родины. Для меня большая честь быть сегодня на сцене вместе с ветеранами и героями Варшавского восстания. Какой великий дух!
Мы приветствуем вашу благородную жертву и обещаем всегда помнить о вашей борьбе за Польшу и за свободу. Спасибо. Спасибо. Этот памятник (имеется в виду монумент на площади Красинского — «ИстЛяп») напоминает нам о том, что более 150 000 поляков погибли во время этой отчаянной борьбы за свержение угнетения.
С другой стороны реки советские вооружённые силы остановились и стали ждать. Они наблюдали, как нацисты безжалостно разрушали город, жестоко убивая мужчин, женщин и детей.
Выступление в Варшаве 6 июля 2017 г.
Ян Олдаковский. Директор музея Варшавского восстания.
— Помощь, выделенная Советским Союзом столице Польши, была крайне недостаточной. Например, Варшава была доступна для советской авиации. Очень легко можно было отправить истребители, поскольку Варшаву атаковали всего шесть германских бомбардировщиков, которые летали попеременно между двумя варшавскими военными аэропортами. Эти самолёты уничтожили большую часть Варшавы тех времён — каждый из них ежедневно вылетал сотню раз, каждые шесть минут. Вылетали из одного аэропорта, сбрасывали бомбы, приземлялись на другом. Это не были какие-то гигантские силы. Советские истребители, стоявшие на аэродроме в Миньске-Мазовецком (30 километров на восток от Варшавы. — РС), могли сбить эти самолёты и очень облегчить ситуацию для повстанцев.
Но мы не в состоянии сказать со всеми подробностями, что именно происходило, поскольку не можем получить доступ к российским архивам, где хранятся в том числе документы советского Генштаба. Мы не в состоянии понять, какими именно были решения и приказы, потому что с российской стороны этот вопрос даже не обсуждается. Мы неоднократно пытались получить к этому доступ, но, к сожалению, безуспешно. О произошедшем можно только судить, скажем так, по внешним признакам. Показательно, что, когда советские войска в августе 1944 года дошли до реки Вислы, они остановились и ждали там около полугода. Только после этого Красная армия вступила в основную часть Варшавы.
— Однако они также стояли там ещё несколько месяцев после разгрома восстания, до января 1945 года. Вы не считаете, что это указывает скорее на военные проблемы, имевшиеся у СССР на этом направлении, чем на политический расчёт?
— Да, но, как бы то ни было, советская помощь во время восстания поступала прежде всего в форме небольшого количества оружия, сбрасываемого из самолётов без парашютов и без боеприпасов. Кроме того, была попытка перебросить около двух тысяч солдат просоветского Войска Польского под руководством генерала Зыгмунта Берлинга в ту часть Варшавы, где проходило восстание. Но со всей уверенностью можно сказать, что этой помощи было крайне недостаточно. При этом тем событиям предшествовали призывы польскоязычного радио, находившегося под контролем Красной армии, к жителям Варшавы — вступить в борьбу с немцами.
«Радио «Свобода», 1 августа 2019 г.
Храмчихин Александр Анатольевич. Заместитель директора Института политического и военного анализа. Публицист.
1 августа, когда советские войска подошли к восточному пригороду Варшавы (он называется Прага), а немецкая администрация польской столицы готовилась к эвакуации, Бур-Комаровский, имевший в своём распоряжении 20 тыс. бойцов, начал восстание. Силы восставших быстро увеличились вдвое за счёт горожан, к 6 августа бóльшая часть Варшавы была под контролем восставших.
Однако Гитлер сдавать город не собирался и приказал подавить восстание. Чем и занялись направленные в Варшаву части СС. Среди них особо отличилась бригада Оскара Дирлевангера, состоявшая из уголовников, идейных карателей и восточных добровольцев. Даже их коллеги из других подразделений СС считали действия бригады слишком жестокими. Восставшие испытывали всё более острый дефицит продовольствия, медикаментов, боеприпасов, а тяжёлого вооружения вообще не имели. Грузы, сбрасывавшиеся самолётами британских ВВС, никоим образом не спасали положения, тем более что далеко не все они попадали в расположение повстанцев. А советские войска, подошедшие к Варшаве вплотную, вдруг остановились.
Безусловно, у этой остановки были объективные причины. Операция «Багратион», как уже было сказано, оказалась слишком триумфальной, 1-й и 2-й Белорусские фронты прошли гораздо бóльшее расстояние, чем предполагалось изначально. Войска устали, коммуникации растянулись, сопротивление немцев всё более усиливалось. Тем не менее, до начала восстания Ставка планировала наступать и дальше. А потом вдруг передумала.
Лишь 29 августа войска 2-го Белорусского фронта начали форсировать реку Нарев к северу от Варшавы, создав на западном берегу несколько плацдармов. 11 сентября части 1-го Белорусского фронта двинулись в направлении Праги (той, что пригород Варшавы) и к 14 сентября её заняли (до начала варшавского восстания захват Праги планировался на 5–8 августа). Теперь польская столица, где восстание всё ещё продолжалось, находилась на другом берегу Вислы по отношению к нашим войскам. Советские артиллерия и авиация начали оказывать повстанцам непосредственную огневую поддержку, самолёты советских ВВС начали сбрасывать им оружие, медикаменты и боеприпасы. Более того, 15 сентября 3-я пехотная дивизия Войска Польского, усиленная советскими артиллерийскими частями, начала форсировать Вислу.
Эти факты, казалось бы, снимают с нас подозрения в том, что Москва сознательно не хотела помогать восставшим, политические позиции которых её категорически не устраивали. Однако то, как была проведена операция форсирования, подозрения возрождают. Почему была задействована всего одна дивизия, хотя в районе Праги у нас стояли три армии? Немцы довольно быстро сбросили её назад в Вислу. Из 2614 человек, переправившихся на западный берег, погибло и пропало без вести 1987.
Невольно напрашиваются аналогии с англо-канадским десантом в Дьеппе. В августе 1942 года 6 тыс. морских пехотинцев высадились на французское побережье, попытавшись захватить порт Дьепп. Операция закончилась провалом, потери десанта превысили 50 % личного состава. Большинство историков считает, что Лондон таким образом показал Москве, что открытие Второго фронта — дело безнадёжное. Пусть Сталин больше его не просит. Двумя годами позже Сталин, видимо, устроил «Дьепп на Висле», показав Лондону, что сделал всё, что мог, да не вышло. Спасти повстанцев невозможно. Кроме того, Иосиф Виссарионович запретил самолётам союзников, сбрасывавшим грузы войскам Бур-Комаровского, совершать посадку на советских аэродромах.
2 октября восставшие капитулировали. Погибло 225 тыс. повстанцев и жителей Варшавы, город был почти полностью разрушен. Армия Крайова понесла огромные, невосполнимые потери. Город был освобождён лишь 17 января 1945 года, в начале Висло-Одерской операции.
Интересно, что во второй половине сентября в 30 км к северу от Варшавы 14 советских дивизий из состава 47-й и 70-й армий яростно штурмовали крепость Модлин — бывший Новогеоргиевск! Тот самый! Это наступление практически ничего не дало, модлинский плацдарм, временно захваченный нашими войсками, был затем ими оставлен. В январе 45-го мы прекрасно обошлись без него. Зато, возможно, именно этих 14 дивизий и не хватило для взятия Варшавы.
Нет сомнений, что со стороны лондонского правительства и собственно Лондона операция «Буря»
