— Возможно, он просто не смог добраться до тебя там, — сказал Миран. — И ушел.
— А что, хорошая версия, — согласилась Райга. — Ты же призвал его, чтобы защищать нас. В тот раз ты звал его, а он не смог пройти. Вероятно, решил, что ему нужно больше силы, чтобы защитить тебя. И решил ее обрести.
Ллавен покачал головой и с сомнением сказал:
— Не уверен… Я спрашивал его, но он не очень понятно объясняет такие сложные вещи. Или плохо понимает мой вопрос. Некому научить меня говорить с Тенью, как следует.
Миран ободряюще хлопнул его по плечу и сказал:
— По-моему, ты и сам неплохо справляешься. Я рад что твой пес вернулся.
— Я тоже, — с нежностью в голосе ответил Ллавен.
Каждое утро Райга первым делом смотрела на свою правую руку, в надежде, что лис исчез или вернулся на свое место. Но нарисованный зверь продолжал светиться на тыльной стороне ладони, вцепившись в одну из темных линий метки ёи. Когда до орочьей столицы осталось несколько часов езды, она, скрепя сердце, должна была признать, что избежать огласки не удастся. А тройняшек, все-таки, ждут новые проблемы. Им, конечно, не привыкать, но девушке было жалко эльфов.
В Мерцающий лес они вернулись днем. Райга с наслаждением вдохнула по-летнему теплый воздух Королевства Эльфов. После двух недель среди снегов зеленая трава и цветущие деревья казались особенно прекрасными. Слуги тут же увели взмыленных коней и унесли опустевшие сумки. Райга то и дело ловила на своей руке заинтересованные взгляды эльфов.
Друзьям пришлось проститься. Райтон, Миран и Ллавен отправлялись в Джубиран. Райге же предстояло вернуться в Хеллемилиоран, чтобы старшие эльфы решили, что делать с рисунком и меткой ёи. Магистр Лин проводил учеников до портала. Когда дверь комнаты с синим камнем закрылась, он набросил глушилку и повернулся к отбывающим. Многозначительно посмотрел на Мирана и сказал:
— По ночам присматривай за своим товарищем, а не развлекайся со служанками.
Темный сделал невинные глаза, но эльф продолжил:
— Не думай, что если меня нет в Джубиране, я не в курсе того, что там происходит. Марита и Карла во дворце уже не работают.
Миран насупился и недовольно засопел, но возразить не посмел.
Когда друзья скрылись в облаке синего дыма, Райга вздохнула. Магистр Лин коротко улыбнулся и спросил:
— Уже скучаешь?
Девушка неопределенно пожала плечами, а затем призналась:
— Не то что бы… Но жаль, что мы не можем здесь быть все вместе.
— Изгнанникам и темным не место в Мерцающем лесу — равнодушно ответил эльф. — Но Райтон может жить в гостевом доме, если ты захочешь позвать его в Хеллемилиоран.
Райга покачала головой:
— Он так редко видит отца и мать. Наверное, для него каждая минута каникул бесценна. А меня никто нигде не ждет.
— Только не повторяй это при Виниаритэле, Идрессиэль и Вэниаллиэле, — бесстрастно посоветовал магистр Лин. — Обиженные дети полезных подарков не дарят.
Райга не стала ничего отвечать на это. Магистр Лин снял глушилку и открыл портал во двор Обители Пламенных.
Первым, кого Райга увидела, оказалась Сил. Немая эльфийка торопливо прижала к себе девушку на пару мгновений, а затем опустилась на колени перед магистром Лином, с обожанием глядя на него.
Наставник положил ладонь на голову служанки и произнес несколько слов на эльфийском, значение которых Райга не знала. Затем эльф повернулся к ученице и безмятежно произнес:
— Встретимся в цветочной гостиной через час. Ты, как раз, успеешь переодеться и отдохнуть, а я — ввести мать и лаэ в курс дела.
Райга скрестила руки на груди, пытаясь спрятать приметный рисунок и пошла следом за Сил.
За час она успела наплаваться в теплой эльфийской купальне и проглотить плотный обед. Сил снова принесла самые любимые блюда Райги. Девушка поблагодарила ее, пытаясь на своем неуклюжем эльфийском выразить, что она тронута заботой. Сил в ответ только погладила ее по голове и начала плести косы. Это напомнило ей о прошлом визите Линьериссиэль, и о предстоящем. Настроение сразу упало.
В цветочную гостиную она шла, как на казнь. Но там ее ждали только трое — магистр Лин, Меллириссиэль и Линмэритэль. Глава Пламенных нахмурился и смерил Райгу недовольным взглядом. Меллириссиэль мягко напомнила:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Она не просила их об этом, Линмэ.
Магистр Лин указал Райге на кресло рядом с ним, и она поспешно села. Линмэритэль сидел напротив и сверлил ее взглядом. Наставник, несмотря на это, казался расслабленным и спокойным. По ученической нити пришла короткая волна резонанса, а затем учитель безмятежно сказал:
— Клади руку на стол.
Райга сделала то, что он сказал. Линмэритэль склонился и стал рассматривать рисунок. Раздражение в его взгляде смешивалось с неподдельным интересом. Наконец, он откинулся на спинку кресла и признал:
— Даже не знаю, что сказать. Пока я вижу только два способа избавить ее от этого. Накачать рисунок силой, чтобы он смог справиться с меткой. Или развеять заклинание. Но я не уверен, что с заклинанием-татуировкой это можно сделать. Да, и, скорее всего, эти оболтусы понятия не имеют, как забрать обратно свое творение.
— Но я же не могу вернуться в школу с этим, — обеспокоенно сказала Райга.
— По-моему, за два года твоих одноклассников уже ничем не удивить, — с усмешкой заметил магистр Лин.
Меллириссиэль укоризненно посмотрела на сына и только хотела что-то сказать, как дверь распахнулась.
В гостиную ворвалась пылающая яростью Линьериссиэль. Она подлетела к столу и впилась взглядом в руку Райги. Девушка торопливо спрятала ее под стол, но было поздно. Яростный взгляд эльфийки не обещал ничего хорошего. Раскрасневшаяся, Линьериссиэль стояла у стола, грудь ее высоко вздымалась. Райга сжалась в ожидании того, что на нее снова изольют гнев, но эльфийка только бросила короткий взгляд в сторону наставника и распахнула веер. Глаза ее сузились, и взгляд поверх веера обещал Райге самые страшные кары.
Райга украдкой взглянула в сторону магистра. Эльф холодно смотрел на свою родственницу. В аметистовом взгляде светилось предупреждение. Линьериссиэль несколько мгновений сверлила яростным взглядом Райгу, а затем, так ничего и не сказав, вылетела за дверь. По коридору пронесся ее визг:
— Виниаритэль хаа Лларион Лэ!
Райга хотела, было, подняться и отправиться спасать приятеля от гнева матери, но магистр Лин положил руку ей на плечо и силой заставил опуститься в кресло.
— Не встревай, — приказал он. — Сами разберуться.
Линмэритэль поднялся следом и холодно сказал:
— А вот, мне придется вмешаться. Я подумаю, что можно сделать с твоей ученицей, Линде.
После этого он ушел. Райга жалобно посмотрела на Меллириссиэль и попросила:
— Может быть, вы за него заступитесь?
Эльфийка положила ей руку на голову в жесте утешения и сказала:
— Виниаритэль уже большой мальчик. Пора отвечать за свои поступки. А Ньери в гневе не способен остановить никто.
— Ну, кое-кто все же способен, — сказала Райга и многозначительно посмотрела на учителя.
Эльф холодно заявил:
— Мою ученицу никто не будет трогать, а со своими детьми Ньери сама разберется. Не встревай.
Райга вздохнула, откинулась на спинку кресла и приготовилась слушать разнос тройняшек. Голос у Линьериссиэль был звонкий. Скоро о произошедшем будет знать вся Обитель. А Райге еще здесь жить какое-то время. И как-то уживаться с недовольной эльфийкой, которая, в отличие от нее, у себя дома.
Эпитеты, которые доносились из коридора, становились все менее приятными. Магистр Лин, наконец встал и поманил Райгу за собой:
— Идем. Давно хотел показать тебе кое-что.
Девушка с готовностью поднялась и, терзаемая чувством вины перед тройняшками, последовала за наставником.
Глава 20. Совет ищейки
Вслед за магистром Лином Райга вышла из замка. Эльф неспешно пересек сад и повел ее по запутанным дорожкам Мерцающего леса. Несколько минут Райга наслаждалась зеленью, пением птиц и запахом одного из местных деревьев. Листья его немного напоминали кленовые, но нижняя сторона их была серебристого цвета. Почти круглый год оно цвело крупными белыми сладко пахнущими цветами. Девушка замечала эти деревья прежде. Но в этой части леса их было больше, чем обычно. После двух недель, проведенных в заснеженных орочьих землях, все происходящее казалось слегка нереальным.
