— Да неужто? — ухмыльнулся старик. — Для чего же понадобилось это некоей иностранной разведке?
— Для чего? А для того, чтобы завладеть обширными африканскими землями мистера Крайтона, недра которых содержат, видимо, какое-то важное стратегическое сырье.
— Доказательства, молодой человек! — Старик подался вперед всей тушей, приник грудью к краю стола и устремил на Уоткинса свои серые, сразу пожесточавшие глаза. — Факты!
— Факты? Извольте, сэр. Во-первых, стремление преступников представить убийство Крайтонов, как результат случайной автомобильной аварии. Далее — отсутствие у преступников видимой корысти. Будь это обыкновенный грабитель, он действовал бы при помощи револьвера или ножа: руки вверх, выворачивайте-ка карманы! В данном же случае орудием убийства послужила грузовая машина, и было бы смешно заподозрить, что целью убийц было выворотить карманы своих жертв. Да и что возьмешь у сельских жителей, вышедших на утреннюю прогулку? Значит, тут совсем иная корысть…
— Постойте-ка, молодой человек! — прервал старик. — А почему не допустить такую возможность: водитель, случайно сбивший Крайтонов, из опасения, что оставшаяся в живых миссис Крайтон выдаст его, попросту решил избавиться от опасного свидетеля? Вот вам и мотив убийства. Ведь вопрос стоял для него так: либо он, либо миссис Крайтон, пожилая дама, глубоко ему безразличная… А? Что скажете?..
— Я уже доказывал вам, сэр, что тут была не авария, а сознательное убийство, орудием которого послужила грузовая машина. Извольте взглянуть, сэр!
И Уоткинс протянул старику фотоснимок следов, оставленных грузовой машиной на месте мнимой аварии.
— Что же, убедительно, ничего не скажешь… — раздумчиво произнес старик, внимательно рассмотрев снимок. — Но решает все же совокупность доводов, и все зависит от дальнейшей вашей аргументации. Согласен: мы имеем дело с преднамеренным убийством, цель которого нам неясна. Вы утверждаете, что целью убийц было завладеть африканскими землями семейства Крайтонов. Чтобы придать своей догадке убедительность, вы высказываете предположение — да, да, молодой человек, всего лишь п р е д п о л о ж е н и е, — что недра этих земель богаты важным стратегическим сырьем. Но, во-первых, это предположение надо доказать; во-вторых, откуда вы взяли, что в результате убийства Дэвида Крайтона его африканские владения достанутся убийцам или же тем, кто направил их руку? Как видите, молодой человек, в вашей концепции преступления недостает какого-то важного звена.
— В таком случае разрешите вручить вам это недостающее звено, сэр… Дней за десять до «аварии» к мистеру Дэвиду Крайтону приезжал некий мистер Брукер — так по крайней мере он назвал себя — и предложил от имени своей фирмы купить за полтора миллиона фунтов его африканские владения, расположенные в нашей колонии Буала.
— Да это же сумасшедшие деньги! — воскликнул старик. — В колонии Буала нет ценных ископаемых, и земля там бросовая!
— Вы так полагаете? — усмехнулся Уоткинс. — Тем больше оснований задуматься, что́ же руководило этим Брукером… Во всяком случае, мистер Крайтон решительно отказался продать свои владения, хотя не получал с них ни пенса дохода.
— Он что же — очень богат?
— О нет! Его личный капитал не превышает десяти тысяч фунтов. Просто мистер Крайтон не хотел наживаться на землях, добытых его предками путем насилий и убийств. Он считал, что земли эти принадлежат населяющим их неграм…
— Вот бы и отдал им задаром!
— Мистер Крайтон давно бы, сделал это, если бы не опасался, что эти земли захватят другие и станут притеснять негритянское население.
— Выходит, гу-ма-нист? — насмешливо произнес старик.
— Совершенно верно, — с подчеркнутой серьезностью подтвердил Уоткинс. — Человек высокой морали и непоколебимых убеждений. Этого, к сожалению, никак не скажешь о его сыне и наследнике Джозефе.
— Возраст?
— Двадцать лет.
— Негодяй?
— Скорее ничтожество, вертопрах.
— Уже не думаете ли вы?..
— Нет, не думаю… Разрешите продолжать?
— Продолжайте.
— По мнению молодого Крайтона, — а в этом можно на него положиться, — приезжий покупатель, назвавшийся Брукером, готов был уплатить за африканские земли и бо́льшую сумму. Во всяком случае, убедившись, что размер суммы не имеет для мистера Крайтона значения, этот Брукер был очень огорчен и даже подавлен. С тем он и уехал. Должен добавить — и считаю это очень важным, — что перед своим отъездом Брукер явился свидетелем семейной сцены, которая яснее ясного показала ему, что старый Крайтон не пойдет ни на какие компромиссы, но что молодой Крайтон отнюдь не разделяет взглядов своих родителей…
— Откуда вам это известно?
— От Джозефа Крайтона. Разумеется, он представил мне эту сцену в несколько ином освещении. В заключение Джозеф обратился ко мне с просьбой: не могу ли я отыскать этого Брукера, сулившего за африканские земли полтора миллиона фунтов…
— Ого, какой быстрый!.. — Старик помолчал. — Стратегическое сырье, говорите вы… Что ж, возможно… Если этот Брукер действительно предлагал полтора миллиона… Вообще-то почерк знакомый и, как всегда, довольно грубоватый… — Старик снова помолчал. — Давно были вы в последний раз у молодого Крайтона?
— Дней десять назад.
— Десять дней? — Старик даже присвистнул. — Держу пари, — воскликнул он с неожиданной горячностью, — что за это время Брукер уже прилетел в Лондон на запах падали! Если и не он сам, то представляющее его лицо! Так уж у них принято: одни устраняют препятствия, другие заключают сделки… — Старик хрипло рассмеялся. — Э, да я, старый, неприметно дал втянуть себя в ход вашей мысли! Значит, эта ваша версия обладает внушающей силой! Что ж, попробуем поиграем в большую игру — вдруг да выиграем? Не ошибиться страшно — проворонить страшно! А, молодой человек?..
— К вашим услугам, сэр. Только я хотел еще добавить…
— Говорите, говорите! — нетерпеливо вскричал старик, таким он начинал нравиться Уоткинсу. — Что там еще?
— Тогда же я побывал у мистера Хиббинса, многолетнего доверенного покойного Крайтона. Однако ничего нового я от него не узнал. Мистер Хиббинс уверил меня только, что ни в коем случае не допустит, чтобы молодой Крайтон нарушил волю своего отца…
— Ну, это сентименты! — грубо прервал старик. — Факты, факты!
— Я еще не кончил, сэр. Через несколько дней я снова посетил мистера Хиббинса и был поражен происшедшей в нем переменой. В каждом его слове и жесте проглядывала теперь фальшь, стремление утаить правду. Вы не ошиблись, предположив, что мистер Брукер или его представитель уже прибыл в Лондон. Мало того: у мистера Хиббинса уже приторговывают африканские владения Крайтона, а самого мистера Хиббинса, похоже, успели купить. Возможно, на этот раз он и вовсе не стал бы со мной разговаривать, если бы не страх перед прессой. На мой вопрос он сказал, что молодой Крайтон настаивает на немедленной продаже своих владений, но ему, Хиббинсу, удается покуда удержать его. А когда Хиббинс зачем-то вышел из своего кабинета, я заметил на его столе среди прочих бумаг проект соглашения…
