— Моя. Судья Макбейн поддержал меня, Карпентер тоже. Холмструм вначале согласился, но потом начал беспокоиться, что страж порядка будет хуже прежнего. В конце концов он голосовал против.
— Карпентер — за?
— Да.
Том доел чили и допил пиво.
— Вам лучше спрятаться. Пока не знаю, где я буду, но из города им меня не выгнать. Найду где-нибудь коня…
— У меня их несколько. Выбирайте. И все, что вам нужно — там, в задней комнате. — Гринвуд нагнулся и достал из-под стойки ружье. — Если я пригожусь, располагайте мной.
— Оставайтесь здесь. Мне может понадобиться помощь. — Шанаги помолчал, глядя на безлюдную улицу. Слишком безлюдную, что его и беспокоило. — Гринвуд, вы хорошо знаете миссис Карпентер?
Владелец салуна тоже посмотрел на залитую солнцем улицу, где ветер разгонял пыль.
— Не очень. — Он говорил неохотно, как истинный джентльмен, которому претит обсуждать женщин, по крайней мере, приличных женщин. — Она живет особняком. В гости ходит редко. В городе ее уважают и побаиваются, она очень сдержанная. Карпентер совсем другой. Он любил общество, любил поболтать и посмеяться. Хотя он был серьезным человеком и знал, что ему надо от жизни. Иногда, — Гринвуд заколебался, — иногда мне казалось, что она слишком высокого мнения о своей особе, считает, что слишком хороша для всех нас, включая Карпентера.
— А ее брат?
— Они очень близки. Часто видятся, но он тоже нелюдим. Время от времени заходит ко мне, раскланивается и молча покупает бутылку. — Гринвуд сердито нахмурился. — Хотя, если подумать, в последнее время он покупает больше. Иногда две-три сразу.
— Начинает пить?
— Я никогда не видел его пьяным. Нет, что-то не то.
— А как насчет продуктов?
— Нет. — Гринвуд пожал плечами. — Покупает как обычно.
— Интересно… Скорее всего, он покупал виски для кого-то другого, кто не хотел показываться в городе?
Шанаги встал. Гринвуд сполоснул кружку и вытер руки о фартук. В маленьком салуне царили прохлада и уют. Том посмотрел на улицу. Дома уже выглядели потрепанными и старыми. Солнце, ветер и песок сделали свое дело. В прериях города стареют очень быстро.
Ветер поднял пыль, понес ее и бросил. Лошадь, привязанная у коновязи, переступила с ноги на ногу, всхрапнув. Том отметил про себя, что скучает по звуку кузнечного молота. И Карпентера ему тоже не хватает. Теперь он мертв, потому что старался во всем разобраться и кому-то здорово помешал? А он, Шанаги, взялся не за свое дело и ничего не смог предотвратить. Ему вспомнился Нью-Йорк и Моррисси. Там он по крайней мере знал врагов в лицо. А здесь живет как в потемках. Кто-то ходит рядом, возможно, здоровается и улыбается, а за спиной вершит свое черное дело.
Когда он добрался до города, единственным его желанием было сесть на поезд и уехать. Он даже купил билет… он все еще может купить обратный билет, завтра же — если его предадут.
Неожиданно он уловил едва заметное движение впереди. Перед грузовой конторой, в самой густой тени под тентом стоял человек с винтовкой в руках.
Шанаги минуту-другую наблюдал за ним, его глаза медленно ощупывали каждый куст, его мысли метались. Итак, началось. Они оклеветали его, запустив слух, а теперь готовы убить, воспользовавшись настроением честных горожан.
Лезть в западню не входило в его привычки. Шериф оглянулся на бармена.
— Закройтесь, спрячьтесь и не пускайте никого, кроме меня. — Том с минуту помолчал. — Гринвуд, кажется, я раскусил их игру. Вас выбрали жертвой с самого начала. Может, у них и возникали другие идеи, но сейчас им нужны ваши деньги. Я возьму коня и выскользну из города. Поеду за помощью к Паттерсону.
Гринвуд переложил ружье из одной руки в другую и кивнул.
— Хорошо, сделаю, как вы сказали. Но, ради Бога, возвращайтесь обратно. — Гринвуд положил ружье на стойку и вытер пот со лба. — Они не выпустят вас из города. Сейчас наверняка наблюдают за моими лошадьми. Лучший вариант, если подумают, что вы бежите. Но им надо знать точно.
Том согласился с ним. Он опять оглядел улицу, пытаясь соединить в единое целое все, что ему известно. Кто руководит бандой в городе?
Мысль, которая неоднократно приходила ему в голову, наверное, была абсурдна, однако все как-то сходилось. По крайней мере отчасти. Если бы знать, кто враги, то можно спланировать свои действия.
— Как насчет Холмструма? — неожиданно спросил он.
— Он тоже потеряет. — Гринвуд пожал плечами. — Трудно представить, что такой увалень и тугодум сплел такие хитроумные сети.
— Случается, что крупные, флегматичные люди чертовски хитры, — заметил Шанаги. — Не стоит их недооценивать. У налетчиков оставалось не так много времени. — Том в сердцах сплюнул. — Самое неприятное, что там, среди притаившихся снаружи, есть вполне порядочные, но одураченные люди. Я не хочу убивать никого, кто того не заслуживает. — Он оглянулся. — Гринвуд, та молодая женщина, о которой я упоминал, точно замешана в грабеже, и Джордж, как его там, — тоже. Но кто настроил город против меня? Не они. Местный. И он из тех, к кому горожане прислушиваются.
— Кто же?
Шанаги повернулся и жестко в упор посмотрел на него.
— Они согласятся с вами, Гринвуд.
Хозяин салуна нахмурился.
— Это не я. Как вы сказали, большая часть денег моя. Я потеряю все. Разорюсь, если пропадут деньги, останусь без гроша.
— Судья?
— Никогда в жизни! Он честный порядочный человек. Если и есть кто-нибудь в городе… — Гринвуд вдруг замолчал, размышляя над осенившей его догадкой. — Шанаги, эта молодая женщина, о которой вы рассказывали… Та, что встречалась с игроком. Вы, кажется, говорили, что она въезжает в город с южной стороны?
— Да, именно об этом я хотел поговорить с Карпентером. Уверен, он узнал ее лошадь.
Гринвуд нервно налил пива себе и Шанаги, положил руки на стойку и облизал губы.
— Там земля Холмструма.
— Знаю. И Холмструм голосовал против того, чтобы нанять Рига Барретта.
Шериф наблюдал за улицей. Теперь под деревом стояли двое и следили за входом в салун. У него возникло подозрение, что позади салуна его тоже ждут. Он взглянул на часы. Почти час его держат здесь. Попытаться выбраться отсюда означало подставиться под град пуль. Бандиты выиграют. Какой он наивный дурак. Размечтался, что сможет довести дело до конца. Разве у него есть опыт, чтобы занять место Барретта? Но кто теперь, кроме него, встанет на пути бандитов, если Риг ранен.
Он подумал о Джейн. Она уехала со странным стариком, якобы навестить Рига. Знают ли ее отец и брат, куда она ездила? И где Джош Лунди? С кем он? Шанаги в беспокойстве ходил взад-вперед, наблюдая за каждым окном и каждой дверью.
