Каждый день.
Возможно, кого-то другого эта перспектива и ужаснула бы, но, как ни странно, именно Степан, почти самый закоренелый холостяк среди друзей — если не считать Вольфа — вдруг ощутил настойчивую необходимость дать возможность одной единственной женщине связать себя по рукам и ногам.
Рыжий тут же представил себя, привязанного маленькими ручками жены к кровати, и почувствовал боль в одном конкретном месте. За эти три недели он уже почти сроднился с этой болью — с того момента, когда он покинул Катю, голую и разгоряченную, в ее маленькой спальне, и выскочил в темноту ночи, Степан чувствовал себя страшно благородным и ужасно глупым. Ему пришлось выбирать из двух зол меньшую. Было бы гораздо хуже, если бы ему не удалось как можно деликатнее справится с возникшим на его пути препятствием, в прямом смысле этого слова. К тому же, он вряд ли смог бы утешить девушку после подобного стресса — Степан еле сдерживался и плохо себя контролировал после выпитого на празднике.
Он оправдывал свое поведение всеми этими правильными рассуждениями, но в глубине души подозревал, что не последнюю роль в принятом нелегком решении, оставить невесту до свадьбы нетронутой, сыграл страх. Катя — его вторая девственница в жизни.
Когда-то с Тиной все оказалось до смешного просто — молоденькая девушка подначивала его на решительный шаг до тех пор, пока он не сделал то, чего она добивалась. Да и сам Степан был слишком молод, чтобы думать о последствиях.
Теперь же все происходило совсем по-другому. Он собирался сделать женщиной дорогую для него девушку, с которой собирался прожить всю свою жизнь. Он впервые почувствовал ответственность за другого человека.
Ожидание далось ему нелегко. Степану пришлось взвалить на себя всю работу по организации свадьбы, лишь бы иметь уважительную причину, чтобы видеть невесту как можно реже. В противном случае ему не удалось бы сдержать собственное слово. Возможно — и даже вероятнее всего — Катюша не обиделась бы на него за подобную несдержанность, но Степан сам перестал бы себя уважать, нарушив обещание.
Сегодня он стоял рядом с любимой в «Феерии» и принимал поздравления, а еще делал вид, что пьет шампанское, и при этом украдкой выливал содержимое бокала в кадку с каким-то цветком. Этой ночью Степан собирался быть абсолютно трезвым.
Больше всего на свете ему сейчас хотелось не улыбаться гостям и говорить «спасибо» и «обязательно», а уединиться с Катей в спальне и заняться с ней самым важным и таким долгожданным — любовью.
Так решила его жена, его рыжая Рыжая Катя — самая красивая невеста в мире. Она хотела свою первую брачную ночь провести под родительским кровом, и он согласился, хотя к нему домой было гораздо ближе.
Пока он размышлял, на него взглянула жена, и дальше Степан мог уже думать только об одном — если он сейчас попросит Зотова отвести его к Кате домой, будет ли это слишком скоро? Ведь они еще не успели сесть за праздничный стол.
— У меня такое впечатление, что Рыжий сейчас проглотит нашу Катерину вместе с фатой. У него такой хищный взгляд!
Варя улыбнулась в ответ на комментарий Тины и в очередной раз незаметно подтянула выше слишком глубокий вырез своего платья.
— Ему можно. Он новобрачный. А вот Николай скоро меня с ума сведет своими взглядами. Зачем только я пошла у вас на поводу и нарядилась в это прилипающее платье. Мне все время кажется, что я совсем голая, да и Вяземский постоянно норовит заглянуть… глубже. Посмотри на меня. Может мне стоит напудриться, чтобы я была не такая пунцовая от возбуждения?
— Варь, неужели ты до сих пор не переспала с мужем?
— Два месяца еще не прошли. И это ужасно.
— Не понимаю, зачем нужно так страдать? Ведь ты его сама без памяти хочешь?
— Хочу. Страдаю. Но ведь не только я? Пусть и Вяземский помучится, а заодно докажет, что я ему не только для секса нужна. — Варвара заметила взгляд, украдкой брошенный подругой на Зотова, который постоянно держал Тину в поле своего зрения. — А вы с Ильей где спите?
— Чаще у меня, — слегка разражено ответила Алевтина. — Но если это сумасшествие будет продолжаться, мне придется перенести начало моего рабочего дня на более позднее время. Я совершенно не высыпаюсь. Этот «Терминатор» словно от темноты подзаряжается. А я уже совсем из сил выбилась. Даже похудела. Платье пришлось ушивать.
— Так в чем проблема? Некогда сказать, чтобы слегка притормозил?
— Ох, подруга! У меня силы воли не хватает отказаться от всего того, что он со мной делает.
— Так выходи за него замуж, может он поспокойнее станет. Ты, кстати, забеременеть не боишься?
Варя обеспокоено оглядела фигуру Тины.
— Замуж? Четвертый раз? — Алевтина бросила еще один взгляд в сторону Зотова. — Нет. Мне и так хорошо. Думаю, Илье — тоже. А насчет «забеременеть»…. Не думаю. Три мужика пробовали — все зря. Зотов, конечно, мужчина темпераментный, но не чародей. — Тина посмотрела на новобрачных, и в ее глазах зажглись огоньки. — А не пойти ли нам к нашим мужчинам и их немного подразнить своим соблазнительным видом? Что-то мне вдруг захотелось, чтобы Илья посмотрел на меня таким же взглядом, как Степан на нашу Катерину.
— С удовольствием.
Варваре тоже этого хотелось. А еще много такого, что она пока не решалась себе позволить. Ведь Соня уехала из города лишь неделю назад.
Свадебный пир был в самом разгаре, и гости орали «Горько!» не совсем трезвыми голосами, а Тина в это время сидела в дамской комнате и смотрела на узкую полоску бумаги, на которой четко выделялись две яркие полоски. И хотя она упорно отказывалась верить очевидному, но факт оставался фактом — Алевтина Сосновская забеременела.
Ни тошнота, ни запахи совершенно не беспокоили ее, но здравый смысл подсказывал, что она легкомысленно не обращала внимания на отсутствие месячных и повышенную чувствительности собственной груди. Эти обстоятельства лишь способствовали ее страстному сексу с Зотовым, и Тина их игнорировала. Но сегодняшний разговор с Варварой заставил ее на минутку покинуть душный зал и зайти в аптеку, расположившуюся в соседнем здании, чтобы купить тест.
Что же она теперь должна делать? Тина не знала. Вернее, она подозревала, что самым правильным в этой ситуации — рассказать обо всем Зотову.
И тогда он силой потащит ее ЗАГС. Из-за ребенка.
А Тина не хотела выходить замуж только по этой причине.
Нет, она не станет ему ничего говорить. Во всяком случае, пока. Она должна подумать.
Алевтина выбросила полоску в унитаз и отправилась в зал.
Все присутствующие почему-то очень громко считали вслух, и Тина стала проталкиваться сквозь толпу, чтобы узнать причину происходящего. Вскоре прятаться за спины присутствующих стало поздно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
