и тому же, но уже другому типу относятся скучающие женщины околопенсионного возраста, которым хочется проводить избыток свободного времени в приятной обстановке, или молодые и горячие, даже по-настоящему жертвенные молодые люди, пришедшие в Церковь «за компанию», так как они нигде не видели более интересного общества. Паразитарный характер первых, как правило, очевиден, а вторых, как правило, скрыт даже от них самих (и они сами — первые и главные жертвы собственной «паразитарности»). Жертвенность «за компанию» может быть внешне неотличима от жертвенности за Церковь, но внутри между ними ничего общего.
Неправильной мотивации у молодых людей, обращающихся в Православие, мы видели очень много в 1990-е годы и даже в начале «нулевых», когда церковный активизм еще воспринимался в обществе как благородное дело и возникали разные замечательные братства и сестричества, а также новые монастыри. Чтобы туда втянуться, было достаточно того, что часто бывает у молодежи — некоторой альтруистической настроенности и хороших отношений с товарищами по общине, — а отсутствие собственно религиозной мотивации было легко не заметить. Лет через пять или, в крайнем случае, восемь градус «воцерковленности» членов подобных общин снижался почти до нуля, а то и до отрицательных величин. Не надо думать, будто это специфическая болезнь РПЦ МП: в ИПЦ этого тоже хватало.
Из этого следует простая для христиан, но с непривычки трудная к исполнению мораль: не надо никого привлекать к членству в церковных общинах нецерковными приманками. Хорошо, если около церковных общин, не внутри, есть много разных полезных занятий, которые могут привлекать симпатизирующих этим общинам людей. Но никого из этих людей нельзя допускать к членству в Церкви, то есть к причастию, пока нет возможности обосновать разумную гипотезу относительно их готовности работать над собой (а не только над чем-то внешним).
Какова та процедура, которая позволяет эту гипотезу обосновать (не доказать — достоверное суждение о таких материях принадлежит лишь суду Божию)?
Прежде всего, конечно, приступающих к Церкви необходимо отговаривать, указывая на разные неудобства церковной жизни вообще и нашего Истинного Православия в частности. На тех, кто может быть серьезно заинтересован, наши уговоры все равно не подействуют. Но они также не подействуют на большинство из тех, кто имеет мотивацию второго типа. Поэтому разговорами тут дело не решишь, а необходим карантин: нужно предоставить человеку, который настаивает на своем желании присоединиться к Церкви, некоторое время для оглашения. Если предполагается его присоединять через чин Крещения, то тут желательно совершить заранее чин оглашения. Если Крещения не предполагается, то и чина оглашения тут не совершить, но по сути это ничего не меняет. Оглашение необходимо. Пусть походит на службы, пусть поучится молиться и поститься, пусть почитает книги, пусть поговорит с христианами (не только со священником)… Обычно это приводит к тому, что большинство таких желающих быстро исчезают. Но зато остаются те, с кем имеет смысл попробовать жить дальше в одной общине. Разумеется, правильной мотивации этих последних даже такими мерами гарантировать нельзя, поэтому я и назвал выше всю эту процедуру формированием всего лишь «разумной гипотезы».
Думаю, что излишне пояснять, что описанная тут практика оглашения даже и крещеных, но отпавших от Церкви (или крещеных еретиками) людей является требованием церковного права, а как раз ее отсутствие — нарушением оного. Пусть у наших общин будет много «захожан» и «симпатизантов», но собственно прихожан, то есть членов общин, — на порядки (то есть в десятки раз) меньше. Это нормальная пропорция.
Если не держаться этого правила, то у нас не будет верующих, которым важны какие-то догматические различия и которые могут сознательно участвовать в приходском и общецерковном управлении — в частности, способных к избранию клира. В общинах, в которые принимают всех подряд (даже если при этом на словах утверждают, что не всех), верующие интересуются совершенно другими вещами, и к церковному управлению их подпускать нельзя.
Если не начать с этого простого правила — обязательной христианской аскетики для всех, — то и все остальное будет и бесполезно, и невозможно. Недавние примеры РПЦЗ и ее «осколков» у всех перед глазами.
Христианин должен жить в режиме постоянных боев и тренировок, как профессиональный военный или профессиональный спортсмен, причем бои и тренировки в сферах общественных, пусть даже и церковных, не считаются. Считается только то, где работаешь не над окружающими, а над собой. Только в этом случае у человека могут развиваться правильные потребности в богослужении и в понимании догматики. Тем, кому неинтересно, нужно — в той или иной форме, но чем раньше, тем лучше — вежливо предложить отойти.
2. Евхаристия и богослужение
Участие в богослужении должно быть осмысленным. Бессмысленное участие хуже, чем неучастие. Поэтому, прежде всего, в Истинном Православии нельзя допускать тяжелого греха дореволюционной церковной жизни — так называемого «слушания литургии» вместо реального в ней участия и причащения.
Поскольку это симуляция христианства и глумление над главным таинством Церкви, такую скверну нельзя терпеть вообще. Все присутствующие за литургией, если они не отлучены от причастия за свои грехи, обязаны причащаться.
Те, кто не собирается причащаться, не могут участвовать в евхаристических молитвах: они устами говорят одно, а сердце их далече отстоит от смысла произносимого. Такие молитвы — издевательство над Богом, и в результате такого издевательства поругаем бывает понятно кто (прежде всего — духовенство и особенно епископат, которые этот балаган за Божественной литургией устроили).
«Слушание литургии» — это не просто плохо, а это церковное преступление, за которым должно следовать церковное наказание. Это если виновный кается; а если не кается, то может быть только отлучение от Церкви. Апостольские правила 8 и 9 одинаково требуют участия в Евхаристии и от клириков, и от монахов. «Слушание литургии» запрещено для клириков и для мирян под одинаковыми прещениями. Санкция для тех, кто вне клира, определена правилом Антиох. 2:
Все, входящие в церковь и слушающие священныя писания, но, по некоторому уклонению от порядка, не участвующие в молитве с народом, или отвращающиеся от причащения святыя евхаристии, да будут отлучены от церкви дотоле, как исповедаются, окажут плоды покаяния, и будут просити прощения, и таким образом возмогут получити оное», которое Зонара в XII веке объясняет: «Итак, и сии
