были здесь и прочие наложницы гарема. Зара украдкой надсмехалась над злобой Исы, но и сама горела затаенной завистью. Гадюшник.
Ру же была безмятежна, усадила меня рядом с собой и, заметив порез на ладони, ужаснулась:
— Где ты уже успела порезаться?
Я недовольно скривилась, махнула рукой в сторону.
— Это все безумная гадалка.
— Гадалка? — орчиха не на шутку удивилась. — Где ты здесь гадалку нашла?
— Она сама меня нашла. С циркачами, наверно, приехала.
— Странно, — Ру скользнула по мне задумчивым взглядом. — Не припомню у них гадалки.
— А ты весь их состав знаешь? — мой голос так и сочился ядом.
— Конечно! Они два раза в год приезжают.
— Не знаю я, откуда эта старуха, — меня уже начал раздражать разговор. — Чего ты пристала ко мне?
Ру укоризненно поджала губы и, демонстративно отвернувшись от меня, начала разговаривать с Исельнир. Вот и пусть! Надоела уже мне в соратники напрашиваться.
Еще около четверти часа мы ожидали начала, я игнорировала все попытки Зарабет расспросить меня о том, как мы провели лень с Дагоном, всячески переводила тему. Кажется, она крутится около меня только из-за того, что ее любимый домин избрал меня объектом своего внимания. Так, находясь около меня — она мысленно ближе к нему. Надейся, милая, это все, что тебе останется. Дагон — мой орк.
Черт, о чем же он собрался со мной говорить? Может, решил, что такая негодяйка, как я, портит атмосферу в его доме и пора отправить меня домой? Очень хотелось бы, что нет. Домой я уже не хочу, я этого орка хочу!
Хотя, если бы он решил избавиться от меня, то не целовал бы. Верно? Ох, как он целует. Воспоминания нагнали на меня краску и, заметив это, Зарабет оживилась, вновь начала мучить меня расспросами.
К счастью, в этот момент на арену вышел уже знакомый мне шаман и Гро-Домин. Их появление сразу же прервало гомон на трибунах, все стихли в благоговении устремив взоры в эпицентр.
Гро-Домин завел нудную речь, которую я пропустила мимо ушей. Не нравился он мне, все-таки. В мыслях даже расцвели кровавыми цветами, мечты избавиться от этого отвратительного орка. Но я тут же одернула себя, удивляясь столь внезапному порыву.
После него Риталек провел короткий ритуал
