своей жизни. Не считать ведь неловкий чмок за гаражами около школы в третьем классе за настоящую свиданку.
– У красивых девушек всегда есть время на личную жизнь, а ты, Алёна Пална, весьма недурна собой.
От комплимента шею опалило жаром, и я еле сдержалась, чтобы не похлопать себя ладонью. И как мне реагировать на это?
– Ты не видел мои школьные фото, – усмехнулась. – Та еще страшила.
– Не верю. Естественную красоту ничем нельзя испортить.
– А стрижка под мальчика и прыщи? – подалась вперед, с азартом отслеживая его эмоции, которые не заставили себя ждать.
Первым на его лице проскользнуло недоумение, словно он пытался представить меня в подростковом возрасте, затем недоверие, но я не шутила. До сих пор помнила, как плакала, когда тетя отстригала мою шикарную копну ржавыми ножницами, но ничего не могла сделать или противопоставить. Благо волосы отросли, а прыщи сошли на нет.
– Серьезно? – всё понял по моим глазам. – Туше, Алёна Пална, ты меня уделала.
– Даже не пыталась. Это обычная горькая правда. Подростковая непопулярность, низкая самооценка, удивительно, как из меня выросла такая красавица, – пропела и похлопала себя по обеим щекам, закатывая при этом глаза и быстро-быстро моргая глазками.
Драконов рассмеялся довольно, откинулся на спинку стула и сделал ленивый глоток из своего бокала. Смотрел на меня при этом странным взглядом, каким смотрят на красивую статуэтку, которую хотят себе присвоить. Стало неловко, но отводить глаза я не стала.
Не знаю, откуда взялась эта храбрость, но себя я и правда любила. Этому меня научила сестра, и я была безмерно ей благодарна, ведь именно благодаря ей я обрела гармонию с собой.
– Это прозвучит жестоко, но я этому безумно рад.
– Почему это? Всегда знала, что ты жестокий мужчина, Егор Романович, мог бы и посочувствовать для приличия.
– Чему это? И почему бы мне не быть довольным от осознания того, что благодаря твоей генетике я буду у тебя первым?
В этот момент я пила воду, так что поперхнулась и снова закашлялась, ставя стакан обратно на стол.
– Ты…
– Всё еще удивляешься? Я думал, ясно выразил свои намерения.
– Мы ведь заключили договор.
Не знала, чего хотела сейчас на самом деле, но мне так хотелось услышать из его уст четкие намерения, а не намеки, что я подливала масла в огонь, окольными путями пытаясь вызнать правду.
– Правда? Когда? И где он?
Открыла и закрыла рот, потеряв дар речи.
– Обманщик, – прошипела.
– Успешный делец, – подмигнул.
Он выглядел таким непохожим на себя и озорным, что я не нашлась с ответом, так что ничего не сказала и потупила глаза.
Воцарилась тишина, пока он вдруг ее снова не прервал. Но на этот раз одним удивлением с моей стороны не обошлось.
– Будешь моей настоящей женой?
Подняла взгляд и молча воззрилась на собеседника. В этот момент заиграла медленная музыка, несколько пар вышли в центр и стали танцевать. Я продолжала молчать, будучи в шоке, а затем наблюдала, как Егор встал, подошел ко мне и протянул мне ладонь.
– Потанцуем? – задал вопрос, не дождавшись ответа на предыдущий.
И почему мне казалось, что, согласись я на танец, дам согласие и на всё остальное, включая настоящий брак? Сглотнула, переводя взгляд с его лица на руку, затем обратно.
Секунда, две. А что ты, собственно говоря, теряешь, Алёна Пална? Перед тобой стоит мужчина, который нравится тебе до безумия, так нужна ли эта гордость, которая встала тебе поперек горла?
– Да, – улыбнулась и вложила свою ладонь в его.
Встала, а затем позволила ему вести себя в танце. Глаза в глаза, тело к телу, жар к жару. “Да” я сказала лишь раз, но ответила на самый главный вопрос. Была не была.
Он не спрашивал меня о прошлом, я его тоже. В этот вечер это было неважно. Вкусная еда, приятная и тихая атмосфера, безудержные комплименты, о которых раньше мне приходилось только мечтать, а после… А после было то, о чем в школе девочки говорили шепотом и хихикая по углам.
Горячий жар нашего сбитого дыхания, смятые влажные простыни, взгляды в темноте ночи, поцелуи во все места, вспоминать о которых после мне будет стыдно, и стоны, смущавшие меня даже в моменты экстаза.
А затем наступило утро.
Глава 21
Меня ждал серьезный разговор, о котором я думала весь вчерашний вечер.
– Ты совсем охамела, Алёна! – возмущалась тетка, когда я наконец позвонила ей. Она так верещала в трубку, что мне пришлось держать ее на расстоянии. – Решила меня прокатить?! Или время тянешь? Ничего у тебя не получится! Ты отдашь то, что мне принадлежит!
– Тетя Вера, послушайте, пожалуйста, – пыталась я ее усмирить, миролюбиво отвечая на ее крики. – Извините, что не звонила… Я не могла, хотела, но не могла. Так вышло. Я замужем, у меня ребенок, у меня просто не получилось прийти. Я не игнорирую вас и не хочу обмануть. Просто так сложились обстоятельства…
Хотела было скормить ей какую-то байку, но, видимо, для тетки оказалось достаточно того, что я извиняюсь.
– И что теперь?! – возмущалась она, но уже гораздо спокойнее, просто ворчала сердито в трубку. – Так ты собираешься документы подписывать?
– Я всё подпишу. Мы можем встретиться? Я бы подъехала, куда скажете.
– Да уже пора бы! Но чтобы точно приехала, Алёна, иначе ты пожалеешь! Я тебе навстречу иду, а ты добра не ценишь. Неблагодарная нахалка!
Снова посыпались обвинения и слова, которые меня уже не так сильно трогали, как в самый первый раз, когда я их услышала. Мне удалось примириться с тем, что тетка меня ненавидит, с той несправедливостью, которая со мной случилась из-за нее. Перестала спрашивать небеса, почему моя жизнь такая несчастная, перестала молить о том, чтобы наказали всех тех, кто меня обидел.
Я просто приняла свою судьбу и только хотела, чтобы Катюшка не страдала, желала для нее лучшей жизни. И вот, в самый темный час, я встретила мужчину, который за несколько дней круто перевернул нашу жизнь и подарил много счастливых моментов.
В эту ночь я стала его настоящей женой. Это было волшебно… Я постоянно улыбалась, даже тогда, когда тетка обливала меня помоями и угрожала расправой. Меня ее гадкие слова больше не трогали. Я чувствовала, что нахожусь под защитой. За каменной стеной. С таким мужем ничего не страшно.
Вот разберусь с теткой и буду смело смотреть в будущее.
– Куда мне подъехать? Мне надо успеть… – оборвала я поток бессмысленной брани.
– Меня не волнует, куда тебе надо успеть! – в свою
