Я подняла брови от удивления – странный король в южных землях: отправить в опасное путешествие несмышленого безграмотного ребенка. При слове «несмышленый» Сунна нахмурился и, размахивая костью с недоеденными кусками мяса, начал медленно говорить:
– Вы где тут видите желторотика-несмышленыша? Кто тут не дорос до крышки стола капитана Роджера?
Когда мы с Рэтти успокоили маленького бунтаря, он продолжил рассказ. Оказывается, Сунна было шестнадцать, несмотря на его рост в неполные полтора размаха. Правитель доверил ему столь важную миссию не просто так. Юноша был сыном фаворитки-волшебницы и претендовал на должность первого советника. Дар свой он унаследовал от матери. Сунна не знал, кто его отец, воспитывала его и развивала магический дар мать, а малек прикладывал все мыслимые и немыслимые усилия, чтобы мальчик вырос достойным гражданином Джанубтераб.
А дар Сунна был очень страшен. Родился он телепатом, как и многие не очень богатые маги из южных земель. Подобные возможности беднота использовала для воровства. Способности свои мальчик открыл в пять лет, и сперва не мог контролировать появление чужих вещей в руках или в карманах. Любой предмет, который мало-мальски нравился Сунна, мог без особых проблем переместиться к нему со скоростью мысли. Вполне возможно, что и знатные южане смогли бы воспользоваться подобной магией, сделать ее разрушительной, но Единый устроил так, что в богатых семьях дети-телепаты не рождались.
Так, Сунна показал нам с Рэтти, каким образом на нем оказалась мокрая желтая рубашка Сорро. Мы рассмеялись от того, что на его маленьком теле одежда большого размера свисала словно на чучеле, чем опять невзначай обидели сына фаворитки.
К четырнадцати годам Сунна стал известен в Шамсмадене не только как достойный ученик королевской школы, но и как искусный фокусник. Но когда несколько месяцев назад к правителю явилась некая женщина в черном плаще, единственное свое спасение король нашел в маге-телепате. Так невысокий сын простолюдинки-наложницы стал стремительно продвигаться по служебной лестнице. Таинственная гостья из Централи начала принуждать правителя под страхом смерти подписывать документы на передачу некоторых островов, а позже президент и его посланница стали покушаться и на материковые владения.
Малек стал видеть в мальчишке защитника престола. Некоторое время посланница даже не подозревала, кто так искусно крадет у нее документы. Король и малолетний советник, называемый правителем «сыном» вдвоем читали письма президента, скрепляли их печатью и провожали женщину в Град. Но стоило посланнице предстать перед Президентом, как у нее из рук неведомым образом пропадали все бумаги.
Немного времени потребовалось центральцам на то, чтобы разобраться в чем дело и отправить в Шамсмадену приказ на арест малолетнего королевского приемыша. Так жизнь Сунна оказалась в опасности, и королю ничего не оставалось, как отправить мальчишку странствовать по миру в поисках защитников.
– Он прочитал мне строки из песни, что хранится в сокровищницах Шамсмадены, – чуть шевеля губами прошептал воришка. – Он сказал, что это ключ к поиску!
– Что-то типа «Воскреснут королева и дракон, которые веками…»
Я не договорила. И без того большие глазища Сунна таращились на меня так, будто я прочитала ему «Гимн Смерти».
– Это первый куплет, – сказал он, – в Джанубтераб хранится другой: Пусть время и бежит быстрей их ног, А Инселерд ждет роковых событий. Спасут его Юг, Запад, Север и Восток – Четыре незаконных жизни нити.
Мы с Рэтти переглянулись. Да, я совсем забыла, что штурман была не в курсе последних событий: она не знала ни про шкуру, ни о куплете, что мне напела Нико в Хиноде, ни о смерти правителя Хигаши. Не было известно ей и про маленькую девочку Субару, которую мы спрятали в городке Фонку у бывшей возлюбленной (как мне казалось) Сорро.
– Я позже все объясню, – отмахнулась я от нее. – Сунна, это не второй куплет, потому что во втором сказано про Красную Бандану или кого-то на него похожего. Шамсмаденский вор посмотрел на меня с пониманием.
– Я отправился искать Хранителей, – пояснил он, – спрятался в трюме этого корабря в Бате, потому что посчитал, что Алая Корона не станет бороздить море на дырявом корыте. Кроме того, на ихней бригантине вряд ли меня стали бы искать преследователи малека. Я не думал, что есть на свете пираты, способные чуть ли не голыми руками расправиться с Роджером. И что мне тепереча делать? Мне нужно в Кёкай!
Спасибо за комплемент, воришка, но я до сих пор не считала себя преступницей. Вот уж с кем поведешься, тем и назовешься: пират, вор, разбойник и принцесса, – хороша компания. Да, если меня вычеркнуть из этого списка, получится почти как в песне, только три незаконных жизни: Сунна с юга, Рэтти с запада, а Сорро – не знаю, откуда. Но я прогнала эти странные мысли прочь – какие из этих троих легендарные герои и хранители? Скорее всего, время благородных рыцарей прошло лет двести назад, а теперь мир спасают бродяги.
– И где ты собирался их искать, малолетка? – в дверях появился недовольный Сорро.
На его шее тотчас же повисла Рэтти и расцеловала его лицо. На редкость разбойник не уснул после битвы. Он устало отодвинул прилипчивую девушку и прошел в каюту.
– Так, где ты нашел малолетку, Красная Бандана, якобы самый лучший рубака в Инселерде… – возмутился Сунна, шествуя по каюте в рубашке разбойника, надетой поверх халата, – который так и не смог победить Роджера без моей помощи?
– Сорро, дорогой, это шамсмаденский советник, – я повисла на шее у разбойника, мило улыбаясь.
Краем глаза я заметила, как Рэтти, бросила в мою сторону недовольный взгляд.
Глупый мечник не понял намека о высоком положении нашего нового спутника, и скандал по поводу роста и возраста мальчишки разразился с новой силой. А когда Сунна, наконец, утихомирился, он повторил присоединившемуся к нашей компании Сорро свою историю, я зачитала свой куплет и записала обе части песни на первом попавшемся под руку пустом листке. Теперь мы все четверо знали страшную тайну Инселерда. Надеюсь, среди нас нет предателей.
Пока мы выясняли отношения со своим новым знакомым, благодаря попутному ветру «Огненная стрела» отплыла на юг, что Граничные горы скрылись за горизонтом. Пираты, несомненно, пытались вернуться на судно. Как рассказывал Сорро, они даже пробовали стрелять по собственному кораблю из мелких дул. Странные они: ни себе, ни людям. А один особо догадливый зацепился за борт кошкой и пытался по веревке перебраться со шлюпки на ют. Несчастный не подозревал, что разбойник обернется на шум, перерубит канат, и пират отправится на дно. Не повезло этому человеку. А с Красной Банданой шутки плохи. Вот так Роджер Алая Корона стал посмешищем всех морей, омывающих берега Инселерда. С законами пиратов не поспоришь – коли нашелся тот, кто завоевал твой корабль, стыд тебе и срам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
