Гроза, бушевавшая над нами у берегов Хигаши, тоже осталась далеко позади. И мы все вчетвером смотрели на серые облака, сквозь которые пробивались золотые лучи солнца.
– Красиво, – мечтательно протянула я.
Но поддержала меня только Рэтти. С каким бы подозрением я не относилась к этой женщине, но что-то в ней было такое, чего не у каждого дворянина найдешь. Рыжая с должным вниманием относилась ко всему, что происходило в природе. Она постоянно следила за каждым облачком на небе и за каждой волной в море. Она объясняла это особенностями своей работы. Может, и так.
К вечеру мы заметили приближающийся берег. Нет, не те желтые пустынные земли, что мы проплывали весь день. Сейчас на суше были хорошо различимы низкие постройки.
– Это Бат? – спросила я, вопросительно глядя на своих спутников.
Сорро, надув губы, отрешенно смотрел вперед, перебирая пальцами по рукояти ятагана. Рэтти в какой уже раз совмещала обязанности штурмана и рулевого, искоса поглядывая на разбойника и желая не упустить момент обнять его в очередной раз. А Сунна высунулся за борт, внимательно рассматривая белые дома с плоскими крышами, словно видел он этот город в первый раз.
На Хигаши-но-Чикию эти земли совершенно не походили. Не только город, но и природа выглядели совершенно иными. Да, мы приближались к пустыне. Но то были уже не каменные пустоши восточных земель, а песчаное поле, выжженное жестокими лучами южного солнца. В эти земли не доходили тучи, что оставляли всю влагу на Негара или в Хигаши. И только редкие лысые, как казалось издали, деревца, разнообразили холмистую песчаную равнину.
– Да, это Бат, – подтвердил Сунна, когда наш корабль уже подходил к пристани.
Как и в Хиноде, Рэтти и Сорро задолго до входа в бухту сменили пиратские флаги на торговые и без проблем получили разрешение пришвартоваться на ночь.
Нас встретила толпа мальчишек в длинных пестрых халатах. Некоторые из них сидели на бочках у портовых сооружений и, тихо перешептываясь, постоянно тыкали в сторону нашей бригантины. Наверное, обсуждали вопросы судостроения. Особо любопытные мотались под ногами, любопытно расспрашивая, кто мы такие да откуда. Я не знала, что им ответить. Но тут меня отодвинул Сунна.
Он, одетый в широкие белые штаны чуть ли не до пят и светлую жилетку в красные полосы, вышел к любопытствующим. В нем сразу узнали местного и посторонились. А когда у паренька в руке вдруг возникли мой кошелек и золотые цепочки Рэтти, дети, вообще, бросились врассыпную.
– Решили общипать моих друзей? – крикнул мальчишка на весь порт. – Пока я с ними, у вас ничего не получится.
Малолетние воришки забились по углам, словно мыши, сбежавшие от большого голодного кота, и с ужасом в глазах наблюдали, как наш спутник вернул мне кошелек, а украшения – штурману.
– Осторожней надо, – буркнул под нос Сунна, направляясь к опустевшей под вечер площади. – Воровская магия – тутася одна из самых развитых.
Наши лица вытянулись, и мы кивнули нашему новому товарищу, мол, будем в следующий раз аккуратнее.
Посреди главной площади красовался фонтан, несколько выбивающийся из простенькой архитектуры провинциального южного городка: девушка в длинном платье, выливающая воду из кувшина. Словно центральские архитекторы приложили свою фантазию к созданию не только этой вычурной статуи, но и всех магазинчиков, выходящих на площадь, а также двухэтажного постоялого двора, куда мы дружно и отправились.
В отличие от восточных гостиниц, в Джанубтераб придерживались классического варианта: комнаты на втором этаже, стойбища – на заднем дворе, только столовая была на свежем воздухе. Гости сидели за каменными столами, а чтобы никто не сгорел на солнцепеке, над рестораном натянули большую материю, белую в красную полоску, под цвет жилетке Сунна.
Из-за ужина мы едва не остались без денег, потому что Сорро решил испробовать все мясные блюда, которые владелец гостиницы умел готовить. Но зато наговорились мы вдоволь.
– Как вы поняли, господа Хранители, – обратился к нам Сунна, – нам срочно надо в Шамсмадену.
– Значит, наутро отплываем, – тут же заметила я, но сразу же я поймала на себе недовольный взгляд Рэтти, а через минуту мне пришлось выслушивать длинную географическую справку о том, что путь по морю займет в два раза больше времени, нежели по суше.
– Значит, оставим корабль тутася, а потом вернемся, – сообщил Сунна.
– Извините, – скрестив руки на груди, обиженно скривилась я, – вы, молодой человек, торопитесь, значит, спасать вашего короля, а судьба моего отца интересует одну меня?
– Ага, – вытаращив глаза, помотал головой наш новый спутник.
– Ошибаешься, Сунна, – я грустно посмотрела на повара, что готовил ужин для посетителей. – Мой отец в не меньшей опасности. Да, мы потратим неделю на то, чтобы разобраться с заговорщиками у тебя на родине. Но после нам надо будет спешить дальше, а не возвращаться назад.
Рэтти, подперев щеку кулаком, смотрела на нас полным серьезности взглядом. Она бурчала под нос нечто невразумительное, а иногда оформляла свои мысли в весьма ясные предложения. Основной идеей, как я поняла, было то, что «Огненной стреле» нужно очутиться в Шамсмадене именно в тот день, когда нам нужно будет отплывать.
Мы раскрыли карту, и штурман маленьким женским пальчиком провела по предполагаемому пути нашего путешествия: из столицы южных земель, через острова западного моря на север, а далее пешим ходом через горы в Нордэрд. Как все просто, когда все земли родной страны нарисованы на листе бумаги, помещающемся на стол. Две-три секунды, и ты дома. И как жаль, что на самом деле мы находимся только в самом начале пути.
– Чего тут думать? – чавкая, Сорро окинул взглядом разложенную рядом с ним карту. – Делать надо!
Он напрямую прочертил пальцем путь от Бата до города Морек, что был в двух днях ходьбы от морского побережья.
– Нам надо попасть сюда, – озвучил мысль разбойник, а потом по речке спустимся в эту вашу Шамсмадену.
– Можно маленький вопрос? – ухмыльнулась Рэтти, устремив в сторону разбойника полный любви и преданности взгляд.
Сорро, набив рот до отказа, кивнул, и принялся за национальные лакомства восточных земель.
– Каким образом корабль мы протащим по суше?
Когда разбойник закончил расправляться с очередной тарелкой мяса, он весьма подробно рассказал о своих идеях. Не ожидали мы от него подобного. Нас мучил единственный вопрос, который, кстати, я, сощурившись, и задала ему:
– И как ты это представляешь?
Чем пустыня не море? Эта мысль и подтолкнула Сорро к его открытию. Да ничем она, практически, не отличается. Только вместо воды – песок. Где-то он лежит достаточно плотно, и человеку не составляет труда пройти по земле. А где-то он зыбуч, и поглощает все, что оказалось рядом. Так почему бы тогда не плыть по пустыне, как по морю?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
