А что?
— Эта девушка была сущим дьяволом. У неё обалденная фигура, волосы цвета дорогого виски и невероятные глаза. Она могла одним лишь своим взглядом заставить меня хотеть большего.
— И? Где логика?
— Тео, мне что, действительно, нужно произнести это вслух? Ну, сам подумай! — начинаю закипать точно чайник. — О ком я сейчас говорю?
Друг не спешит с ответом до тех пор, пока громко не гаркает в трубку.
— Той лже-девственницей была Макария? — он явно в шоке.
— Нет! То есть да, но только без приставки «лже».
— Чтоб я провалился! — ржет он как полоумный. — Макария девственница? Почему ты сразу мне об этом не сказал?
— Я думал, она свалит прежде, чем я свихнусь. Я искренне надеялся, что она исчезнет до того, как из моих ушей вытечет весь мозг! — проговариваю я, сбиваясь в дыхании. — Но, видимо, что-то пошло не так…
— И что теперь? Ты прогонишь её за вчерашнее? Подумай, может всё-таки не стоит. Где мы ещё такую откопаем?
Звучит слегка двусмысленно.
— Да не стану я её прогонять, но и танцевать она у нас больше не будет. Надеюсь. На днях я планирую перевести ей всю необходимую сумму, а дальше пусть сама разбирается, что ей нужно от жизни.
— Поддерживаю! Только я одного не пойму, что она забыла у тебя?
Никогда не утаивал что-либо от друга. Особенно своих девушек. Однако что-то мне подсказывает, стоит лучше придержать коней и не афишировать о нашей случайной связи.
Случайной ли? Боюсь, я уже и в этом сомневаюсь.
— Макарии негде было жить, я предоставил ей ночлег. Только и всего. К слову, нас не будет в эти выходные. Мне нужно кое-куда смотаться, а Макарии я предоставил отдых на пару дней. Ей нужно отойти от…. ну, сам понимаешь.
— Неожиданно! Хм. И куда собрался? — с подозрением.
Судя по всему, не очень-то я был убедителен, раз Тео начинает что-то подозревать.
— Помочь отцу с одним проектом, всего пару дней, и я вернусь. И ещё. Готовься к тому, что ты на время возглавишь клуб в Нью-Йорке. Дилан один там не справляется. Я уже начал подыскивать кандидатуру ему в помощники, но, сам знаешь, на это нужно время.
— Что? Ты хочешь, чтобы я отправился в Нью-Йорк? Почему бы тебе самому не поехать туда? — вопит он.
Разумеется, Тео недоволен моим решением, но он сам должен понимать, что кроме него никто с этим не справится.
— То есть хочешь сказать, ты без моей помощи сможешь заключить сделку с французиками? Хорошо, а оформить сотрудников у тебя получится? А подготовить рекламные проекты? — давлю, зная его слабые места.
— Позже поговорим, мне нужно все обдумать! Я, знаешь ли, не был готов к переезду.
— Это временно! Всего на неделю! Если хочешь, возьми Палмер с собой!
— Да чёрт с тобой! Ещё созвонимся.
Когда я был в Нью-Йорке на открытии нашего клуба, то пришёл к выводу, что там всё развалится в прямом и переносном смысле, если не найти толкового руководителя. Тео как нельзя лучше подходит на эту роль. Признаюсь, я мог бы и сам следить за всем, но тогда мне нужно будет разорваться.
Не успев проснуться бодрым и полным сил, я за какой-то час вымотался до последней капли.
В такт музыке, играющей в наушниках, я подхожу к столику, где беру бутылку воды. Сделав большой глоток, я ощущаю мягкое похлопывание по своему плечу. Разворачиваюсь и недоумённо моргаю, увидев перед собой Макарию, одетую в лосины и свободную футболку.
Черт, девочка, как же круто на тебе сидит моя футболка... А еще круче то, что находится под ней...
Макария что-то говорит мне, но понимаю, что от очередной прорвавшей в сознание фантазии уши заложило настолько, что даже музыки не слыхать.
Еще бы... Ведь мысленно я примеряю на ее голое тело свою рубашку, а потом, сорвав все пуговицы к чертовой матери, снимаю с нее. И примеряю ее голое тело на свой член.
Сообразив, что фантазия моя дошла до крайности, а из штанов вот-вот повалит сизый дым, я трясу головой, избавляясь от воображаемой голой девчонки.
— Что ты сказала? — перекрикиваю музыку, разрывающуюся в ушах.
Ну как можно быть таким здравомыслящим, остроумным и смекалистым практически во всём, но при виде голых ножек в один миг переквалифицироваться в конченного тугодума?
Макария закатывает глаза на мои попытки (пытки) состроить умное выражение лица, подходит ко мне и достаёт из ушей наушники.
— Так лучше? — спрашивает, подавляя смешок.
— Определённо, — делаю большой глоток воды, чтобы смочить пустыню в глотке. — Так что ты там говорила?
— Я хотела попрощаться. Мне нужно уезжать, — неуверенно произносит, избегая моего взгляда.
Стесняшка...
— Нет, тебе пока ещё никуда не нужно. А знаешь, почему? — быстро отвечаю, и в её глазах прорисовывается знак вопроса. — Ты не выполнила мою просьбу. А так как твою я, как мне показалось, выполнил… Мне же не показалось? — пропускаю сквозь пальцы её влажные волосы. Она поджимает губы и отрицательно мотает головой. — Ну так вот, моя просьба состоит в том, чтобы следующие два дня ты провела со мной.
Она таращит на меня глаза и с ещё большей силой мотает головой.
— Нет, Даймонд! Я не могу! Мне нужно в Джексонвилл, и чем скорее, тем лучше! — с мольбой в глазах, как будто в Джексонвилле бесплатно раздают последнюю коллекцию «Валентино».
— Где ты, там и я предстоящие два дня. Заодно посмотрю на твой Джексонвилл, — подмигиваю ей, а она рот разевает.
— Нет, ты не можешь со мной! Нет-нет-нет! — начинает вопить и размахивать руками.
— Макария, тогда подскажи мне к кому я могу обратиться, чтобы отмотать время назад, скажем так… — делаю вдумчивое выражение лица, почёсывая подбородок, — часов на девять, чтобы оставить тебя неудовлетворённой стервой, без этого румянца на щеках и блеска в глазах, которые я сейчас наблюдаю перед собой. Неужели к Волшебнику Изумрудного города?
— Сожалею, Даймонд, но ему будет нечего тебе предложить! Последние мозги
